Корпорация грамотеев

Автор: Maks Ноя 23, 2018

Каждое утро к моменту открытия казённых учреждений Российской империи к их дверям сходились потрёпанные жизнью господа в полинялых вицмундирах и фризовых шинелях. Кое у кого из них на головах красовались мятые фуражки со следами кокард. Это выходили «на промысел» люди, в народе известные под кличками борзописцев, аблакатов и крючкотворов.


Обычно аблакатами были изгнанные с государственной службы за лихоимство и пьянство мелкие чиновники, писцы различных контор и прочая публика, уже потёршаяся в канцеляриях и знавшая, «что к чему, да как дела делаются». Свой хлеб они добывали, составляя различные прошения, свидетельства и иные деловые бумаги. Работа это была хитрая, требовавшая большой опытности и поставленной руки. Надобно было знать, куда адресовать бумагу, как правильно титуловать да что в той бумаге написать, чтобы дело пошло быстрее.

У дверей присутственных мест

В Москве местом аблакатской биржи были Иверские ворота у Красной площади, поблизости от которых располагалось множество различных государственных учреждений. Туда крючкотворы являлись с чернильницами, перьями и бумагами с уже готовыми прошениями, в которых оставлены были места для имён и фамилий просителей, жалобщиков и свидетелей. Такое «заготовленное» прошение с подписью стоило гривенник, а за написание отдельной бумаги брали по четвертачку.

От всей этой компании яростно разило различными ароматами нищеты, над которыми солировали «амбре» чеснока и лука, перебиваемые разве что запахом выпитой с самого утра чарки «центифариса», как они называли меж собой водку.

АблакатыПридя в учреждение, аблакаты занимали «позицию» на лестницах, недалеко от входных дверей. Подвернув ноги под себя подобно индийским йогам, они, усевшись прямо на ступеньках у стены, с терпением философов-стоиков ждали «своего клиента», время от времени окликая проходивших по лестнице просителей.

Стоило только ответить борзописцу, и он уже от потенциального клиента не отставал. Уговорив отдать ему бумагу «на погляд», борзописец начинал читать её, тут же критикуя неизвестного автора и исподволь навязывая свои услуги. Обычно наивный клиент легко поддавался на такие хитрости. В особо удачный день, когда клиенты «шли косяком», борзописец позволял себе «отойти от аскетизма». В обычные дни питаясь у лоточников «съестным припасом», требующим желудка адской закалки, подзаработавший грамотей располагался в трактире, заказывал себе закусок и «горячего», выпивал хлебного вина «сколь душа требует», а потом, «по слабости в ногах», требовал нанять ему извозчичьи «волочки», дабы его доставили «к себе».

Это самое «к себе» означало обычно жуткую дыру, в которой крючкотвор обитал в свободное от «промыслов» время. Комнату имели немногие представители племени одичавших грамотеев. Обычно они в ночлежной квартире «снимали углы», отгороженные распоротыми мешками, вывешенными на протянутой верёвочке, а то и вовсе имели «своё место» на печи, оговаривая только право днём подходить к окну «для письменных занятий».

После того как сытого и упившегося «письменного работника» приволакивали к ночлегу, он на следующее утро уже не шёл «на промысел», а так и оставался лежать на печи или за мешочной ширмой, изредка посылая кого-нибудь за водкой и едой. Прожив этаким сибаритом несколько дней, «по скончании средств» шёл грамотей опять на лестницу или в подворотню присутствия, чтобы ловить клиентов, писать прошения, свидетельствовать.

Венец карьеры

Когда же «по письменной части» ничего не подворачивалось, борзописцы хватались за любую работу, не брезгуя ничем, лишь бы прокормиться. Если удавалось наняться читать Псалтырь по покойникам, считали, что им повезло. Чтобы получить такой заказ, крючкотворам требовалось сводить знакомство с гробовщиками, от которых получали «наводку на клиента», от души желая им «расторговать весь ваш товар до последнего гроба».

Самим грамотеям мастерство их знакомых было совершенно бесполезно, так как большинству из борзописцев, после того как души оставляли их тела, в гробах лежать не доводилось. Им была уготована иная участь. Так как хоронить одиноких и нищих крючкотворов было обычно некому и не на что, бренные и многогрешные телеса скончавшихся аблакатов отправляли в анатомический театр, где их пускали на приготовление медицинских препаратов и скелетов, по которым студенты-медики изучали анатомию.

Валерий ЯРХО

, , ,   Рубрика: Забытое ремесло





Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:66. Время генерации:0,650 сек. Потребление памяти:38.79 mb