История — это политика, которую уже нельзя исправить.
Политика — это история, которую еще можно исправить.

Подпишитесь на нас

Подпишись на РСС




Интересные сайты:





Защитник от непогоды

Если верить филологам, то этот предмет гардероба рекордное количество раз - более 200! - упоминали в своих произведениях известные поэты. И в основном они воспевали эту накидку как одежду воинов, путешественников и философов.

На Руси накидку, укрывавшую от дождя и ветра, называли словом «плат», что со временем трансформировалось в «плащ». Аналоги этой одежды существовали и в Древнем (Античном) мире.

От жары и холода

Например, в Греции верхняя мужская одежда - хламида - представляла собой полотнище из шерстяной или льняной ткани, украшенное окантовкой, а по краям цветной тесьмой. Ее накидывали поверх хитона и скрепляли заколкой на плече или груди. Кстати, впоследствии название этой бесформенной конструкции стало синонимом несуразной одежды. Аналогичный наряд существовал и у римлян. Назывался он лацерна и надевался поверх туники. Но в основном шилась она для защиты от ветра. Вот так долгое время плащом называли широкую распашную одежду без рукавов, которая сохранилась до наших дней в виде армейских плащ-палаток.

Подобное одеяние было известно в различных вариантах и на Руси. Например, луда - парадный плащ для знати, пошитый из тяжелой парчи и украшавшийся золотой вышивкой и таблионом (передник из дорогой ткани, свидетельствующий о высоком положении хозяина в обществе и позаимствованный русичами у византийцев). Представители духовенства носили манатью, простолюдины - войлочный япкыт или круглую безрукавную епанчу. Особой популярностью как у мужчин, так и у женщин до конца XVIII века пользовался охабень (от слова «охватить»), или жупан. Это было распашное длинное одеяние, до щиколоток, спереди застегивающееся встык на петлицы. Длинные рукава завязывались за спиной, а сами руки продевались в прорези, расположенные по бокам.

В средневековой Европе плащи были востребованы только как декоративное дополнение к военной форме, поскольку зимы там были теплыми. А вот в России войлочная накидка, получившая название «бурка», была частью формы кавалеристов вплоть до первой половины XX века. Но новый этап в истории плаща начался после того, как вернувшиеся в Старый Свет конкистадоры рассказали о чудесных свойствах млечного сока южноамериканского «плачущего дерева» - гевеи.

Резиновая эпоха

Макинтош

Вот только что делать с тягучей субстанцией, они не задумывались. В 1791 году английский фабрикант Самуэль Пил запатентовал способ сделать одежду водонепроницаемой с помощью обработки ее раствором каучука в скипидаре, но при взаимодействии с кислородом это покрытие очень быстро теряло свою эластичность и прочность. Тем не менее гевею стали культивировать в британских колониях на Борнео и Цейлоне. Но проблема, как это часто бывает, разрешилась случайно, и сделал это Чарльз Макинтош.

Родился он в 1766 году в шотландском городе Глазго, в семье состоятельного владельца красильных предприятий. Поэтому неудивительно, что сын пошел по стопам отца. После окончания университета молодой выпускник начал работать на химической фабрике, а в 1797 году организовал свою фирму по производству квасцов. Надо сказать, что Чарльз был не только бизнесменом, но и химиком-исследователем, который вместе с компаньонами, например, синтезировал хлорную известь для отбеливания тканей, а чуть позже внедрил новый, более быстрый способ получения стали.

И вот в 1823 году он, как обычно, экспериментировал в своей лаборатории. На этот раз объектом его исследований были попытки соединения каучука с нафтой (продуктом перегонки нефти). Опыт удался, и Макинтош, закончив работу, отправился домой, не заметив, что случайно испачкал новым веществом рукав пиджака.

На улице моросил дождь. Вернувшись в свой особняк, ученый с удивлением констатировал, что испачканный рукав воздействию влаги не подвергся. В результате дальнейших экспериментов получилась ткань, которая и старению не подвергалась, и от воды защищала. Параллельно была решена и другая проблема: как скреплять куски этого материала? Традиционный пошив с помощью иголки не годился, поскольку вода могла не только проникать в отверстия, но и способствовать гниению ниток. Тогда Макинтош попробовал скрепить куски все тем же резиновым клеем. И опять удача, после которой началось массовое производство непромокаемых плащей для моряков и рыбаков. Правда, у такого дождевика были два недостатка: во-первых, на солнце он источал не очень приятный запах, а во-вторых, достичь хорошей эластичности так и не удалось.

Эти проблемы, опять же случайно, удалось решить в 1839 году другому ученому - американцу Чарльзу Гудьиру. Он настолько заинтересовался ими, что продал чуть ли не все имущество семьи для покупки оборудования и реактивов, а эксперименты проводил на кухне, переоборудованной в лабораторию. Даже оказавшись в тюрьме за долги, он упросил начальство разрешить ему продолжить опыты.

В итоге во время одного из своих экспериментов Гудьир случайно уронил на раскаленную плитку смесь каучука с серой, и в результате композиция превратилась в прочный и эластичный материал, который впоследствии стал использоваться для производства макинтошей. Надо сказать, что этот плащ для многих стал не только необходимым элементом верхней одежды, но и любимым брендом. Например, знаменитый актер и певец Фрэнк Синатра, согласно завещанию, был похоронен вместе с бутылкой любимого виски... и в макинтоше.

Тренч и болонья

Однако и другие производители одежды искали пути производства новых водостойких материалов. Удача улыбнулась британцу, владельцу торгового дома Томасу Берберри, которому в 1879 году удалось создать непромокаемый материал. Большой поклонник Уильяма Шекспира, он назвал новую ткань габардином, поскольку великий писатель в одном из своих произведений так обозначил место, где можно укрыться от грозы. Одежда из габардина оказалась востребована туристами и спортсменами, что позволило предпринимателю открыть торговую сеть. Но главный триумф габардина пришелся на период Первой мировой войны. Тогда по заказу Британских королевских военно-воздушных сил Берберри создал сверхнепромокаемый и непродуваемый плащ, которому дал название «тренчкот» (trench coat - буквально «траншейное пальто»). Но и после окончания войны плащ из габардина - приталенный, с поясом и боковыми карманами - оказался востребованным обычными гражданами. Единственной добавкой в модель стала клетчатая подкладка.

Однако триумфальное шествие тренчкота завершилось в начале 1950-х годов, когда свое слово в производстве непромокаемых материалов сказали итальянские химики. Им удалось создать материал, основой которого стали капрон или нейлон, пропитанные с внутренней стороны водонепроницаемыми полиакрилатами и силиконами. Новинка получила название «болонья» - по имени города, где материал запустили в промышленное производство. Плащи, сделанные из этого материала, сразу получили признание - они были легкими, в свернутом виде могли поместиться в сумке или кармане, но имели два недостатка. Во-первых, они были воздухонепроницаемыми, а во-вторых, со временем ткань разрушалась под воздействием солнечных лучей. Тем не менее в СССР болонья являлась символом благосостояния, и купить ее можно было только на черном рынке или в комиссионном магазине по баснословной по тем временам цене - 60-80 рублей. Более доступным плащ стал после того, как по указанию председателя Совета Министров СССР Алексея Косыгина в Италии были закуплены технология и производственное оборудование, которое установили на швейной фабрике в подмосковном Наро-Фоминске.

Сергей УРАНОВ



Если вам понравилась статья, поделитесь пожалуйста ей в своих любимых соцсетях:


Предыдущая     Люди и вещи     Следущая










Сообщество в G+