История — это политика, которую уже нельзя исправить.
Политика — это история, которую еще можно исправить.

Подпишитесь на нас

Подпишись на РСС




Интересные сайты:





Печальная судьба подводного корсара

Соседство с «владычицей морей» Британией приучило французов творчески и весьма нестандартно подходить к развитию своего флота. Одним из таких нестандартных проектов стала субмарина «Сюркуф», и по размерам, и по вооружению ставшая своего рода чемпионом среди подводных лодок. Правда, «чемпион» этот вышел каким-то нелепым и несуразным.

В период наполеоновских войн, когда Франция без особого успеха пыталась бросить вызов британской морской мощи, гремело имя Робера Сюркуфа (1773-1827 гг.). Захватив 47 английских, голландских, испанских и португальских судов, он получил прозвище «король корсаров» и сколотил состояние на продаже награбленного.

Через лазейку в договоре

Если убрать корыстную составляющую, то каперство (выдача частным лицам «лицензий» на ведение боевых действий на море) было своего рода «асимметричным ответом» бесконтрольному хозяйничанью британцев на море. Отсюда и вал почестей (орден Почетного легиона, баронский титул), которыми правительство Бонапарта осыпало «короля корсаров». Имя его стало легендой. В 1858 году «Сюркуфом» назвали парусно-паровой бот, а в 1889 году - крейсер.

По тому, как повышался класс кораблей, носивших это имя, можно догадаться, что опыт его каперских операций оставался востребованным. Военно-морские теоретики, прорабатывавшие варианты войны против Британии, исходили из того, что удары по морским коммуникациям должны наносить крейсера-рейдеры. В Первую мировую войну в этом же качестве успешно выступили германские субмарины. При этом французы и англичане в Первую мировую являлись союзниками. Но у Англии, как метко отметил Вильям Питт-старший, «нет постоянных союзников, а есть только постоянные интересы». И в 1922 году адмиралы «коварного Альбиона» добились подписания Вашингтонского соглашения об ограничении морских вооружений между США, Британией, Францией, Японией и Италией.

Договор включал пункты, серьезно ограничивавшие калибр и скорость надводных кораблей. А вот относительно подводных лодок коллеги по Антанте вообще не договорились, и каждая страна могла строить их сколько угодно. Французы, чей флот выглядел по сравнению с английским очень скромно, решили воспользоваться этой лазейкой, создав в одном лице и субмарину, и крейсер. Имя «Сюркуфа» на его борту ясно указывало, в каком именно качестве будет использоваться это суперсудно.

Собственно, в 1927 году заложили сразу три подлодки, но спустили на воду только одну из них - произошло это 18 октября 1929 года. Две остальные так и не были построены. В силу вступил Лондонский морской договор, ограничивавший калибр орудий на субмаринах 155-миллиметрами. Для «Сюркуфа» сделали исключение, а вот на его «систершипов» оно не распространялось. Так он и остался монстром-одиночкой, единственным в своем роде.

Имиджевый проект

Французская субмарина «Сюркуф»

Параметры субмарины впечатляли даже неспециалистов. При длине 110 метров он на 40 метров превышал описанный Жюлем Верном «Наутилус», который и в 1920-х годах воспринимался как корабль будущего (правда, максимальная ширина у них совпадала - 9 метров). Более многочисленным был и экипаж «Сюркуфа» - 110 матросов и 8 офицеров. Дальность плавания без захода в порт составляла 12 тысяч миль.

Помимо невиданных для подлодок двух спаренных 203-миллиметровых орудий, она несла аж 22 торпеды в 12 торпедных аппаратах. Управление огнем осуществлялось с помощью механического вычислительного прибора и оптического дальномера, что позволяло делать замеры на расстояние до 11 километров. Для разведки и корректировки огня на еще более дальние дистанции субмарина имела гидросамолет Besson MB 411, установленный в герметичном ангаре. Это не лезло уже ни в какие рамки - субмарина в роли авианосца! Для противодействия вражеской авиации на крыше ангара стояли два 37-миллиметровых зенитных орудия и четыре 13,2-миллиметровых пулемета.

Казалось, мир должен был замереть в восхищении. Но скептики критиковали подводный «левиафан» на протяжении всей его недолгой жизни. И, как показали дальнейшие события, этот скептицизм оказался вполне оправданным.

Вот убийственный отзыв служившего на «Сюркуфе» англичанина Фрэнсиса Бойера: «Подлодка имела башенную установку с двумя восьмидюймовыми орудиями. По идее при сближении с целью мы должны были высовывать жерла орудий и стрелять, оставаясь под водой. Но так не получалось: у нас возникали серьезные трудности с обеспечением водонепроницаемости башни. Что еще хуже, на «Сюркуфе» все было нестандартным: каждую гайку, каждый болт требовалось вытачивать особо. Как боевой корабль он никуда не годился, гигантское подводное чудовище».

После спуска на воду субмарина лишь спустя пять лет была введена в состав флота. Случилось это в мае 1934 года.

Поскольку подобных тяжеловесов ни у союзников, ни у потенциальных противников не имелось, «Сюркуф» часто совершал визиты в иностранные порты, демонстрируя мощь Франции. Германия между тем отказалась соблюдать ограничения, наложенные Версальским миром, и тоже вступила в гонку морских вооружений, сделав ставку на развитие подводного флота. Показательно, что и немцы, и их главные враги англичане проигнорировали французский опыт, посчитав его неудачным.

Однако когда началась Вторая мировая война, грех, разумеется, было бы не попытаться использовать «Сюркуфа» по его прямому назначению.

Из Бреста в Портсмут

К моменту начала боевых действий субмарина находилась в Карибском море (на французских Антилах) и была включена в эскорт следовавшего с Ямайки британского конвоя.

26 сентября 1939 года она прибыла в Брест в таком состоянии, что ее сразу пришлось поместить в сухой док для ремонта. Там она и простояла до мая 1940 года, когда «странная война» обернулась блицкригом. Вермахт перешел в наступление, оккупировал Бельгию и Голландию и принудил Францию к капитуляции.

«Сюркуф» в эти дни все еще находился в Бресте. Вскоре встал вопрос - как не допустить захвата субмарины немцами. Выхода было только два. Первый - перебазировать лодку на юг Франции в Тулон. Однако «Сюркуф» мог и не выдержать переход в Средиземное море. Пришлось остановиться на технически более надежном варианте с эвакуацией в Англию.

С одним работающим двигателем и заклиненным рулем «Сюркуф» 18 июня добрался до Портсмута. Сделано это было вопреки распоряжению командующего французскими ВМФ адмирала Дарлана, который послал вдогонку субмарине приказ вернуться обратно.

Во Франции между тем, наряду с военным, грянул и политический кризис, закончившийся созданием на юге страны в городке Виши нового правительства, возглавляемого маршалом Петэном. Оно поспешило заключить мир с Германией, что рассорило его с Англией, твердо решившей продолжить войну с нацистами.

Больше всего британское Адмиралтейство беспокоила судьба французского флота, основные силы которого сосредоточились в алжирских портах Мерс-эль-Кебире и Оране. Британцы выдвинули ультиматум, требуя либо передать эти корабли в свое распоряжение, либо затопить их. Ответ был отрицательным, и со 2 по б июля в ходе операции «Катапульта» англичане устроили настоящую бойню своим бывшим союзникам, в ходе которой погибло около 1300 французских моряков.

3 июля одновременно с операцией в Мерс-эль-Кебире англичане решили захватить и те французские корабли, которые находились в британских портах - Портсмуте и Плимуте. Практически без проблем они овладели устаревшими дредноутами «Париж» и «Курбе», двумя эсминцами, восемью торпедными катерами и пятью подводными лодками. И только на «Сюркуфе» столкнулись с сопротивлением.

Неблагонадежный корабль

В два часа ночи 3 июля 1940 года на борт субмарины поднялась абордажная группа под командованием старших лейтенантов Денниса Спрейга и Пэта Гриффитса. Накануне англичане получили сведения, что двигатели «Сюркуфа» отремонтированы, и, выполняя приказ адмирала Дарлана, подлодка готова вернуться во Францию.

В сопровождении двух вооруженных моряков оба офицера спустились в кают-компанию, где объявили, что подлодка передается под командование созданной генералом де Голлем организации «Свободная Франция», которая намеревалась продолжать борьбу с немцами. Легитимность «Свободной Франции» вызывала у личного состава «Сюркуфа» большие сомнения, но возражений не прозвучало. Только один из французов отпросился в гальюн, где, как выяснилось, на случай подобного оборота событий у него было припрятано личное оружие. По возвращении он ворвался в кают-компанию уже с пистолетом и начал палить по-ковбойски. Спрейг получил семь пулевых ранений, Гриффите был застрелен выстрелом в спину, когда пытался вылезти по трапу за помощью. Один из стоявших наверху британских часовых был ранен пулей в лицо, а другой убит. Оправившись от шока, абордажная команда тоже пустила в ход оружие, застрелив одного из французских офицеров. Однако в схватке сильно пострадало оборудование, были уничтожены карта и другая секретная документации.

Экипаж «Сюркуфа», численность которого заметно превышала штатную и достигала 150 человек, посадили под арест. Подавляющее большинство членов команды отправились в лагерь для военнопленных в Ливерпуле, а офицеры - в лагерь на острове Мэн.

Только 14 человек во главе со старшим помощником Луи Блезоном согласились примкнуть к «Свободной Франции». Они-то и составили костяк экипажа, почти на 90% доукомплектованный прибывшими с других судов моряками-голлистами.

Впрочем, назвать их убежденными противниками Германии трудно, поскольку вечерами экипаж часто слушал радиопередачи вишистского правительства и был осведомлен о неджентльменском поведении англичан в Мерс-эль-Кебире.

В общем, политическая надежность экипажа «Сюркуфа» вызывала большие сомнения, знание моряками своего судна оставляло желать лучшего, а боевые качества субмарины по-прежнему были неизвестны. Следовало также учитывать, что в случае, если экипаж вздумал бы угнать подлодку на родину, это событие стало бы большим пропагандистским козырем для вишистов. В общем, доверять самостоятельные боевые операции «Сюркуфу» не спешили. Сомнения лордов Адмиралтейства многое объясняют в событиях начала апреля 1941 года, когда субмарину сначала решили перебросить из Галифакса в канадскую провинцию Новая Шотландия, чтобы присоединить к конвою НХ 118, а затем без каких-либо объяснений вернули в Портсмут. На британском флоте даже ходили слухи, будто «Сюркуф» торпедировал корабли, которые передали ему под охрану.

Правда, 14 мая субмарину вывели в Атлантику в свободный поиск, приказав по его окончании прибыть на Бермуды. Урона немцам «Сюркуф» не нанес, но в августе 1941 года он прибыл в американский Портсмут, что считалось большим успехом.

На самом деле моральное состояние экипажа Блезон оценивал как плачевное: более 10 человек находились под арестом и по прибытии в США оказались списаны на берег.

Отзывать субмарину обратно в Англию лорды Адмиралтейства не спешили, видимо, прикинув, что сбежать во Францию из Америки «Сюркуфу» будет труднее.

США в это время во Вторую мировую войну еще не вступили, но усиленно к ней готовились, проводя, в частности, военно-морские маневры. Во время таких учений, 21 ноября, «Сюркуф» столкнулся у берегов штата Коннектикут с американской подводной лодкой. Удар вызвал течь в носовых балластных цистернах. Однако ликвидировать эти повреждения можно было только в сухом доке.

Чтобы оценить ситуацию, на субмарину откомандировали офицера связи Роджера Бэрни. На основе его донесений, а также после личного посещения субмарины коммодор Кеннеди-Превис отправил адмиралу Максу Хортону рапорт, в котором положение дел оценивалось следующим образом: «Дисциплина неудовлетворительна, офицеры почти утратили контроль... В настоящее время подводная лодка потеряла боевую ценность... По политическим соображениям, возможно, будет сочтено желательным оставить ее в строю, но, с моей точки зрения, ее следовало бы направить в Великобританию и списать».

Хортон в своем рапорте Черчиллю был менее категоричен: «Командир «Сюркуфа» - моряк, хорошо знающий корабль и свои обязанности. На состоянии экипажа отрицательно сказались долгое безделье и антианглийская пропаганда в Канаде. На Таити, при обороне своей земли, я думаю, «Сюркуф» может принести значительную пользу... К «Сюркуфу» особое отношение во французских военно-морских силах, и «Свободная Франция» будет категорически против его списания».

Относительно же повреждений адмирал высказал мнение, что на Бермудах можно будет сделать текущий ремонт, а дальше субмарина дотянет и на одном двигателе.

На Таити не прибыл

9 февраля 1942 года капитан Блезон получил предписание следовать на Таити через Панамский канал. 12 февраля покинул Бермуды. А через неделю сотрудник британского консульства в Панаме направил в Адмиралтейство телеграмму: «Французский подводный крейсер "Сюркуф" не прибыл, повторяю, не прибыл». Далее в телеграмме говорилось: «Военный транспорт США «Томсон Лайке», вышедший вчера с конвоем в северном направлении, сегодня вернулся после столкновения с неопознанным судном, которое, видимо, сразу затонуло в 22:30 18 февраля в 010 градусах 40 минутах северной широты, 079 градусах 30 минутах западной долготы. Транспорт вел поиск в этой точке до 08:30 19 февраля, но ни людей, ни обломков не обнаружил. Единственный след - нефтяное пятно. У "Томсон Лайке" серьезно повреждена нижняя часть форштевня».

На версии о том, что неизвестным судном был «Сюркуф», и остановились как на политически более удобной. В конце концов, при наличии одного двигателя субмарина действительно должна была идти в надводном положении. Правда, в первых рапортах говорилось о том, что «Томсон Лайке», скорее всего, столкнулся с катером. Но позже пришли к выводу, что это было «низко сидящее в воде судно большого тоннажа». Хотя, учитывая, как дешево отделался американский транспорт, вариант с катером выглядит убедительнее. «Сюркуф» ведь был гигантских размеров, а тут он тихо и незаметно ушел на дно со 130 членами экипажа.

В общем, подробности и причины гибели гигантской субмарины покрыты мраком в отличие от тщательно фиксировавшейся репортерами его парадной довоенной биографии.

Игорь ШЕИН

В гибели «Сюркуфа» виновны союзники?

Официальной версии противоречит составленный главой ФБР Эдгаром Гувером секретный меморандум, в котором, без ссылок на источники, говорилось, что «Сюркуф» затонул в нескольких сотнях миль дальше - у порта Сен-Пьера на Мартинике - 2 марта 1942 года. Мартинику контролировали сторонники Виши, следовательно, можно предположить, что обозлившийся на союзников экипаж убил или арестовал командира и решил до конца войны отсидеться в этой уютной гавани.
В 1983 году бывший капрал военно-морской пехоты США, служивший на крейсере «Саванна», заявил, что его кораблю предписывалось совместно с английским крейсером потопить «Сюркуф», поскольку субмарина атаковала один из союзных транспортников. Правда, после прибытия на место выяснилось, что подлодка уже затонула.



Если вам понравилась статья, поделитесь пожалуйста ей в своих любимых соцсетях:


Предыдущая     История оружия     Следущая










Сообщество в G+