История — это политика, которую уже нельзя исправить.
Политика — это история, которую еще можно исправить.


Подпишись на РСС










Вечный революционер

Фидель Кастро и Че Гевара - два самых одиозных лидера кубинской революции. Однако мечтавший о пламени если не мировой, то всеобщей латиноамериканской революции, Че Гевара, в отличие от Фиделя, не сумел подстроиться под мирные будни строителя кубинского социализма. На капитанском мостике должен был остаться лишь один капитан.

Эрнесто Рафаэль Гевара де ла Серна

Впервые с кубинскими революционерами сын аргентинских буржуа, недавно получивший диплом хирурга, Эрнесто Рафаэль Гевара де ла Серна встретился в январе 1954 года в Гватемале. Участники кубинского подполья из движения «М-26» Антонио Лопес (Ньико), Марио Дальмау и Дарио Лопас рассказали аргентинцу о своей борьбе против ставленника США - кубинского генерала Фульхенсио Батисты-и-Сальдивара. Гевара, уже тогда имевший левые взгляды, выразил желание принять участие в этой борьбе.

Следующая встреча кубинцев и Че произошла в июне 1955 года, когда уже знакомый ему Ньико пришел в городскую больницу Мехико, где Эрнесто работал аллергологом. Он рассказал, что Мехико стал местом сбора кубинских революционеров, собирающихся в революционную экспедицию на Кубу. Заодно Ньико спросил: остается ли в силе предложение Че участвовать в их борьбе? Че, не раздумывая, ответил: «Да!»

За свободу Кубы!

Через несколько дней Ньико познакомил Че Гевару с Раулем Кастро, а 9 июля 1955 года в доме у Марии-Антонии Гонсалес аргентинец встретился с лидером кубинских подпольщиков Фиделем Кастро.

После разговора Эрнеста и Фидель сразу прониклись друг к другу симпатией. Фидель вспоминал, что Че на тот момент имел более зрелые по сравнению с ним революционные идеи. Он зачислил аргентинца на должность врача революционной экспедиции. 25 ноября 1956 года повстанцы в количестве 82 человек отплыли на Кубу из порта Туспан.

Уже в разгар революции, 5 июня 1957 года Фидель присвоил Эрнесто воинское звание команданте (майор) и назначил его командовать колонной из 75 повстанцев. К концу года барбудос («бородачи») уже контролировали горы Сьерра-Маэстра. 1 января 1959 года войска Кастро взяли Сантьяго, а на следующий день Гавану. Генерал Батиста бежал из страны, революционеры праздновали победу.

После того как последние очаги сопротивления были подавлены, настала очередь строить новую мирную жизнь на Острове свободы. Поговаривают, что когда Фидель, собрав ближний круг, спросил у них: «Есть ли среди вас хоть один экономист?», Че поднял руку. Правда, потом он признался, что услышал вместо «экономист» - «коммунист». Но когда все выяснилось, отступать было уже поздно. Кастро назначил Гевару президентом Национального банка Кубы и министром промышленности.

Увы, бесстрашный революционер не был способен управлять мирной отраслью. За год с небольшим, что Че был на посту главы Нацбанка, кубинский песо, ранее конвертировавшийся наравне с долларом, катастрофически обесценился.

Че был также министром промышленности новой Кубы. Взяв за пример сталинскую индустриализацию 1930-х годов, он решил повторить советский опыт. Но лозунг «Ускоренная индустриализация!» опять обернулся крахом. Заместитель Гевары Эрнесто Бетанкур вспоминал, что Че «не имел ни малейшего представления о самых элементарных принципах экономики».

Беспощадный каратель

Зная его беспощадную ненависть к классовым врагам, Фидель назначил Че «карающим мечом революции». И был удивлен жестокостью Гевары. Будучи начальником тюрьмы «Ла Кабанья», Че любил взирать на казни из окна своего кабинета. Иногда он и сам выходил во внутренний двор, чтобы казнить приговоренных. «Надо было видеть, с каким выражением лица он наблюдал, как заключенных выволакивают из камер и привязывают к расстрельному столбу. У него явно было не все в порядке с психикой», - вспоминал один из узников режима Кастро, диссидент Роберто Мартин-Перес.

По приказу Гевары для казней использовались пули крупного калибра, а сам расстрел производился с расстояния в пять шагов. Делалось это для того, чтобы кровь, мозги и фрагменты костей казненных забрызгивали стену позади них. Потом команданте любил подводить пришедшего в тюрьму на встречу родственника казненного узника и сообщать, что за вещество засохло на стенке.

«Для того чтобы поставить человека к стенке, нетребуется никаких юридических доказательств. Все эти процедуры - архаический буржуазный пережиток, - писал в гаванской газете Че. - Революционер должен стать хладнокровной убойной машиной, движимой чистой, ничем не замутненной ненавистью».

Че стал инициатором создания сети концлагерей для «хулиганов» и «антисоциальных элементов». Туда попали тысячи кубинцев, заподозренных не только в антикоммунистической деятельности, но и в пристрастии к западным ценностям - будь то рок-музыка или гомосексуализм. В этих лагерях погибли сотни тысяч кубинцев, включая женщин и подростков от 14 лет. Сам Че лично казнил более 180 человек, хотя некоторые называют гораздо большее число.

Свою жестокость Гевара объяснял преданностью делу революции: «Убивая врагов, я готовлю себя к заветной битве, чтобы встретить торжествующий пролетариат диким воем!» Но вряд ли кто-то из его соратников, включая Фиделя, не ловил себя на мысли, что ради той же самой революции Гевара может повернуть оружие и против них.

До тех пор, пока на Кубе сохранялась угроза разгрома революции, деятельность Че была на руку Фиделю. Но после разрушения старой системы нужно было созидать новую. А Че, как показали его дела, оказался к этому совершенно не способен. Ему по-прежнему хотелось искать и убивать врагов. «После революции работу делают не революционеры, - сказал как-то Гевара. - Ее делают технократы и бюрократы. А они - контрреволюционеры».

Восстание на экспорт

Несмотря на то, что лидеры кубинской революции продолжали поддерживать иллюзию дружбы, их пути уже разошлись. Че решил уехать делать революцию в странах Центральной Америки. Зная, что аргентинца уже не остановить, Фидель предложил ему руководство отрядом, который должен был отправиться на помощь революционерам в Конго.

24 апреля 1965 года Гевара под вымышленным именем Рамон прибыл в Конго вместе с отрядом из темнокожих кубинцев. Но в первом же бою 29 июня 1965 года его отряд потерпел поражение.

Между тем на Кубе начались волнения по поводу исчезновения одного из первых лиц государства. Фидель, которого расспрашивали о Че, какое-то время хранил молчание. Будто обдумывал последствия своего шага. Но когда Кастро узнал, что Че удалось оправиться от поражения и создать боеспособный отряд, он решил предать отъезд соратника в Конго огласке. Да так, что вернуться после этого на Кубу гордому и честолюбивому Че было почти невозможно.

3 октября 1965 года на собрании коммунистов Фидель зачитал письмо Эрнесто Гевары, огласить которое он должен был лишь в двух случаях: смерти Че или его победы в Конго. Ни того, ни другого на тот момент не произошло.

«Фидель! В этот час я вспоминаю о многом, о том, как я познакомился с тобой... - начал зачитывать Кастро первые строки. - ...Я чувствую, что я частично выполнил долг, который связывал меня с кубинской революцией на ее территории, и я прощаюсь с тобой, с товарищами, с твоим народом, который уже стал моим. Я официально отказываюсь от своего поста в руководстве партии, от своего поста министра, от звания коменданте, от моего кубинского гражданства. Официально меня ничто больше не связывает с Кубой, кроме лишь связей другого рода, от которых нельзя отказаться так, как я отказываюсь от своих постов...»

После такого отречения Геваре как человеку чести путь на Кубу был уже заказан. Понимал ли это Фидель? Многие, кто хорошо знал Кастро, говорят, что - более чем.

После провала конголезской миссии Эрнесто улетел в Прагу и не хотел возвращаться в Гавану. Но, по словам Кастро, он уговорил его вернуться. Разумеется, тайно. Теперь Фидель считал, что Че нужно возглавить революцию в Боливии. Убеждать в необходимости этой поездки человека, верившего, что «вся Латинская Америка беременна революцией», было не нужно.

На деньги кубинского лидера боливийские коммунисты купили участки земли в джунглях, где были созданы базы подготовки партизан. По словам начальника разведки коммунистической Кубы Мануэля Пинейро, «Боливию намечалось использовать в качестве первоначального очага партизанского движения с последующим развитием военных операций в Бразилии, Парагвае, Аргентине. Главный удар партизаны Гевары должны были нанести в Аргентине. Боливия же была избрана как удобное место для накапливания сил и как исходный пункт для развертывания этих операций» 23-октября 1966 года Эрнесто Че Гевара покинул Кубу.

Последний бой

В Боливии команданте уже ждали. План уничтожения его отряда под кодовым названием «Операция Синтия» лично утвердили президент США Линдон Джонсон и директор ЦРУ Ричард Хелмс. Вот только кто информировал США о приезде в Боливию одного из символов кубинской революции, история умалчивает.

Над селами провинции Вальегранде, где действовал отряд Че, самолеты разбрасывали листовки с информацией о премии за указание местонахождения партизан. А за голову самого Че была обещана награда в 4200 долларов - сумасшедшие деньги для местных крестьян. Даже владельцам боливийских аптек под страхом ареста было приказано сообщать обо всех покупках лекарств от астмы, которой страдал Че. Естественно, что вопрос его поимки был лишь делом времени.

В августе-сентябре 1967 года боливийская армия разгромила две группы партизан, убив соратника Че - Хоакина. 8 октября 1967 года, благодаря доносу информатора Сиро Бустоса, отряд партизан во главе с Че попал в ловушку. В бою при Куебрада-дель-Юро солдаты прострелили Че ногу, а другая пуля раздробила его винтовку. Когда команданте расстрелял все патроны из пистолета, солдаты окружили его, наставив оружие. «Не стреляйте! - Эрнесто выставил вперед руку. - Я Че Гевара, и я живой стою дороже чем мертвый».

Многие эксперты полагают, что Кастро, узнав о неудачах отряда Гевары, мог бы организовать десантную операцию в Боливию и спасти друга. Но делать этого он не стал. Вечером 8 октября 1967 года Че и его люди были отконвоированы в деревню Ла Игера. В плену Гевара надменно отказывался отвечать на вопросы, и плюнул боливийскому контр-адмиралу Угартече в лицо. Тем не менее военные понимали, какую птицу они изловили и не издевались над пленником.

В полдень 9 октября из столицы Боливии Ла-Пас пришло распоряжение президента Рене Баррьентоса Ортуньо: «Приступить к уничтожению сеньора Гевара». Приказ был отдан, несмотря на желание ЦРУ, под патронатом которого и проводилась операция, переправить Че в Панаму. В 13 часов 10 минут 31-летний сержант боливийской армии Марио Теран привел приговор в исполнение.

Когда 15 октября 1967 года Фидель Кастро сообщил общественности о смерти Гевары, вид у него был трагический и скорбный. В память о Че Кастро объявил 30-дневный траур на Кубе, а 8 октября провозгласил Днем героического партизана.

Останки Че были найдены лишь в 1997 году под взлетно-посадочной полосой у Вальегранде. Тело команданте было возвращено на Кубу и 16 октября 1997 года с воинскими почестями захоронено в специально построенном мавзолее в городе Санта-Клара. На церемонии Рауль Кастро прочел послание от своего брата Фиделя: «Я благодарю его за то, что он попытался и не смог сделать в своей родной стране, потому что он был словно цветок, преждевременно сорванный со стебля...»

Несомненно, высшие почести при погребении Че заслужил своей борьбой за Кубу. Но куда большую услугу кубинской революции Гевара оказал своей героической смертью. Мертвый Че обессмертил и себя, и революцию. И кому, как не его другу Фиделю, было знать это.

Алексей МАРТОВ

Уже у мертвого тела Че Гевары ампутировали обе руки. Это было сделано по приказу боливийского диктатора Рене Баррьентоса Ортуньо, которому были необходимы доказательства смерти Че. Предполагалось, что руки позднее будут переправлены в Аргентину, где хранились отпечатки пальцев пламенного революционера. Говорят, что Баррьентос требовал, чтобы у мертвого Че Гевары отрезали голову, чтобы отправить ее на Кубу в знак презрения. Но этому воспротивились американские консультанты, которые курировали боливийского диктатора.

Американцы вообще были страшно недовольны смертью товарища Че - живым он мог оказаться гораздо полезнее для ЦРУ. Видимо, поэтому долгое время существовала устойчивая легенда, что Че все-таки был похищен «спецами» из Лэнгли и окончил свои дни в тайной американской тюрьме. Однако эти слухи опровергает экспертиза, проведенная над отрубленными руками героя. Тщательное изучение отпечатков показало - в 1967 году в Боливии был убит действительно Че Гевара.



Если вам понравилась статья, поделитесь пожалуйста ей в своих любимых соцсетях:


Предыдущая     Историческое расследование     Следущая












Интересные сайты: