История — это политика, которую уже нельзя исправить.
Политика — это история, которую еще можно исправить.


Подпишись на РСС










Гетман с партбилетом

Во многих печатных изданиях, начиная с 60-70-х годов прошлого столетия, этому политику приклеили ярлык «ярого украинского националиста». Конечно же, это преувеличение - Петр Шелест был абсолютно советским человеком, продуктом своего времени...

В колоритной внешности Петра Шелеста, особенно после того как он полностью облысел после перенесенной малярии, было что-то от запорожского казака: хитроватый прищур, едва заметная улыбка, которая в любой момент могла обернуться жизнерадостным хохотом.

Но за этой простонародной внешностью скрывался жесткий, хитрый политик, обладающий независимым характером и умением принимать неординарные решения.

Потомок сотника

Пётр Шелест

Прапрадедом Петра Ефимовича был Степан Шелест, сотник Запорожского войска, похороненный с почестями и военными отличиями в Холодном Яру под Чигирином. Так что у Петра имелся вдохновляющий пример.

Будущий политик родился в 1908 году в одном из сел Харьковской губернии, в бедной крестьянской семье. Ему с детства пришлось много трудиться: батрачил, работал в совхозе, служил почтальоном. С юных лет он интересовался точными науками и потому поступил в Харьковский инженерно-экономический институт. Потом молодой Петр учился на вечернем отделении в Мариупольском металлургическом институте. В 1923 году Шелест вступил в комсомол, в 1928-м стал членом КПУ(б).

Энергичный, работящий паренек быстро продвигался по карьерной лестнице: вначале был мастером на заводе, потом начальником цеха, главным инженером на заводе. Это был деловой, старательный специалист, хороший партийный руководитель. Некоторые современники отмечали, что Шелест в своей работе практиковал жесткость, иногда даже жестокость, использовал авторитарный метод управления, хотя все это в конечном итоге шло на пользу делу.

Одно время Петр Ефимович был членом парткома харьковского завода «Серп и молот», а с 1940 по 1941 год - секретарем Харьковского горкома КПУ(б) по оборонной промышленности. В годы Великой Отечественной войны партия направила Шелеста на ответственный участок работы - на должность завотделом оборонной промышленности Челябинского обкома ВКП(б), затем его перевели в Саратов на партийную работу.

В кругу политических светил

В этот период Петр Ефимович познакомился и подружился со многими военными и политическими руководителями. Впоследствии они сыграли весомую роль в его политической карьере, особенно будущий первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущев.

Но до этого еще было далеко: с 1948 по 1954 год Шелест руководил авиационными заводами в Киеве и Ленинграде, и о высотах политики пока не мечтал. Под его руководством в стране наладили серийное производство самолетов Ан-2, прозванных в народе «кукурузниками». Спустя несколько лет, по странной иронии судьбы, «патрон» и покровитель Шелеста Никита Хрущев тоже стал «кукурузником», но другого рода - он страстно возлюбил кукурузу, которая и подвела его под монастырь.

После того как Хрущев возглавил страну, он начал расставлять свои кадры на самые важные посты. Особенным вниманием у Никиты Сергеевича пользовалась Украина. Хрущев знал Петра Ефимовича и полностью ему доверял.

В феврале 1954 года Шелеста по инициативе Хрущева избрали вторым секретарем Киевского горкома Компартии Украины. А с февраля 1957 года до середины 1962 года он занимал должность первого секретаря Киевского обкома партии.

За несколько лет, в течение которых Шелест руководил украинской столицей, он умело решал многие хозяйственные вопросы жизни города, работая в прямом подчинении у Николая Подгорного - одного из старших товарищей, который был первым секретарем ЦК КПУ.

Когда Подгорный ушел в Москву на повышение, Шелеста в июле 1963 года по прямому предложению Хрущева избрали первым секретарем ЦК КПУ. И он тут же показал свой властный, непростой нрав.

Именно при нем УССР по экономическому росту начала опережать остальные республики Союза. При этом Шелест решал хозяйственные вопросы с присущим ему рвением и крестьянской бережливостью. Даже Брежнев нередко упрекал Шелеста в том, что можно было бы отчислять в союзный бюджет и побольше, чем отчисляла республика. «Украина такая богатая, а ты все зажимаешь!» - говорил он. Но лидер Украины понимал, что за счет УССР покрывают невыполнение планов другими республиками, и на уступки не шел. Тем более когда речь шла о неурожайных годах, а кремлевские товарищи требовали сдавать все больше зерна. На этот случай у Шелеста была традиционная отговорка: «Идет 51-я годовщина Октября, а мы свой народ еще и не накормили».

Правда, свой миллиард пудов хлеба Украина все же сдавала. Да и попробовала бы не сдать - в СССР политической независимости боялись как черт ладана.

Обманувшийся или предавший?

Казалось, Шелест должен был до конца жизни благодарить Хрущева, выдвинувшего его на первые роли. Но он был человеком вдумчивым и критически настроенным - он видел, что хрущевский стиль руководства становится все более авторитарным и анархическим. Впрочем, на его умонастроение сильно влияли Николай Подгорный и Леонид Брежнев, активные участники отстранения Хрущева от власти.

В 1964 году Шелесту поручили выступить с критикой деятельности Хрущева на собрании партактива Киева и Киевской области. Рассказывая членам партии об удавшемся заговоре брежневцев против Хрущева, Шелест обвинил «дорогого Никиту Сергеевича», среди прочих грехов, в присвоении звания Героя Советского Союза египетскому президенту Гамалю Насеру. Дескать, какой он Герой Советского Союза, если сажает в тюрьму коммунистов!

Разумеется, обвинение выглядело смехотворным: ведь Хрущева сняли совсем не за это. Но, судя по всему. Шелест в силу то ли природной хитрости, то ли человеческой порядочности не хотел связывать имя Хрущева с чем-то более серьезным. Он понимал, какую гигантскую ношу взвалил на себя Хрущев, пытаясь демонтировать сталинскую модель экономики и жизни, сделать СССР демократической и процветающей страной. Хрущев поплатился за это, а вскоре и Шелест испытал на себе всю непрочность своего положения.

В 1965 году он вступил в открытый конфликт с Михаилом Сусловым и другими руководителями страны. Причиной были своевольные действия Министерства внешней торговли СССР, которое решило продать Швейцарии 450 тысяч тонн подсолнечного жмыха, не запросив согласия украинского руководства. Шелест не только протестовал, но и написал записку с предложением о выходе Украины из-под опеки Внешторга СССР и всех внешнеторговых ведомств СССР. Конечно, экономическую стабильность Украины Шелест связывал только с нахождением в составе Союза, но хотел, чтобы республике дали возможность самой заключать контракты с Западом. Это по тем временам было неслыханной дерзостью. И ему этого не простили, так же как не простили и внимания, которое он оказывал украинской культуре: поддерживал ансамбль Вирского, народное искусство, при нем были созданы Музей народной архитектуры и быта Украины в Пирогове, историко-культурный заповедник «Хортица», построен дворец культуры «Украина», напечатана многотомная «История городов и сел Украинской ССР».

Беда пришла, откуда не ждали. Под авторством Шелеста на Украине была издана книга «Украϊно наша Радянська», написанная по всем правилам партийной публицистики - со славословием советской власти и КПСС, цитатами из классиков марксизма-ленинизма. Но автора вдруг обвинили в прославлении казачества, исторического прошлого Украины и прочих националистических грехах. Стотысячный тираж книги изъяли из продажи и библиотек.

В мае 1972 года Шелеста сняли с должности первого секретаря ЦК КПУ и перевели в Москву. Около года он работал одним из заместителей Косыгина - Председателя Совета Министров СССР, после чего был снят с должности и выведен из состава Политбюро ЦК КПСС.

Конечно же, главной причиной отставки была не пресловутая книга, а борьба за власть - Москва расчищала место для своего нового фаворита Владимира Щербицкого. По-видимому, руководителей партии напугали слишком независимое поведение Шелеста и его демонстративная любовь к Украине. Ведь союзное единство следовало беречь пуще зеницы ока.

Но Шелест оказался не слишком амбициозным человеком - на протяжении 10 лет после своей отставки он работал начальником опытного конструкторского бюро в Долгопрудном. И только в конце 1985 года ушел на пенсию и начал работать над мемуарами, созданными на основе дневников, которые он вел с 1953 года.

Петр Шелест умер в январе 1996 года в Москве, но уже в июне был перезахоронен в Киеве на Байковом кладбище.

Виктор ПРИХОДЬКО



Если вам понравилась статья, поделитесь пожалуйста ей в своих любимых соцсетях:


Предыдущая     Назад в СССР     Следущая












Интересные сайты: