Коварный мирный атом

Автор: Maks Дек 1, 2018

После катастрофы в Чернобыле наше отношение к мирному атому кардинально изменилось. Теперь мы больше не считаем его безопасным и безвредным другом человека, как его характеризовали в благодатные советские времена. В эпоху гласности мы неожиданно для себя открыли, что, оказывается, ещё до аварии на ЧАЭС на предприятиях и в научных центрах Советского Союза не раз случались чрезвычайные происшествия, связанные с использованием ядерных материалов и технологий. И заканчивались они не только материальным ущербом, но и человеческими жертвами.

Ликвидаторы из «Красного Сормова»

Одна из самых серьёзных трагедий такого рода случилась 18 января 1970 года на заводе «Красное Сормово» (в то время — Горьковская область, ныне Нижегородская), где строилась седьмая по счету атомная подводная лодка (АПЛ) проекта 670 «Скат». При проведении гидравлических испытаний первого контура силовой установки АПЛ, когда она находилась на стапеле механосборочного цеха, неожиданно произошёл несанкционированный запуск реактора ВМ-4. На запредельной мощности он проработал всего 10-15 секунд, после чего в нём произошёл тепловой взрыв, и реактор частично разрушился. Непосредственно при взрыве моментально погибли 12 монтажников. Но в сборочном помещении в этот момент находилось не менее 150 рабочих, а за тонкой перегородкой цеха — ещё около 1500 человек. Все они попали под радиоактивный выброс, общий уровень излучения которого достигал 60 тысяч рентген (75 тысяч кюри).

Коварный мирный атомЗаражения местности вокруг предприятия удалось избежать из-за закрытости этого цеха, однако в момент аварии произошёл сброс радиоактивной воды в Волгу. Шестерых пострадавших от выброса, самых тяжёлых, немедленно доставили в специализированную московскую клинику, где трое из них с диагнозом острая лучевая болезнь скончались уже через неделю. Только на следующий день стали отмывать специальными растворами остальных облучённых рабочих, а их одежду и обувь собирали и сжигали. Однако эта мера так и не привела к улучшению обстановки на заводе, поскольку огнём невозможно снизить уровень излучения, а пепел от одежды будет сохранять радиацию в течение ещё десятков лет.

У всех без исключения участников и свидетелей инцидента взяли подписку о неразглашении на 25 лет. В тот же день 450 человек, узнав о произошедшем, уволились с завода. Остальным пришлось участвовать в работах по ликвидации последствий аварии, которые продолжались вплоть до 24 апреля того же года. В общей сложности в них приняли участие более тысячи человек. Из инструментов им выдавали только ведра, швабры и тряпки, а в качестве защитных средств — марлевую повязку и резиновые перчатки. За участие в ликвидационных работах всем доплачивали по 50 рублей в день. К январю 2005 года из этих людей в живых оставались 380 человек, к 2012 году — менее 300, и все они являлись инвалидами I и II групп. За участие в тех работах никто из них не получил каких-либо государственных наград. Ныне ликвидаторы той аварии получают ежемесячную выплату в размере 750 рублей.

Протонный удар

Сам факт, что в закрытых «атомных» НИИ тоже бывают чрезвычайные происшествия, для всех стал очевиден ещё из художественного фильма «Девять дней одного года». Но о том, что 13 июля 1978 года в подмосковном Институте физики высоких энергий с сотрудником этого института Анатолием Бугорским произошёл вовсе не вымышленный, а вполне реальный несчастный случай, страна долгое время даже не подозревала. Между тем в тот день из-за сбоя в системе безопасности голову Бугорского пронзил интенсивный пучок протонов, вышедший из крупнейшего в то время ускорителя У-70 и имевший энергию 70 миллиардов (!) электрон-вольт. Радиационная доза, полученная физиком от этого пучка, на его входе составила 200 тысяч рентген.

Хотя считается, что разовая доза облучения в 600 рентген и выше для человека является смертельной, Бугорский тем не менее остался жив и даже потом рассказывал, что при прохождении протонов через голову он ощутил в глазах яркую вспышку, но никаких болевых ощущений при этом не было. Пучок вошёл ему в затылочную область, полностью уничтожив по всей зоне поражения кожу, кость и ткань мозга. Сразу после этого происшествия Бугорский был помещён в специализированную радиологическую клинику в Москве, где врачи готовились к худшему. Однако физик, словно заколдованный, после этого лучевого удара не только поправился, но даже защитил через два года кандидатскую диссертацию, подготовленную ещё до аварии, хотя и перестал слышать левым ухом. Ныне Бугорский продолжает научную работу в том же институте.

Над Канадой небо синее

Были также случаи, когда радиационные аварии, начавшиеся на советском секретном объекте; затем затрагивали зарубежные страны. В частности, 24 января 1978 года на территорию Канады после внезапной потери связи упал советский спутник «Космос-954», запущенный четырьмя месяцами раньше в интересах морской космической системы разведки. В результате оказался рассекреченным тот факт, что этот спутник имел на борту ядерную энергетическую установку, которая при падении разрушилась и загрязнила радиацией более 100 тысяч квадратных километров Северо-Западных территорий Канады. Но поскольку эти места практически безлюдны и здесь нет ни городов, ни крупных поселений, при инциденте никто не пострадал. В поисках обломков аппарата принимали участие американские и канадские спецподразделения, которым удалось найти более 100 его фрагментов общей массой 65 килограммов. Радиоактивность этих объектов колебалась от нескольких миллирентген до 200 рентген в час. Правительство СССР признало факт своей вины и предложило Канаде помощь в очистке территории, однако та не только отказалась, но даже не вернула Советскому Союзу остатки спутника, что нарушало международные положения. В итоге СССР выплатил пострадавшей стороне 3 миллиона долларов, но выяснить причину отказа спутника и его неконтролируемого падения так и не удалось. После этого инцидента нашим разработчикам пришлось почти на три года отказаться от запусков в космос подобных объектов, чтобы усовершенствовать систему их радиационной безопасности.

Погибли мгновенно

Считается, что самой тяжёлой радиационной аварией за всё время существования отечественного атомного флота стало происшествие, случившееся 10 августа 1985 года на судоремонтном заводе «Звезда» (Приморский край, бухта Чажма, посёлок Шкотово-22). В тот день на подводной лодке К-431, стоявшей у пирса, началась перезагрузка ядерного топлива. Как потом выяснилось, эти работы проводились с нарушениями требований ядерной безопасности и технологии, поскольку в них использовались нештатные подъёмные приспособления. Реактор правого борта удалось перезагрузить нормально. Но в тот момент, когда начался подъём (так называемый «подрыв») крышки второго реактора и из него подняли компенсирующую решётку, мимо субмарины на большой скорости, которая превышала разрешённую в бухте, промчался торпедный катер. Поднятая им волна привела к колебанию плавучего крана, державшего крышку. Решётка и поглотители поднялись выше критического уровня, реактор вышел на пусковой режим — и в результате внутри лодки произошёл сильнейший тепловой взрыв, а затем начался пожар, продолжавшийся два с половиной часа.

При 1000-градусной температуре мгновенно погибли 10 офицеров и матросов, проводивших перезагрузку ядерного топлива. Позже в разных уголках гавани были найдены только небольшие фрагменты их тел, выброшенные взрывом из люка лодки. От одного из офицеров осталась только часть пальца с золотым обручальным кольцом, по которому впоследствии и удалось определить, что в центре взрыва уровень радиации составлял 90 тысяч рентген в час. Выброшенное в атмосферу ядерное топливо унесло ветром, и затем оно выпало на местности, образовав радиоактивную полосу длиной до 30 километров, которая пересекла полуостров Дунай в северо-западном направлении и вышла к берегу Уссурийского залива. Суммарная активность выброса составила около 7 мегакюри, это очень большая цифра.

В ходе аварии и при устранении её последствий радиационному облучению подверглись 290 человек, из которых у 10 позже была определена острая лучевая болезнь, и ещё у 39 — лучевая реакция. После ликвидации пожара выгоревший корпус лодки К-431 с помощью понтонов отбуксировали на долговременное хранение в отдалённую бухту. Вместе с ней вследствие высокого радиационного загрязнения была признана непригодной для дальнейшей эксплуатации также и стоявшая рядом субмарина К-42 «Ростовский комсомолец» проекта 627А. А на месте аварии десяти погибшим офицерам и матросам позже был поставлен памятник.

Валерий ЕРОФЕЕВ

, , ,   Рубрика: Катастрофы и катаклизмы





Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:66. Время генерации:0,661 сек. Потребление памяти:38.76 mb