Тайна святого мальчика

Автор: Maks Июл 28, 2018

Спросите любого человека, худо-бедно окончившего среднюю школу, кем был Лжедмитрий I, и вам ответят: самозванцем, монахом-расстригой Гришкой Отрепьевым, бежавшим в Польшу и там объявившим себя царевичем Дмитрием, сыном Ивана Грозного. Тем не менее, эту версию ставили под сомнение многие известные историки, в том числе Н.И. Костомаров, Д.И. Иловайский, С.Ф. Платонов и К.Н. Бестужев-Рюмин.

Угличские загадки

Свидетельства спасения царевича существуют, хотя и косвенные. Так, весьма странным выглядит поведение царицы-матери Марии Нагой во время убийства (или роковой случайности) в Угличе 15 (25) мая 1591 года. Восьмилетнего Дмитрия убили, или он напоролся на ножичек, с которым играл. Что делает выбежавшая во двор царица-мать? Вместо того, чтобы броситься к сыну, попытаться ему помочь, она берет в руки полено и начинает бить им мамку Волохову, выкрикивая, что та не уберегла царевича, что это сын ее Осип Волохов вместе с сыном дьяка Михаила Битяговского Данилой и племянником Никитой Качаловым зарезали Дмитрия. Как едко замечает современный православный писатель Вячеслав Манягин, и следствия никакого не надо — сидела в тереме, а все видела.

Через какие-то минуты неведомо зачем зашедший на звонницу звонарь, увидев с высоты на царском дворе какой-то непорядок, ударил в набат. По тем временам ударить в набат — дело нешуточное, если что не так, можно и головой поплатиться. Тотчас прибежали братья Михаил, Андрей и Григорий Нагие, царица передала им, видимо, особо ценное полено, между тем как мертвый ребенок ее как бы и не интересовал. Он все еще находился на руках кормилицы. Наконец пришел дядя царицы Андрей Александрович, старший и, очевидно, самый разумный в роду. Он взял ребенка и отнес его в церковь. Врача при этом почему-то не приглашают. Зато царица, так и не посмотрев на сына, на пару с крепко выпившим Михаилом Нагим, тем самым, который чуть позже станет основоположником версии об убийстве царевича наймитами Годунова, призывали расправиться со злодеями.

И понеслось! Убили Битяговского, Волохова и Качалова, убили дьяка Третьякова, убили их слуг, убили просто доброго человека, имя которого кануло в Лету, который только и сделал, что дал избитой мамке Волоховой свою шапку — волосы прикрыть. Три дня слуги Нагих патрулировали территорию вокруг города, убивая всех, кто пытался сбежать от погромов. В Угличе, похоже, стремились уничтожить всех, кто был не согласен с версией Нагих о причастности Годунова к убийству.

Царевич спасся!

Палаты маленького царевича в УгличеОднако стоило приехать следственной комиссии из Москвы, как все Нагие, за исключением Михаила, насколько можно доверять протоколам допросов, признали, что царевич сам виноват в своей смерти — закололся ножичком во время приступа падучей. Марию постригли в монастырь. Остальных Нагих, а заодно и всех оставшихся в живых жителей Углича отправили в ссылку.

Колокол, в который звонарь ударил в набат, высекли кнутом и тоже отправили в дальние края, в Тобольск. Целый год ссыльные угличане тянули ссыльный же колокол до Сибири, где тобольский воевода приказал написать на нем «Первоссыльный неодушевленный с Углича» и запереть в приказной избе.

По прошествии тринадцати лет в Польше открыто появился «названный Дмитрий». В марте 1604 года Борис Годунов при первых известиях о благосклонности польского короля к новоявленному претенденту на русский престол приказал с пристрастием допросить ставшую монахиней Марию Нагую. Та сначала утверждала, что ничего не знает, но когда жена Годунова пригрозила выжечь инокине глаза, призналась: «Он жив! Люди, теперь давно умершие, увезли его из Углича!»

На Руси и в Польше в первой половине XVII века ходило много легенд о том, что, поменявшись местами с сыном дворового человека, царевич Дмитрий спасся и жил до своего возмужания, увезенный «в монастырь у самого Ледовитого океана». Любопытно, что английский авантюрист Джером Горсей, проживший в России с 1573-го по 1591 год, писал, будто брат царицы Марии, Афанасий Нагой, посещал его сразу после роковых событий в Угличе. Странно, что заставило Афанасия скакать 25 миль в ночи. Может быть, он проделал эту ночную вылазку для того, чтобы передать англичанину царевича? Кто еще мог вывезти мальчика на Север, на Соловецкие острова, как не человек, управлявший конторой Московской компании и имевший в своем распоряжении и людей, и суда, ходившие из Архангельска на Британские острова, которые легко могли зайти и на Соловки. Ребенка могли спрятать и в Михайло-Архангельском монастыре, расположенном у самого устья Северной Двины, к стенам которого вплотную примыкала фактория Английской Московской компании.

Здесь уместен еще и вопрос, был ли Горсей удачным выбором Нагих или же, напротив, это он их выбрал. Ведь в период Смутного времени английское правительство вынашивало планы по отделению Русского Севера от основной части России и созданию там протектората под управлением Московской компании. Примерно так же, как несколько позже целые куски Индии и других стран отторгались в пользу Английской Ост-Индской компании.

Отрепьев — это Дмитрий?

Существует предположение, что Григорий Отрепьев на самом деле был урожденным царевичем Дмитрием. Потомок рода Нагих граф Матвей Александрович Мамонов считал Дмитрия I настоящим сыном Ивана Грозного. Он писал в 1810 году: «Что касается нашего Дмитрия, я почти убежден, что он был настоящим сыном царя Ивана Васильевича». А в Пискаревском летописце есть сведения, что «Григорий Отрепьев» перед побегом в Литву проник в келью к Марии Нагой, и та благословила его драгоценным крестом царевича Дмитрия. Именно с этим крестом, как с главным подтверждением своего царского происхождения, он и ударился в бега. С чего бы это матери убитого ребенка отдавать одну из немногих вещей, оставшихся от сына, да еще и драгоценную, какому-то проходимцу?

И еще интересный факт. Мария Нагая ни разу не вносила вклады на поминовение своего убиенного сына, что для Московской Руси тех времен просто невероятно. Если только она не знала наверняка, что ее сын на самом деле живой.

Канонизированный великомученик

Однако, прежде чем признать Отрепьева за урожденного Дмитрия, уместно упомянуть еще одну историю. Василий Шуйский, ставший царем после убийства Лжедмитрия I, решил покончить с царевичами-самозванцами и разговорами о них в народе путем канонизации настоящего Дмитрия, погибшего в 1591 году в Угличе. Для этого в Углич была направлена специальная комиссия под руководством митрополита Филарета (Романова). Могилу царевича вскрыли, при этом по собору распространилось «необычайное благовоние». Мощи невинно убиенного были найдены нетленными: в гробнице лежал не подвергшийся разложению труп ребенка с зажатой в руке горстью орехов.

Процессия с мощами двинулась к столице. У села Тайнинского она была встречена царем Василием со свитой, а также инокиней Марфой — в миру Марией Нагой, матерью Дмитрия. Гроб открыли, но Марфа, взглянув на тело, словно лишилась дара речи. Тогда к гробу подошел царь, опознал Дмитрия и повелел гроб закрыть. Марфа пришла в себя только в Архангельском соборе, где и объявила, что в гробу действительно находится ее сын. Тело царевича было помещено в раку рядом с могилой Ивана Грозного.

У гроба Дмитрия начали происходить чудесные исцеления, и толпы народа стали осаждать Архангельский собор. По распоряжению Василия Шуйского была составлена грамота с описанием чудес Дмитрия Угличского, которую разослали по российским городам. Однако, после того как некий находившийся при смерти больной умер, дотронувшись до ковчега с мощами царевича, доступ к ним был прекращен. В том же 1606 году Дмитрия, как невинно убиенного, причислили к лику святых.

Двести с лишним лет спустя император Николай I вдруг решил проверить, а не пуст ли гроб, и распорядился вскрыть раку царевича. Лекарь и анатом Н.Н. Засолов, участвовавший в процедуре, рассказывал монарху: «Тело ребенка не было тронуто разложением, словно погребено вчера. Одеяния оказались целыми и яркими. При поднимании гробовой крышки по приделу разлилось благоухание розового масла. Также отходило изрядное свечение. Все присутствующие изумились. Преклонили колена». Тогда Николай I, по его же собственным словам, «имевший материалистическую струнку», в истинности сказанного убедился лично. После чего повелел с подобающими почестями перенести останки в Архангельский Кремлевский собор и наречь царевича Дмитрием Святым. И в этот раз возле раки начались чудотворения с «исцелением от слепоты, глухоты, хромоты, падучей и чахотки». Некоторые люди даже говорили, что временами надгробие делается как бы прозрачным, и лежащий ниже уровня пола великомученик при этом отчетливо виден.

В таком случае возникает вопрос: если настоящий царевич Дмитрий многие годы скрывался по монастырям под именем Григория Отрепьева, то кто же тогда этот лежащий в раке святой мальчик, которого православная церковь почитает как попечителя страждущих детей: сирот, инвалидов и беспризорников? Похоже, что и здесь ответ не очевиден и для ныне живущих покрыт пеленой тайны.

Андрей ЧИНАЕВ

, , ,   Рубрика: Историческое расследование




Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:65. Время генерации:0,519 сек. Потребление памяти:33.98 mb