История — это политика, которую уже нельзя исправить.
Политика — это история, которую еще можно исправить.


Подпишись на РСС










Падение империи Наполеона III

Начиная с раннего Средневековья отношения Германии и Франции лучше всего характеризовались определением «закадычная вражда». При этом наступающей стороной были французы, стремившиеся как можно дальше отодвинуть восточную границу и предотвратить объединение раздробленных германских государств в империю.

Всего лет за пять до Седана отношения между Парижем и Берлином выглядели вполне дружественными. Император Наполеон III увлеченно и не без успеха представлял Францию даже не как европейскую, а как мировую сверхдержаву. Главный соперник - Россия - после Крымской войны сосредоточился на своих внутренних проблемах. В 1859 году, разбив австрийцев, «Наполеон маленький» увеличил свои владения за счет североитальянских земель, после чего провел несколько колониальных кампаний в Китае, Вьетнаме, Мексике. На фоне этой бурной деятельности не всем бросалось в глаза, что канцлер самого сильного из германских государств (Пруссии) Отто фон Бисмарк плел сложные интриги с целью создания прообраза будущей империи - Северогерманского союза.

Никто ие хотел уступать

Вопрос о том, будут ли другие германские государства объединяться вокруг Пруссии или Австрии, решился в июле 1866 года в битве при Садовой. И решился он в пользу Берлина.

Тогда-то и закрутился маховик событий, когда Пруссия и Франция столкнулись друг с другом уже напрямую. Париж был готов на что угодно, лишь бы предотвратить появление на своей восточной границе мощной германской державы. Следовательно, война стала неизбежной.

Поводом для нее стал малозначительный, в общем-то, вопрос о претендентах на вакантный испанский престол. Но Бисмарк сумел раздуть конфликт и, главное, спровоцировать Наполеона III напасть первым. В результате Берлин получил поддержку других участников Северогерманского союза и превосходство в людских и материальных ресурсах.

Правда, по качественным показателям вооруженные силы противников, казалось, не уступали друг другу. Войска и их командующие имели за плечами богатый опыт успешных военных кампаний. Пруссаки, бесспорно, превосходили французов организационно - в части планирования операций, мобилизации, снабжения и транспортировки войск, поскольку создали Генеральный штаб, ведавший всеми этими вопросами.

Французы могли похвастаться вооружением. Недавно принятые ими на вооружение винтовки Шасспо по основным параметрам превосходили имевшиеся у немцев казнозарядные игольчатые ружья Дрейзе. Еще одним ноу-хау стали предшественники пулеметов - митральезы - 25-ствольные орудия, способные вести огонь со скоростью 25 выстрелов в минуту. Но, как показало уже начало войны, организация все же важнее вооружения.

Немцы быстрее провели мобилизацию, а значит, быстрей перешли в наступление, перехватив у французов инициативу. Начальник германского Генштаба Хельмут фон Мольтке оперировал тремя действовавшими синхронно и согласованно армиями. Наполеон III, в свою очередь, все, что успел собрать в начале кампании, объединил в Рейнскую армию, подчинив ее маршалу Базену.

Последовала серия неудачных для французов пограничных сражений, в ходе которых Базен догадался, что его собираются окружить. 18 августа 1870 года, пытаясь выскользнуть из ловушки, он провел самую крупномасштабную в этой войне битву при Сен-Прива - Гравелоте. Потери немцев почти вдвое превосходили потери французов (20 тысяч против 12 тысяч), но мышеловка так и не открылась. Базен отступил в Мец, где со своими 130 тысячами был блокирован 170-тысячной группировкой противника. Теперь маршал ждал, когда же его выручит император. Ждал Наполеона III и Мольтке.

Резня в Базейле

Крепость Седан

Город Седан, в котором сходились все французские коммуникации, лежит в небольшой долине на правом берегу Мааса, протекающего здесь по направлению с юга на север. С юго-востока к северо-западу река окаймлена возвышенностями, между которыми струится речка Живонне с расположенными на ее берегах городком Базейль и деревнями Ла-Монсель, Дэньи, Живонн, плато Илли и Сен-Манжем.

К началу сражения Мольтке добился численного перевеса над противником более чем в полтора раза, задействовав всю 3-ю армию и большую часть сил, переброшенных из-под Меца. Свои войска он расставил на высотах. При этом германская артиллерия изначально господствовала над позициями французов. Задача же пехоты заключалась в том, чтобы, отразив атаку неприятеля, перейти в контратаку и заставить его принять одно из двух одинаково гибельных решений: либо запереться в Седане, либо прорываться в нейтральную Бельгию. В общем, Наполеон III проиграл битву еще до ее начала.

И все же утром 1 сентября в густом тумане французы начали наступление на правом фланге у Ла-Монселя. Мольтке оперативно перебросил туда саксонские войска под командованием принца Георга и прусский XI корпус.

В б часов утра командовавший французами маршал Патрис Мак-Магон был ранен осколком гранаты и выбыл из строя, передав полномочия Огюсту-Александру Дюкро. Тот никогда не командовал даже корпусом и спустя пару часов, с явным облегчением, сдал командование старшему в чине генералу Вимпфену, буквально накануне прибывшему из Африки и после джунглей слабо представлявшему себе характер войны, на которой он очутился.

В общем, армия оказалась без головы, поскольку сам Наполеон III профессиональным военным не являлся. Но для характеристики французских войск показательно, что даже в такой ситуации они сражались, причем сражались отважно.

На правом фланге баварская бригада генерала Танца ворвалась в город Базейль, занятый французскими морскими пехотинцами, но угодила в засаду и отошла с большими потерями. При следующем штурме к отрядам морпехов присоединились взявшие в руки оружие горожане.

Сражались с ожесточением. Эмиль Золя, создавший по свежим следам событий роман «Разгром», так описывал происходящее: «Базейль превращался в сплошной костер. Из высоких окон церкви вырывались снопы пламени... От брошенных охапок пылающей соломы, от потоков керосина распространялись пожары: началась война дикарей, разъяренных долгой борьбой, мстящих за товарищей, за груды убитых, по которым они шагали. Банды немцев орали в дыму, среди искр, среди оглушительного гула, в котором смешались все звуки - стоны умирающих, выстрелы, треск обрушивающихся домов... Во всех углах убивали, разрушали еще и еще: это бушевал выпущенный на свободу зверь, исполненный дикой злобы, слепого гнева, буйного бешенства; человек пожирал человека».

Около 10 часов после подхода пруссаков морпехи отошли из Базейля.

68 горожан, схваченных с оружием в руках или заподозренных в сопротивлении, немцы расстреляли на месте, что оценивалось избалованными гуманным XIX веком современниками как проявление «варварства». Знали бы они, что принесет XX век!

Триумф Мольтке

С падением Базейля в течение часа немцы овладели и другими населенными пунктами вдоль реки Живонне. Теперь Мольтке решил обрушиться на левый фланг неприятеля, атаковав Сен-Манж и плато Илли.

Командовавший здесь французами генерал Дуэ приказал артиллерии открыть сосредоточенный огонь. Но тут-то и сказалась разница в заранее подобранных и подготовленных позициях. Заговорившие в ответ немецкие орудия своим огнем подавили французскую артиллерию.

Дуэ ничего не оставалось, как бросить под этот ураганный огонь своих выстроенных в тонкую линию пехотинцев. Патроны у них закончились, и они пошли в штыковую атаку с вполне предсказуемым результатом, при наличии боеприпасов ружье Дрейзе лучше, чем патронная винтовка Шасспо без патронов, которую можно использовать в этом случае лишь как колющее оружие.

И все равно французы пытались сломать немецкий «орднунг» своей отвагой. Около двух часов дня в атаку по сильно пересеченной местности помчались кирасиры, африканские егеря, гусары. Одиннадцать полков французской конницы хотели перерубить или хотя бы опрокинуть тридцать с лишним полков германской пехоты, и люди сотнями гибли от огня артиллерии и винтовок. В какой-то момент показалось, что они все же смогут если не победить, то хотя бы вырваться из ловушки. Но на этот участок примчались прусские кирасиры, которые, как выяснилось, не уступали французам в мастерстве рубки.

Мольтке так описывал кульминационный момент сражения: «Атака французов повторяется в различных направлениях, в течение получаса продолжается ожесточенная свалка, но со все меньшим успехом. Уверенный огонь пехоты с коротких расстояний покрывает все поле ранеными и убитыми всадниками... Немногим удалось переплыть Маас, и едва ли половина храбрецов возвратилась под защиту леса».

Тем временем между Живонной и Илли прусская гвардия соединилась с V корпусом, наглухо замкнув кольцо окружения. Теперь французы уже не могли прорваться и в нейтральную Бельгию, где их ждал не плен, а лагерь для интернированных.

В отчаянии около 15 часов войска Наполеона III устремились к единственному еще остававшемуся у них укрытию - Седану. Дорога пролегала мимо Гаренского леса между Живонной на востоке и Флоигом на западе. По беглецам били около 500 немецких орудий, и вскоре все пространство покрылось телами убитых, стонущими и взывающими о помощи ранеными, опрокинутыми повозками и бьющимися в постромках лошадьми. Многие беглецы пытались укрыться и передохнуть под сенью Гаренского леса, но в него уже вступала вражеская пехота.

В сам город можно было войти только по узкому подвесному мосту, на котором возникла давка. Стены Седана, способные выдержать натиск пехоты, не выдерживали обстрела расположенных на окрестных высотах германских орудий.

В городе все же укрылись около 80 тысяч беглецов, но когда вражеские снаряды стали рваться на улицах, многие солдаты стали бросать свое оружие или даже разбивать его о мостовую. Солдаты, еще недавно с отчаянной храбростью устремлявшиеся в безнадежные атаки, превращались в неуправляемую массу, готовую растерзать своих начальников. Продолжение борьбы в такой ситуации могло привести только к бесполезным жертвам.

В семь часов вечера адъютант Наполеона III передал королю Пруссии послание своего государя: «Так как мне не пришлось умереть в рядах моих войск, то мне остается теперь лишь передать мою шпагу в руки Вашего величества».

Гримасы славы

Помимо захваченных непосредственно во время сражения и в самой крепости более 100 тысяч пленных, победителям достались 558 пушек (включая 139 крепостных) и 66 тысяч винтовок.

Наполеон III, встретившись со своим главным врагом - Бисмарком, рассказывал, как не хотел этой войны, и настаивал, что, находясь в плену, не может вести переговоры об условиях мира.

Но как партнера по переговорам его уже и не рассматривали. Известие о катастрофе вызвало революцию в Париже, которая привела к уничтожению монархии и провозглашению республики. Новое правительство пыталось продолжить борьбу, но эти планы разрушились после того, как 27 октября 1870 года Базен капитулировал в Меце с 200-тысячной армией. После Седана многим казалось, что большего унижения Франция уже не увидит. Увидела...

Соотечественники считали, что Базен не исчерпал всех возможностей для сопротивления. Да и вообще, если бы вместо того, чтобы сидеть в Меце, он двинулся навстречу своему императору, возможно, и Седана не было бы.

В общем, по возвращении в 1872 году из плена на родину маршала приговорили к смертной казни, замененной 20-летним тюремным заключением. Срок он отбывал на острове Сент-Маргерит (близ Канн), откуда бежал с помощью жены и, возможно, при содействии надсмотрщиков. Но жена все же бросила своего неудачника мужа, и в 1888 году он умер в Мадриде в бедности и безвестности. Наполеон III скончался 15 годами ранее. Седан не только лишил его престола, но и свел в могилу. А вот к Мак-Магону французы претензий не имели и после возвращения из плена даже выбрали его президентом.

Сергей ДМИТРИЕВ



Если вам понравилась статья, поделитесь пожалуйста ей в своих любимых соцсетях:


Предыдущая     Главные сражения     Следущая












Интересные сайты: