История — это политика, которую уже нельзя исправить.
Политика — это история, которую еще можно исправить.


Подпишись на РСС




Лечение наркомании одесса посмотреть.





Самурай с компасом и картой

Политика самоизоляции Японии, официально принятая в 1641 году, способствовала сохранению национальных традиций и сложившегося уклада страны. Однако её посланники с интересом осваивали окружающий мир. Таким и был потомок самураев Мамия Риндзо, который, стремясь добыть важные сведения, открыл пролив, отделяющий Сахалин от материка…

Юность будущего путешественника Мамии Риндзо была типичной для отпрыска обедневшей самурайской семьи. Сёгун требовал, чтобы даймё (элита самураев) способствовали развитию школ и наук. Это дало возможность Мамии получить образование, где он преуспел в изучении основ математики, астрономии и географии.

Младший чиновник с большими амбициями

После окончания школы Риндзо познакомился со столичным географом Мураками Симанодзё, который посоветовал ему продолжить учёбу в Эдо (Токио) — на тот момент неофициальной столице страны. Получив благословление родителей, Мамия приехал в Эдо, где получил образование в области картографии.

В 1800 году Мамию Риндзо распределили на работу младшим чиновником на остров Хоккайдо, где он занимался составлением карт. Особое беспокойство японцев на тот момент вызывал северный сосед — Российская империя. Почти всю вторую половину 18-го века русские занимались освоением Курил и Сахалина. Однако из-за суровых климатических условий на Сахалине и Курилах проживали преимущество айны, которых японцы угнетали, а русские, напротив, — ввели в православие и не притесняли.

Но отдавать японцам Курилы и Сахалин русские не были намерены, хотя и войны с Японией в Петербурге тоже не желали. Воспользовавшись разрешением японцев, выданным в 1792 году русскому офицеру Адаму Лаксману, в порт Нагасаки в 1804 году прибыло русское посольство во главе с дипломатом Николаем Резановым. Но, промурыжив посла полгода в закрытом доме, японцы отказали России в посольстве.

В 1803 году Мамия Риндзо получил задание составить карту южных Курильских островов. А в 1806 году правительство Японии, решив обосновать претензии на Сахалин и Курилы, озаботилось систематизацией исторических хроник и географических сведений об этом регионе. И здесь сведения Риндзо оказались как нельзя кстати.

Путешествия на остров

Памятник японскому путешественнику Мамия Риндзо

В 1807 году картограф Мамия Риндзо снова был отправлен в регион Карафуто (южная часть Сахалина и Курил). Работу по составлению карт неожиданно прервало появление у берегов Итурупа русского корабля. Моряки с «Юноны», весть о миссии которой уже достигла Итурупа, были атакованы японцами из крепости Сян. В числе её защитников был и Мамия Риндзо, он даже получил небольшое ранение. Но русские не спешили атаковать и отошли, а ночью японцы сами оставили поселение.

С наступлением зимы 1807-1808 годов Риндзо вернулся на Хоккайдо, где он получил задание продолжать исследовать Сахалин. Дело в том, что японцы, сначала готовившие оборону Хоккайдо, осознали, что воевать с ними никто не собирается, и вновь высадили десант на юге Сахалина, Итурупе и Кунашире. В апреле 1808 года Мамия Риндзо и его коллега Мацуда Дэндзюро достигли Сахалина, где остановились в селении Сирануси на мысе Крильон.

Так как японец совершенно не представлял, куда и как нужно идти, то ещё в Хоккайдо нанял проводников из айнов. Но те, прибыв на Сахалин, вдруг отказались идти на север. Риндзо выручили местные айны, но когда путники дошли до поселения Тоннай (современное Охотское), то и они, посетовав на плохую погоду, бездорожье и неизвестные им племена, отказались идти дальше. И все же Риндзо удалось уговорить шестерых айнов продолжить путь на север, хотя бы до селения Риёнай. Действуя уговорами и подкупом, Мамия смог добраться с ними чуть дальше, до полузаброшеной фактории Тоцусёку.

В январе 1809 года Риндзо решил форсировать события и отправился на север острова на судне. 12 апреля 1809 года Мамия высадился в районе деревушки Нанио, которую он принял за северную оконечность. Отсюда он планировал двигаться на восток острова, чтобы собрать сведения о русских поселениях на Сахалине. Но проводники опять отказались идти в неизвестность, и Мамия до прихода лета был вынужден вернуться в селение на полуострове Нотэто, где он остановился в доме японского управителя. Скудные запасы пищи в селении вынудили Риндзо отправить своих спутников домой, сам же он в одиночку решил добраться до восточного берега.

В гостях у маньчжуров

Японцы давно знали, что на западе располагаются земли маньчжуров, откуда в Японию экспортировалась «парча Эдзо» — синий или жёлтый шёлк, расшитый золотыми и серебряными нитями, с изображениями драконов, цветов и т.д. Благодаря качеству и красоте в Японии «парча» использовалась для шитья роскошных одежд и отделки помещений, а у японцев возникало романтическое восприятие этой местности.

Однако выезд за пределы Японии по изоляционистским законам карался смертной казнью. Однако Мамия всё-таки уговорил вождей айнов взять его.

6 августа 1809 года Риндзо отплыл с полуострова Нотэто в направлении Амурского лимана. Перед отплытием он составил подробный доклад с убедительной аргументацией своих планов и отослал его с курьером в Сирануси. Вскоре судно пересекло пролив, соединявший Татарский пролив с Амурским лиманом и отделявший Сахалин от материка. Его Риндзо позднее описал в своей книге. Но из-за закрытости японских источников в Европе об этом узнали много позже. А в 1849 году пролив Риндзо повторно открыл русский мореплаватель Геннадий Невельский, имя которого он носит и по сей день.

Достигнув побережья, судно айнов отправилось на юг к заливу Таба, откуда был кратчайший пеший путь до реки Амур. Первое, что увидел японец, — утоптанный тракт длиной 120 метров и шириной 5-8 метров. Мамия вспоминал, что по нему от залива волоком тащили судно на холм, через перевал Таба, а потом через озеро Кизи входили в реку Амур.

Как и ожидалось, появление японца в Маньчжурии едва не стоило тому жизни. Выручили Риндзо айны, вырвавшие его из рук толпы и отлично понимавшие, что в случае его смерти соплеменники Риндзо спросят с них за это. После чего все они отплыли вверх по Амуру и 21 августа 1809 года достигли Дерена — китайского административного поста в низовье Амура. Ранее здесь размещался русский пост по сбору ясака, но войска Циньской империи изгнали россиян и сами стали принимали пушнину от местного населения. Взамен китайцы давали туземцам шёлковые и хлопчатобумажные ткани, иглы и т.п.

По воспоминаниям Риндзо, пост Дерен представлял собой квадрат со стороной 25 метров, обнесенный двойной оградой, внутри которой сборщики хранили собранные меха. Вокруг Дерена в хижинах жило около 500 местных жителей, занимавшихся обменом и торговлей. Место для тех широт было весьма оживленным.

К удивлению Риндзо, китайские чиновники приняли его радушно, и он беспрепятственно мог собрать интересующие его сведения.

13 сентября 1809 года Риндзо вернулся в Нотэто, сочтя миссию по определению северных границ Японии выполненной. В ноябре 1809 года он прибыл в столицу империи Эдо, где представил отчёт о поездке, представлявший для сёгуна не столько географический, сколько военный интерес. Позднее Мамия Риндзо составил географические карты и написал два тома описаний своих путешествий.

Прохор ЕЖОВ



Если вам понравилась статья, поделитесь пожалуйста ей в своих любимых соцсетях:


Предыдущая     Первооткрыватели     Следущая












Интересные сайты: