История — это политика, которую уже нельзя исправить.
Политика — это история, которую еще можно исправить.


Подпишись на РСС










Керенский второй республики

Люди искусства в большинстве случаев по своей природе аполитичны. Но воображение, талант и сильный темперамент нередко приводят их в политику. И тогда - жди беды. Как это случилось с испанским писателем, ставшим президентом страны, - Мануэлем Асаньей...

XX век принес Испании череду смут и неурядиц. Правительства и главы правительств падали, как сбитые кегли.

В это время на политическом горизонте появились новые лидеры, и одним из самых заметных, пожалуй, был писатель Мануэль Асанья Диас.

Две страсти

Никаких предпосылок к тому, чтобы заняться политикой и стать лидером республиканцев, у Асаньи не было. Этот мягкий, нерешительный выходец из Новой Кастилии, родившийся в 1880 году, был скорее «человеком созерцания», чем «действия», как подобает политику, по сути - властелину толпы. И первая половина жизни Мануэля с лихвой подтверждала эту истину. Он родился в состоятельной семье с аристократическими корнями, но рано потерял родителей, что стало для впечатлительного мальчика серьезной душевной травмой. Эту склонность к переживанию, к постоянной рефлексии усугубила и учеба в колледже ордена августинцев, который готовил юношей к карьере духовного лица. Но учеба в этом религиозном учреждении привела Асанью к обратному результату: он утратил веру в Бога и возненавидел церковь. Впоследствии, когда он придет к власти, Мануэль жестоко отомстит своей альма-матер в лице всей католической церкви. По указу президента Второй Республики у церкви будет отобрано все, что только можно, - земли, доходы, учебные заведения, ее отделят от государства и лишат всяческой поддержки. Вторым объектом ненависти будущего президента была армия - Асанья сделал все, что могло подрубить ее авторитет в Испании. И жестоко просчитался: церковь и армия фактически стали основными участниками государственного переворота, заставившего Асанью отказаться от поста и уехать в эмиграцию.

Но тогда, учась в религиозной школе, Мануэль ничего такого не думал. Застенчивый, мечтательный юноша с неказистой внешностью (впоследствии недруги называли его «чудовищем») увлекался чтением и сам пробовал что-то писать. Литературные способности у него были, и после окончания Университета Сарагосы Мануэль решил связать свою жизнь с литературой.

Правда, книги не принесли ни особой известности, ни денег. Зато журналистика долгое время кормила этого амбициозного, но нерешительного молодого человека, когда он потерпел неудачу в бизнесе (он пытался создать собственную электрическую фабрику). Потеряв все свои сбережения, Мануэль некоторое время работал помощником известного испанского адвоката, где и приобрел некоторые связи. А с началом Первой мировой войны Асанья отправился на фронт в качестве корреспондента. Там, судя по всему, и произошло окончательное формирование характера и мировоззрения будущего лидера партии и страны. Когда война окончилась, его целиком захватили две страсти - литература и политика.

Между Коминтерном и Берлином

В начале 1920-х годов экономическая ситуация в Испании была хуже некуда. И этим не преминул воспользоваться генерал Примо де Ривера. Он силой захватил власть, а правительство проявило полную недееспособность и не предприняло никаких мер для того, чтобы противодействовать установлению диктатуры. Придя к власти, Примо де Ривера распустил Генеральные кортесы (парламент) и политические партии, объявил в стране военное положение, запретил демонстрации, фактически закрепил за собой право прямого личного общения с королем.

Асанья воспринял диктатуру как личное оскорбление. Он написал энергичное воззвание, переполненное ненавистью к государственному насилию, и в 1926 году вместе с друзьями создал новую партию - Партию республиканского действия.

В стране назревал большой раскол, и Асанья, чуткий к общественно-политическим веяниям, фактически его предвосхитил. К началу 1930-х годов этот молодой и перспективный политик, владеющий пером, был довольно известной и уважаемой личностью.

Поэтому не удивительно, что в 1931 году, когда диктатура пала и власть в стране захватили республиканцы, ему предложили в правительстве пост военного министра, а спустя какое-то время и премьер-министра.

Вот тут-то Асанья развернулся как мог: он начал проводить ярко выраженную антицерковную политику. После того как 11 мая 1931 года по всей стране начались погромы церквей и монастырей, Асанья отказался принимать меры против их участников, демонстративно заявив, что все церкви Испании не стоят и одного республиканца. Из страны был выслан примас католической церкви Испании кардинал Сегура, выступивший с критикой республики.

Не слишком удачливый писатель понимал, каким образом могут убить Вторую Республику, и поэтому, помимо церкви, активно занимался армией.

Резкое сокращение должностей, уменьшение денежного довольствия и прочих преференций привели к недовольству в военных кругах. А закрытие военной академии в Сарагосе привело к тому, что у Асаньи появился личный враг - бескомпромиссный генерал, герой войны и любимец короля Франсиско Франко. Асанья видел силу характера и решимость этого генерала, поэтому добился, чтобы того фактически отправили в изгнание - командовать воинским подразделением, дислоцированным на Канарских островах.

Однако неудачи в экономике, разгул анархии и непрекращающиеся беспорядки подрывали доверие людей к правительству Асаньи. Возможно, ему следовало прислушаться к совету Франко и ввести в стране военное положение. Но присущая Асанье нерешительность, попытки затянуть время и отложить решение проблемы до неопределенных времен (в этом Асанья, по наблюдению многих очевидцев, напоминал главу Временного правительства Александра Керенского) привели к тому, что в 1933 году его партия проиграла выборы.

Асанья ушел в отставку, чтобы перегруппировать силы и написать очередную книгу. Тем временем в стране назревали большие события - над Второй Республикой, установившейся в 1931 году, сгущались тучи.

На пороге отчаяния

Мануэль Асанья не был слепцом, чтобы не видеть надвигающейся угрозы. Существует история о том, как перед арестом Хосе Антонио (сын диктатора Мигеля Примо де Риверы, основатель партии «Испанская фаланга» - зачинщика гражданской войны) его пригласил к себе Асанья и попросил покинуть страну. «Не могу, - ответил тот. - У меня больна мать». - «Но ваша мать умерла много лет назад», - ответил Асанья. «Моя мать - Испания, - якобы сказал Хосе Антонио, - и я не могу оставить ее». И Асанья стерпел этот политический выпад.

Так что прекраснодушие, политическое безволие, свойственное политикам типа Керенского, не позволили Мануэлю действовать решительно и жестко. Политики этого типа хотят нравиться народу и избирателям, и в этом своем стремлении никогда не сделают ничего такого, что помешало бы росту их популярности.

И даже в феврале 1936 года, когда партия Асаньи вновь выиграла выборы и он опять стал премьер-министром, его действия были лишены напора и смелости. Вероятно, ему казалось, что армия, находящаяся в Африке, не сможет пересечь Атлантику - ведь море было под контролем флота республиканцев. Но Франко не терял времени зря - он договорился с Гитлером, который предоставил ему самолеты, и вскоре верные генералу части были на материке. А в это время Асанья на митингах призывал выбирать между «демократией со всеми ее недостатками и ошибками и тиранией со всем ее ужасом».

17 июля 1936 года в Испании разразилась гражданская война. Удивительно, но многоопытный политик, каким к этому времени стал Асанья, практически сразу впал в прострацию и заявил о том, что республиканцы никогда не смогут победить. Моральное бессилие профессионального говоруна, который так и не стал лидером нации, напомнило о себе. Республика как-то сопротивлялась, в течение 3 лет длилась гражданская война, но схватка была проиграна в самом начале. И немалую роль в этом поражении сыграла моральная опустошенность Мануэля Асаньи. В феврале 1939-го, после потери республиканцами контроля над Каталонией, Асанья уехал во Францию, где 27 февраля заявил о своей отставке.

Умер он в ноябре 1940 года, перед смертью примирившись с католической церковью.

А в Испании более чем на 30 лет воцарился генерал Франко. Этот политик, в отличие от Асаньи, ни с кем не заигрывал, никому ничего не обещал и не стремился нравиться. Он делал свое дело как умел: зло, решительно, твердо.

И, как мы знаем, победил.

Дмитрий КУПРИЯНОВ



Если вам понравилась статья, поделитесь пожалуйста ей в своих любимых соцсетях:


Предыдущая     Власть     Следущая












Интересные сайты: