Эхо Сенатской площади

Автор: Maks Сен 30, 2018

О декабристах — организаторах вооружённого выступления 14 декабря (по старому стилю) 1825 года — в советское время были сняты душещипательные фильмы, изданы библиотеки книг и кипы газетно-журнальных статей. В этот внушительный список радетелей о «благе народа» включены и братья великого Лермонтова — Дмитрий и Михаил. Но можно ли их причислить к мятежному движению?

Имена братьев-декабристов — Бестужевых, Бодиско, Беляевых, Кюхельбекеров — овеяны славой в трудах революционно-либеральных авторов. Однако историки тайных обществ (в одном только мятежном Гвардейском флотском экипаже насчитывалось более 20 тайных «вольных каменщиков» в эполетах) не «вспоминают» ещё о двух братьях-офицерах. О морских гвардейцах декабря 1825-го: об адъютанте командира экипажа, капитан-лейтенанте Михаиле Лермонтове, и командире одной из рот — лейтенанте Дмитрии Лермонтове.

В гуще мятежа

Братья — дальние родственники гения русской литературы Михаила Лермонтова. Автора поэмы «Мцыри» либеральные литературоведы представляли читателю XX века если не революционером, то, по крайней мере, оппозиционером «удушающего режима Николая I». Вот бы им радостно завопить о том, что в строю декабристов на Сенатской площади стоял лейтенант флота Дмитрий Лермонтов — родственник мятежного поэта… Но молчат. Почему?

В Российском военно-морском архиве хранится (пока не опубликованная) рукопись — «Очерк истории Гвардейского экипажа от времени формирования до 1830 года», подготовленная к печати полным адмиралом флота Михаилом Николаевичем Лермонтовым. Он скончался в Санкт-Петербурге в июле 1866 года и успел описать своё участие в Бородинском сражении, в битвах у Кульма и Лейпцига, а также вступление в Париж. События мятежа Гвардейского экипажа в декабре 1825 года он описал в главе, названной «О воцарении Государя Николая Павловича».

В конце 1825 года капитан-лейтенант Михаил Лермонтов — ветеран Отечественной войны 1812 года — один из двух адъютантов командира экипажа, капитана 1-го ранга Петра Фёдоровича Качалова. Автор нескольких стихотворений-романсов на французском языке, опубликованных в столичном музыкальном журнале, он мечтал об издании сборника своих стихов. Кроме него, в экипаж был пристроен и его младший брат — лейтенант Дмитрий Лермонтов. Правда, ротный командир из него был никакой, он окончил Морской корпус в 1818 году, и через год старший брат перетянул его в морскую гвардию. В 1823 году младший брат был произведён в лейтенанты (в сражениях не участвовал, в дальних морских походах не был). Один из лидеров «Северного общества», капитан-лейтенант Бестужев позже на допросах с гордостью рассказывал, что в среде офицеров Гвардейского экипажа их общество имело наибольшую поддержку — более 20 активных членов. Вот только братьев Лермонтовых в этот тайный союз избранных не посвятили.

Или братья сами об этом посвящении забыли?

Между самодержавием и конституцией

Эхо Сенатской площадиСтав адмиралом флота, Михаил Лермонтов писал, что первые три дня после данной присяги императору Константину Павловичу в экипаже прошли удивительно спокойно. Ранним утром 14 декабря 1825 года на квартире у моряка-гвардейца Арбузова собралось большинство офицеров экипажа. Они вышли в казармы матросов с договоренностью: Николаю не присягать, а поддерживать установление в России конституции!

Историк декабристов, академик Милица Нечкина доказывала, что на этом революционном совещании присутствовал и лейтенант Дмитрий Лермонтов. С большинством личного состава экипажа этот командир роты построил своих матросов в шеренгу на Сенатской площади. «Требовать царя Константина и жену его Конституцию!» — орали одураченные матросы. Ротный не возражал и стойко мёрз у памятника Петру I. Одним словом, «декабрист»-романтик. А вот его старший брат, капитан-лейтенант Михаил Лермонтов, когда началась сумятица с экипажем, на площадь не побежал. А по приказу командира экипажа помчался в Зимний дворец, где доложил обстановку цесаревичу Николаю Павловичу и доказал личную верность присяге. А чуть позже вернулся в казармы экипажа с листом присяги новому самодержцу и с поручением произвести аресты бунтовщиков. Младший брат — «декабрист» Дмитрий Лермонтов — после полудня замёрз окончательно, вожделенной конституции не дождался. Плюнул на всё, в том числе и на строй своей роты, и с несколькими матросами вернулся в казармы. Расстрел большей части мятежного каре, в том числе моряков-гвардейцев, состоялся без него. До вечерней зари матросы экипажа — те, кто успел вернуться раньше, — приняли присягу Николаю I. С исполненным присяжным листом капитан-лейтенант Михаил Лермонтов вновь предстал пред очами свежеиспечённого императора. В наступившую ночь и на следующий день он арестовывал 15 моряков-офицеров. «Декабрист» Дмитрий Лермонтов был посажен в Петропавловскую крепость. На целых два дня. Уже 17 числа его признали больным, которому противопоказаны сырые казематы крепости, и отправили под следственный караул в лазарет лейб-гвардии Семёновского полка. Там он «лечился» до июня 1826 года, когда вынесли приговор суда. Пребывая в комфорте лазарета гвардейского полка, он писал письменные объяснения, в которых разъяснял свои действия следственной комиссии. А комиссию возглавлял… его родной старший брат Михаил Лермонтов. Тем временем товарищи Дмитрия гремели кандалами в Петропавловке, их ждали разжалование и каторга. Удивительно, но никто из них «не вспомнил» (а может, глава следственной комиссии Михаил Лермонтов не вписал их воспоминания в протокол?), что лейтенант Дмитрий Лермонтов тоже участвовал в решающем совещании. Сам он писал, что просто вместе с ротой пошёл на Сенатскую площадь, а позже вернулся один, без роты, чтобы сделать доклад начальству. И никакого отношения к тайному обществу не имеет и не имел.

Царская милость

Так ли было на самом деле или реабилитирующему докладу его старшего брата поверил (скорее, сделал вид, что поверил) Николай I?

Летом 1826 года «выздоровевший» «декабрист» Дмитрий Лермонтов вернулся на службу в Гвардейский экипаж полностью оправданным. Ряд его сослуживцев за то, что только вышли на площадь со своими ротами и не оставили подчинённых, получили полновесные сроки каторги и ссылки. Не говоря уже о позорном разжаловании и лишении дворянства.

Дмитрия же минула чаша сия.

Впоследствии он отличился, служа на Черноморском флоте. В 1844 году он получил орден Святого Георгия.

Дмитрий вышел в отставку в 1853 году генерал-майором по Адмиралтейству — государь полностью реабилитировал «случайного декабриста». Скончался младший брат великого поэта в 1854 году в Санкт-Петербурге. Когда стали возвращаться из Сибири осуждённые товарищи юности «декабриста», престарелый генерал уже беседовал с Господом. А ведь, останься он в живых, не преминул бы встретиться со старыми друзьями и неприятными вопросами из прошлого.

Теперь понятно, почему историки эпохи декабристов не упоминают братьев Лермонтовых. Старший, по революционным меркам, — царский сатрап. Младший — как минимум «случайный декабрист». Братья не предвидели, что менее чем через 100 лет грянет Великая Октябрьская социалистическая революция, останься они оба на площади — их имена бы прославили громче всех имён мятежников. Но братья Лермонтовы в целом оказались верны присяге и долгу, что бы потом ни говорили о них потомки.

Александр СМИРНОВ

, ,   Рубрика: Дворцовые тайны





Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:66. Время генерации:0,700 сек. Потребление памяти:38.81 mb