История — это политика, которую уже нельзя исправить.
Политика — это история, которую еще можно исправить.


Подпишись на РСС










Дядюшка Сэм с Оранжевой

У каждого из африканцев, боровшихся за независимость своей родины, разные, порой весьма непростые судьбы. Не стала исключением и биография отца-основателя и первого президента Намибии Сэмюэля Нуйомы.

Территория, известная сегодня как Намибия, изначально была немецкой колонией. Колониальная политика Германии по отношению к туземцам была крайне агрессивной. Поэтому, когда в 1915 году в ходе Первой мировой войны армия Южно-Африканского Союза (предшественника ЮАР), воевавшего на стороне Британской империи, оккупировала эту землю, южноафриканцев там приняли с распростёртыми объятиями.

С тех далёких пор ЮАР прочно закрепилась на землях, которые находились на запад от Оранжевой реки. Ни о каких правах местного населения тогда, разумеется, никто не говорил: власть думала, как бы примирить немцев, живущих здесь издавна, и новых хозяев — южноафриканцев. Что касается основных племён — овамбо, гереро, химба и прочих, — то, как говорится, «их номер был последним» или «им там слова не давали».

Один из одиннадцати

Одним из первых, кто поднял голос против отношения к местным как к скоту, был не выпускник престижного университета, не высоколобый интеллигент, а обыкновенный мусорщик железнодорожной станции по имени Сэмюэль Нуйома. Этот молодой крепыш, первенец в семье с одиннадцатью детьми, был, что называется, «человек, сделавший себя сам». Представитель народа овамбо, Сэм Нуйома закончил школу при лютеранском приходе, поездил по стране в поисках работы, многое повидал и понял, что «так жить нельзя». В середине 1950-х Нуйома заинтересовался политикой и в 1959 году стал членом первой намибийской политической организации «Национальный союз Юго-Западной Африки» (СВАНУ). При этом он был не фанатичным революционером, а человеком, умеющим ценить простые радости жизни. Ещё в 1956 году Нуйома женился на девушке из племени гереро. У молодой четы родилось четверо детей, поэтому молодому активисту было что терять. Тем не менее Нуйома окунулся в борьбу за независимость с головой. И вскоре власть усадила его на тюремные нары, а потом сделала все, чтобы он уехал из страны. Но молодые революционеры, вдохновлённые примером Кубы и других стран, не собирались складывать оружие. Понимая, что для организации борьбы нужна мощная структура, в апреле 1960 года «Народную организацию Овамболенда» переименовали в «Народную организацию Юго-Западной Африки» (СВАПО), а Сэм Нуйома был избран её председателем. К этому моменту он жил то в Танзании, то в Замбии, то в Анголе.

В отличие от многих других партий и организаций, СВАПО сумела избежать больших разногласий и избрала верную тактику борьбы. Для начала следовало заявить всему миру о том, что в Намибии «есть такая партия», способная в условиях независимости взять власть в свои руки и править страной.

А лучшее место для этого, чем трибуна ООН, трудно придумать. И Нуйома отправился в Нью-Йорк.

«Дистанционная» революция

Сэмюель Нуйома

Вскоре бывший уборщик железнодорожной станции Сэм Нуйома выступил на сессии ООН Генеральной Ассамблеи. Некоторые члены ООН задали ему вопрос о том, сколько образованных людей есть в Намибии и способен ли он вместе с ними управлять страной. Нуйома ответил им так: «Человек родился свободным, поэтому он не должен сначала стать образованным для того, чтобы требовать себе свободу и самоопределение». После такой лихой отповеди многим стало ясно, что этот африканец способен возглавить процесс освобождения.

На этой же сессии он подал прошение Генеральной Ассамблее ООН, в котором потребовал конца южноафриканского колониального правления.

Как известно, в те годы мир был многополярным. Так как Нуйома объявил войну ЮАР, а СССР давно находился с Преторией в жестокой вражде, СССР взял СВАПО под своё крыло. Следом подтянулись и все его друзья: ГДР, Куба, Ангола.

К 1966 году боевые отряды намибийцев были хорошо укомплектованы, после чего они перешли к активным действиям. Территории для военных лагерей предоставляли то Ангола, то Танзания, то Зимбабве, где правил большой друг Сэма — президент Роберт Мугабе. Куба присылала в Анголу инструкторов и армейские подразделения (говорят, кубинские части насчитывали там около 40 тысяч человек), ГДР — оружие и лекарства, СССР снабжал деньгами и оказывал идеологическую поддержку, объявив дело Нуйомы священным походом за независимостью.

Пока политики на конгрессах и съездах решали, что же делать с Намибией и ЮАР, полиция и армейские подразделения южноафриканцев вели кровавые бои с повстанцами Намибии. Сам Нуйома периодически подливал масла в огонь, произнося зажигательные речи, порой откровенно провокационные. Так, в 1970 году на одной из конференций в Танзании он напрямую заявил: «Мы намерены смести с лица земли все следы белой цивилизации. Нам не нужны ни реформы, ни бантустаны, ни улучшение условий коренного населения. Всё что мы хотим — это полной независимости. Правление чёрных или ничего».

Методы борьбы были самыми радикальными, игнорирующими любые понятия о справедливости или, как бы это парадоксально ни звучало, благородстве. С 1971 года Нуиома стал верховным главнокомандующим Народно-освободительной армией Намибии, и война приобрела тотальный характер.

Так, недалеко от города Цумеб повстанцы обнаружили некое здание непонятного назначения. Недолго думая, организация СВАПО представила в ООН доклад, из которого следовало, что эта территория используется «для ракетного обстрела прилегающих территорий и для применения боевых отравляющих веществ с целью тотального истребления африканцев».

В ООН не на шутку перепугались и срочно образовали комиссию по расследованию «преступлений режима апартеида на территории оккупированной Намибии». ЮАР объявили «наследниками Гитлера» и «припечатали» прочими «добрыми» определениями, хотя здание это было обыкновенной геофизической лабораторией, находящейся в ведении немецкого Института Макса Планка. Сотрудники этого учреждения представили в ООН доклад с фотографиями внутренних помещений, прилегающей территории и снимков со спутника. Одновременно по этому поводу выступил эксперт, генерал армии США Маршалл, который предоставил доказательства того, что характер работы станции является научным, а сама станция используется в мирных целях. Но этого уже никто не слушал: в сознании общественности ЮАР в очередной раз выступила в роли «машины геноцида», страны, не ведающий жалости и сострадания.

Намибийские лидеры провели множество подобных акций, положили немало людей, но заставили ЮАР, которая, по правде сказать, вела себя не менее жестоко, признать независимость Намибии и убраться подобру-поздорову. Этому способствовала и позиция ООН, которая приняла декларацию №435, потребовав от ЮАР поэтапного вывода своих частей из Намибии.

В 1989 году Нуйома вернулся на родину после почти 30-летнего изгнания и в том же году после победы СВАПО на выборах стал первым президентом страны.

Началась новая жизнь Сэма Нуйомы — государственного деятеля и политика мирового масштаба.

Политик над схваткой

Увы, те, кто ожидал от Сэма радикальных шагов, СВАПО во главе с Нуйомой с момента создания стала голосом угнетаемых народов Намибии просчитались. Бывший партизан и не знающий жалости террорист оказался гибким политиком. Так, невзирая на советы Роберта Мугабе ответить «чёрным террором на белый», Нуйома не тронул «белую» общину. И вообще, он сделал все, чтобы этнически разнородное государство стало единым целым. Обманулся в своих ожиданиях и СССР, как и его правопреемница Россия.

Невзирая на то что Кремль долгие годы финансировал борьбу намибийских революционеров, а Сэм Нуйома подолгу живал в Москве и был участником партийных съездов, придя к власти, африканский «дядюшка Сэм» вдруг задружился с другим Дядей Сэмом — с берегов Потомака. И даже когда Россия попросила об элементарной уступке — разрешить ловлю рыбы в её прибрежных водах, — Нуйома ответил отказом.

Отсидев два президентских срока, Сэм Нуйома выдвинул себя на пост главы государства ещё на пять лет. Для этого пришлось изменить конституцию, якобы идя навстречу пожеланиям народа. И только после окончания срока он оставил свой пост, хотя из политики окончательно не ушёл.

И наверное, уже не уйдёт — в 2010 году его сын Утони стал министром иностранных дел Намибии. Так что богатый опыт любимого отца явно ещё пригодится и сыну, и стране.

Дмитрий КУПРИЯНОВ



Если вам понравилась статья, поделитесь пожалуйста ей в своих любимых соцсетях:


Предыдущая     Власть     Следущая












Интересные сайты: