Крамольная фантастика

Автор: Maks Фев 5, 2018

Ивана Ефремова трудно назвать диссидентом. Он был принят в Союз писателей, удостоен ордена за заслуги в развитии советской литературы и коммунистическом воспитании трудящихся. И все же писатель, убежденный сторонник коммунизма, не был для власти своим.

В октябре 1972 года в Москве умер писатель-фантаст Иван Антонович Ефремов. Одной из главных тем его произведений была борьба Эры Разобщенного Мира и Эры Встретившихся Рук. Иными словами, капитализма и коммунизма. Как ни странно, разработки Ефремова в области коммунистических отношений весьма осложнили отношения писателя с властью. Его коммунистическая Эра Встретившихся Рук заметно отличалась оттого, что можно было видеть в СССР. Зато Эра Разобщенного Мира во многом напоминала советские порядки…

Марксистская база

Становление Ивана Ефремова как личности пришлось на годы Гражданской войны и последовавшего за ней НЭПа. Несмотря на боевые действия, разруху и голод, это было время «революционного романтизма», когда казалось, что извечная мечта о справедливом обществе становится реальностью.

Оставшись без родителей, Ефремов прибился к красноармейской воинской части, вместе с ней дошел до знаменитого крымского Перекопа. В одном из боев даже был контужен. И все же романтика сопровождала его всю жизнь. Во время службы моряком на Дальнем Востоке Ефремов занялся палеонтологией. Изучал древние формы жизни в ходе научных экспедиций по Монголии, Сибири и Средней Азии. Именно в этих поездках родились замыслы многих его известных произведений.

Иван Ефремов был одним из немногих советских писателей, которые всерьез и глубоко думали над тем, как должен выглядеть коммунизм. Писатель черпал свои идеи из официальной советской идеологии. В интервью журналу «Молодая гвардия», рассказывая о написанном в 1968 году романе «Час Быка», он отмечал: «Мне хотелось в художественной форме провести марксистскую мысль о том, что человек перешел на другую ступень чисто биологического развития, биологической борьбы, что в нем главное теперь — его социальные общественные взгляды».

В самом романе писатель не раз демонстрирует картины нового общества: «Ни малейшей тревоги о будущем, кроме естественной заботы о порученном деле, кроме желания стать лучше, смелее, сильнее, успеть сделать как можно больше на общую пользу. Гордая радость помогать, помогать без конца всем и каждому, некогда возможная только для сказочных халифов арабских преданий, совсем забытая в ЭРМ (Эру Разобщенного Мира. — Прим. авт.), а теперь доступная каждому».

Десятилетием ранее, в романе «Туманность Андромеды», Ефремов рассматривал коммунизм с точки зрения материального достатка: «Но требование дать каждому все вызвало необходимость существенно упростить обиход человека. Человек перестал быть рабом вещей, а разработка детальных стандартов позволила создавать любые вещи и машины из сравнительно немногих основных конструктивных элементов подобно тому, как все великое разнообразие живых организмов строится из небольшого разнообразия клеток, клетка — из белков, белки — из протеинов и т.д.

…Все силы общества, расходовавшиеся в древности на создание военных машин, содержание не занятых полезным трудом огромных армий, политическую пропаганду и показную мишуру, были брошены на устройство жизни и развитие научных знаний».

Опасные сравнения

Иван ЕфремовВ романе «Сердце Змеи» и других произведениях писатель разрабатывал тему «Великого Кольца» — межпланетного коммунизма. Он доказывал, что, если землянам суждено встретить инопланетян, это будут представители именно коммунистического общества. Для них не может быть и речи об уничтожении или хотя бы угнетении людей, что сегодня часто обыгрывается в фантастических произведениях на космическую тему. По мнению Ефремова, создать межпланетные корабли смогут лишь на планете, свободной от войн, кризисов и конкуренции. Планете, развивающейся по единому плану на основе всеобщей взаимопомощи. Для жителей такой планеты убийство, эксплуатация и другие подобные вещи остались в далеком прошлом.

Будучи фантастом, Иван Антонович старался не отрываться от реальности и поэтому анализировал факторы, препятствующие развитию новых общественных отношений. Главным из них он считал эгоизм. Но, следуя марксистской диалектике, писатель констатировал и прогрессивную роль этого явления: «…это не порождение каких-то сил зла, а естественный инстинкт первобытного человека, игравший очень большую роль в дикой жизни и направленный к самосохранению».

Тем не менее Ефремов был убежден, что, когда исчезнет необходимость конкурировать друг с другом за жизненные средства, люди отправят необходимый им некогда эгоизм на музейную полку. Такие качества, как честность, искренность, бескорыстие, получат широкое распространение. По мнению писателя, будет сделан шаг, по сути, от еще животных отношений в обществе к отношениям непосредственно человеческим, И откроется новая историческая эра — Эра Встретившихся Рук.

Рассуждая о коммунистических переменах, писатель выводил понятие «лжесоциалистические государства Эпохи Разобщенного Мира». Открыто он критиковал лишь Китай, где тогда под руководством Мао Цзэдуна развернулась «культурная революция». Но множественное число слова «государства» настораживало советскую цензуру. Настораживало ее и описание разлагающегося капитализма на планете Торманс в романе «Час Быка»: «Множество кинофильмов о кровавом прошлом, покорении (а вернее, истреблении) природы и массовых спортивных играх занимали больше всего времени.

…В телепередачах и радиоинформации очень много внимания уделялось небольшой группе людей, их высказываниям и поездкам, совещаниям и решениям. Чаще всего упоминалось имя Чойо Чагаса, соображения которого на разные темы общественной жизни, прежде всего экономики, вызывали неумеренные восторги и восхвалялись как высшая государственная мудрость».

Рука цензуры

В приведенном писателем сравнении порядков на коммунистической Земле и капиталистическом Тормансе последние подозрительно напоминали уклад жизни в СССР:

«…И еще одна черта земной жизни вызывала недоумение. Личные помещения людей Земли, обставленные просто, производили на жителей Ян-Ях впечатление полупустых, даже бедных.

— Зачем нам что-нибудь еще, кроме самого необходимого, — отвечала на неизбежный вопрос Олла Дез, — если мы в любой момент можем пользоваться всей роскошью общественных помещений?..

— А у нас, — говорили тормансиане, — общественные здания, парки и дворцы переполнены людьми и очень шумны. Из-за множества посетителей их нельзя содержать в нужной чистоте, сохранить тонкость убранства. Поэтому наши личные квартиры похожи на крепости, куда мы укрываемся от внешнего мира, туда же мы прячем все, что нам особенно дорого».

Коробила цензоров и невозможность для коммунистических землян Ефремова убивать разумные существа, пусть бы те и были их врагами. А описания землян — красивых, честных, привыкших открыто высказывать свое мнение, не терпящих несправедливости людей — были почти полной противоположностью советским гражданам, хорошо усвоившим, что не стоит «болтать лишнее», «высовываться» и что «начальству виднее». Кроме того, писателю не простили, что наступление коммунизма он прогнозировал примерно через 2 тысячи лет. А ведь Никитой Хрущевым коммунизм был запланирован на 1980 год.

Роман «Час Быка» в 1970-м был изъят из книжных магазинов и библиотек. В специальной записке в ЦК КПСС тогдашний глава КГБ Юрий Андропов пояснял: «В романе «Час Быка» Ефремов под видом критики общественного строя на фантастической планете ‘Торманс» по существу клевещет на советскую действительность…» Впоследствии писателя даже вызывали на беседу в ЦК КПСС, хотя в партии он никогда не состоял.

После смерти Ефремова и некоторые другие его книги изъяли из библиотек. Было задержано издание собрания его сочинений, отменялись доклады о Ефремове на научных форумах. А в квартире писателя прошел многочасовой обыск, были изъяты бумаги покойного, книги из его библиотеки и даже коллекция камней, собранная во время экспедиций.

Уже в годы перестройки стало известно, что КГБ разрабатывал в отношении Ефремова версию под стать фантастическим романам. Подозревали, что под видом писателя скрывается иностранный шпион, подменивший собой настоящего Ефремова во время экспедиции того по Монголии. Версию разрабатывали несколько лет и воплотили в десятки томов с материалами. Но до ареста, к счастью, не дошло.

Юрий КУЦЕНКО

, ,   Рубрика: Назад в СССР




Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:74. Время генерации:0,937 сек. Потребление памяти:31.84 mb