История — это политика, которую уже нельзя исправить.
Политика — это история, которую еще можно исправить.


Подпишись на РСС










Провал блицкрига

Первый этап Великой Отечественной войны был самым тяжелым для Советского Союза. Танковые колонны вермахта рвались к столице, а части РККА откатывались под ударами вражеских дивизий, неся колоссальные потери. Однако уже осенью 1941 года произошел перелом. Стало ясно, что германский план блицкрига потерпел неудачу. Но почему это произошло? Что сыграло главную роль? Героизм советских солдат? Непредсказуемая русская погода и плохие дороги? Или просчеты немецкого командования?

Философия «молниеносной войны», или блицкрига, была создана немецкими военными еще в начале XX века. Впервые она была опробована в Первой мировой войне, однако тогда ничего не вышло. Военачальники гитлеровской Германии про блицкриг не забыли. Во время завоевания Европы эта стратегия сработала «на все 100». На покорение Франции Третьему рейху потребовалось всего 44 дня, Польши - 36, Греции - 24, Югославии - 12, Бельгии - 8, Нидерландов - 6. Убедив своих европейских соседей и самих себя в собственной непобедимости, нацисты решились начать войну с главным противником - Советским Союзом. Несмотря на все подписанные договоры и соглашения, а также постоянные заверения в дружбе на века, ни в Берлине, ни в Москве не строили особых иллюзий. Было ясно, что два мощных государства рано или поздно столкнутся. И уже летом 1940 года началась разработка планов вторжения.

«Восточный поход»

Первый план «восточного похода» под названием «Ост» лег на стол Адольфа Гитлера в августе 1940 года. Его автором был генерал-майор Эрих Маркс - ветеран Первой мировой. Правда, в ту войну он был всего лишь лейтенантом и к разработке стратегических схем отношения не имел. Но прославился как храбрец, получил два Железных креста и с тех пор считался в рейхе лучшим специалистом по войне с русскими.

По проекту Маркса, на войну с Советским Союзом рейху должно было потребоваться 147 дивизий и 9-17 недель. Наступление предполагалось разворачивать по двум направлениям - северному (через Прибалтику и Белоруссию, с конечным выходом на Москву) и южному (через Украину на Киев). Отдельно была предусмотрена спец-операция по захвату Баку. Главная ставка делалась на быстрое продвижение танковых клиньев и моторизованных соединений, а также окружение советских частей и исключение возможности для их отступления вглубь страны.

Параллельно с Марксом, которого курировал начальник генерального штаба сухопутных войск вермахта Франц Гальдер, работа над планом вторжения в СССР велась и в штабе оперативного руководства верховного главнокомандования вооруженных сил Германии. Последним руководил генерал Альфред Йодль, получавший указания непосредственно от Гитлера. Второй план предполагал чуть более сложную структуру наступления - тремя группировками войск. При этом главными целями назначались Ленинград, Смоленск и Киев.

В декабре 1940 года немецкое командование занялось сведением разных проектов воедино, стремясь взять из каждого лучшее. На этом этапе к процессу подключился лично Гитлер. Именно ему принадлежала мысль о том, что наступление на Москву возможно только после того, как будут перекрыты связи с Балтийским и Черным морями, то есть после захвата Прибалтики и Украины. Кроме того, Гитлер раз за разом подчеркивал необходимость именно успешного блицкрига. По его словам, война с СССР, как и европейская кампания, должны были быть завершены в 1941 году, так как уже в 1942-м к глобальному конфликту могли подключиться американцы.

18 декабря 1940 года Гитлер подписал знаменитую «директиву №21», согласно которой война с Советским Союзом должна была вестись по «варианту Барбаросса». Датой вторжения было назначено 15 мая 1941 года. Продолжительность кратковременной кампании определялась в 4-5 месяцев.

20 дней на разгром

Сама суть концепции блицкрига заключается в максимально быстром продвижении танковых соединений в глубь атакуемой территории. При этом моторизованные колонны не должны вступать в бой за укрепленные позиции. Их задача - прорваться в тыл, а там максимально быстро уничтожить центры управления и снабжения. Это должно вызвать сумятицу и неразбериху среди войск противника, с которым в результате без труда расправятся наступающие основные пехотные силы. Быстрое танковое наступление возможно только при обеспечении полного господства в воздухе. А потому краеугольным камнем блицкрига было быстрое подавление авиации.

Все это было учтено нацистскими стратегами при планировании войны против СССР. Хотя среди них царила полная уверенность в колоссальном превосходстве немецких сил, все же замечания о том, что Красную армию нельзя недооценивать, регулярно звучали на всех совещаниях, посвященных планам вторжения. Гитлер осознавал, что война будет ожесточенной и тяжелой, даже если ее удастся сделать короткой. В связи с этим придавалось огромное значение максимальной концентрации сил. Фюрер неоднократно подчеркивал, что нельзя допустить медленного «продавливания» фронта, - нужно стремительными ударами отсекать, окружать и уничтожать советские части.

Чтобы собрать достаточно сил для «Барбароссы», пришлось даже отложить начало операции - дополнительные пять недель потребовались на передислокацию южной группировки войск. Со свойственной им педантичностью немецкие генералы расписали ход будущей войны по дням. Главные события планировались на первую неделю войны. В результате грандиозного пограничного сражения нацисты предполагали практически полностью уничтожить силы РККА. Уцелеть могли не более 30-40 резервных дивизий. Уже на 20-е сутки танковые колонные вермахта должны были оказаться на берегах Днепра.

Сокрушительный удар

Разбитая советская техника
Разбитая советская техника. Летнее отступление 1941 года поначалу было настоящей катастрофой.

Началу боевых действий предшествовала мощная информационная подготовка. Задачей руководства Третьего рейха было перебросить огромное количество сил к границе с Советским Союзом, причем сделать это максимально незаметно для номинального «друга». Для реализации этой задачи была развернута искусная кампания по дезинформации советского руководства. Стоит признать, что здесь дипломаты и шпионы Третьего рейха достигли немалых успехов. Сталин, разумеется, понимал, что доверять немецкому «коллеге» не следует. Но все же к нападению Германии 22 июня 1941 года страна оказалась готова далеко не полностью.

О поражениях первых месяцев войны сказано очень много. Причин, по которым советские войска, несмотря на весь героизм солдат и командиров, были вынуждены оставлять один город за другим, много. Это и многочисленные ошибки на местах. И некоторая растерянность верховного командования, не ожидавшего, что по рубежам страны будет нанесен удар такой силы. И отсутствие у РККА опыта серьезных войн (в отличие от вермахта, который без преувеличения можно назвать лучшей военной машиной XX века). Недаром в первые дни войны в войсках царила настоящая паника, и командирам приходилось наводить порядок и бороться с дезертирством зачастую самыми жестокими методами.

Казалось, что все идет в полном соответствии с планами немецких генералов. Недаром Франц Гальдер хвастливо писал в своем дневнике 3 июля 1941 года: «В целом уже можно сказать, что задача разгрома главных сил русской сухопутной армии перед Западной Двиной и Днепром выполнена... Поэтому не будет преувеличением сказать, что кампания против России выиграна в течение 14 дней».

Однако существовали факторы, которые нацисты не учли. Интересно, что одним из первых на них обратил внимание американский генерал Дуглас Макартур, который еще в самом начале Великой Отечественной войны заявил: «Народ достаточно многочисленный, имеющий достаточный боевой дух, занимающий достаточно большую территорию, куда можно отступить, не может быть побежден молниеносной войной... Берусь предсказать, что немецкое наступление в России окончится провалом. Рано или поздно, в одном или другом месте, оно неизбежно выдохнется и захлебнется». Так и вышло.

Зима близко!

Несмотря на все победные реляции, наступление немецких сил постепенно замедлялось. Как недооценили мощь первого удара Германии советские стратеги, так и идеологи рейха неверно представляли себе численность и организацию РККА. Так, например, немецкая разведка полностью упустила факт создания второго стратегического эшелона войск, который начали формировать еще накануне войны. В результате семь армий, которые серьезно усилили Западный и Резервный фронты в начале июля 1941 года, стали для вермахта полным сюрпризом. В бумагах немецких штабистов говорилось о том, что летом 1941-го СССР может мобилизовать не более 40 новых дивизий. В реальности же их оказалось более 100!

Предполагая, что сражения с русскими будут жаркими, немцы все же не были готовы к тому ожесточению, с которым советские солдаты сражались против захватчиков. Ценой невероятных потерь (увы, далеко не всегда оправданных и неизбежных!) продвижение войск противника тормозилось практически на каждом этапе. Огромную роль сыграло Смоленское сражение, шедшее с 10 июля по 10 сентября. Несмотря на то что советские войска понесли там тяжелое поражение, количество сил и времени, которое пришлось потратить на преодоление этого рубежа, превзошло все ожидания немецкого командования. Уже в конце июля в ставке Гитлера были вынуждены открыто признать, что наступление отстает от сроков и планы нуждаются в корректировке. Но тогда еще нацистам казалось, что воина будет окончена до начала зимы.

Смена курса

Видя, что разыграть войну с Советским Союзом «как по нотам» не удается, Гитлер решил импровизировать. 27 июля он заявил, что направление главного удара группы армий «Центр» следует изменить. Вместо Москвы главными целями для фюрера теперь стали Ленинград и Восточная Украина (промышленные районы). Так он надеялся подорвать экономическую основу РККА и сломить сопротивление противника, оказавшееся столь упорным.

Прекращение непрерывного продвижения вперед и изменение направления атаки в августе, по сути, означало конец блицкрига, хотя тогда мало кто в руководстве рейха посмел бы признаться в этом. Взять Ленинград не удалось, продвижение на юге шло гораздо медленнее, чем планировалось. Отвлекшись на Украину, немцы смогли снова собрать силы в кулак и развернуть массированное наступление на Москву лишь к 30 сентября. К этому времени немецкое командование уже было раздираемо противоречиями - между Гитлером и его генералами все чаще возникали споры о приоритетах.

А тут еще на стороне Красной армии выступила погода. Осенняя распутица замедляла продвижение моторизованных частей. Под Москвой наступающие части вермахта ждали укрепленные оборонительные позиции и солдаты сибирских дивизий, не настроенные отдавать ни пяди родной земли врагу. В довершение всего необыкновенно рано ударили суровые морозы. Снабжение немецких частей, рассчитанное на «молниеносную» летне-осеннюю кампанию, вообще не предусматривало теплых вещей и усиленного питания. А без этого говорить об эффективности боевых действий не приходилось.

Поздней осенью 1941 года немецкое командование было вынуждено взглянуть в лицо суровой истине - блицкриг провалился. СССР оказался не тем противником, которого можно было опрокинуть одним ударом, расправившись с государством за несколько недель. Но и тогда нацистские генералы еще не могли предположить, что впереди их ждут еще три с половиной года тяжелой войны, которая закончится на руинах берлинского Рейхстага в мае 1945-го.

Виктор БАНЕВ

Новый порядок

На совещании 3 марта 1941 года Адольф Гитлер так описывал дальнейшую судьбу Советского Союза после успешного завершения блицкрига: «Предстоящая война явится не только вооруженной борьбой, но и одновременно борьбой двух мировоззрений. Чтобы выиграть эту войну в условиях, когда противник располагает огромной территорией, недостаточно разбить его вооруженные силы, эту территорию следует разделить на несколько государств, возглавляемых своими собственными правительствами, с которыми мы могли бы заключить мирные договоры... Социалистические идеи в нынешней России уже невозможно искоренить. Эти идеи могут послужить внутриполитической основой при создании новых государств и правительств. Еврейско-большевистская интеллигенция, представляющая собой угнетателя народа, должна быть удалена со сцены. Бывшая буржуазно-аристократическая интеллигенция, если она еще и есть, в первую очередь среди эмигрантов, также не должна допускаться к власти. Она не воспримется русским народом, и кроме того, она враждебна по отношению к немецкой нации. Это особенно заметно в бывших прибалтийских государствах. Кроме того, мы ни в коем случае не должны допустить замены большевистского государства националистической Россией, которая в конечном счете (о чем свидетельствует история) будет вновь противостоять Германии».



Если вам понравилась статья, поделитесь пожалуйста ей в своих любимых соцсетях:


Предыдущая     Историческое расследование     Следущая












Интересные сайты: