Человек не выявляет себя в истории: он пробивается сквозь нее.


Подпишись на РСС










Троянский вепрь

Когда речь заходит о тайных операциях, сразу вспоминаются действия спецназа в XX и начале XXI века. Отважные рейнджеры, смелые коммандос... Однако, если заглянуть в историю поглубже и присмотреться повнимательнее, мы найдем примеры военных акций, которые ничуть не хуже современных.

В период Второй Пунической войны, в 212 году до нашей эры карфагенский полководец Ганнибал со своей армией находился на территории вражеской страны, но после его ярких побед римляне не рисковали вступать с ним в открытое сражение.

Неожиданное предложение

В свою очередь, Ганнибал хотел захватить один из богатейших южных италийских городов - Тарент. Но осаждать его не собирался - дело это хлопотное и кровопролитное. К тому же у него появился шанс решить все хитростью.

Незадолго до описываемых событий в Риме были казнены за попытку побега заложники-тарентинцы, которых держали там для того, чтобы город сохранял верность италийскому союзу. Теперь родственники казненных, 13 знатнейших юношей с целью мести устроили заговор и решили сдать город врагу.

Когда предводители заговора - Никон и Филемен - прибыли в лагерь Ганнибала, находившийся за много миль от Тарента, тот несказанно обрадовался. После переговоров полководец пообещал освободить город от римского гарнизона и заключить с тарентинцами союзный договор. В ходе дальнейших встреч Ганнибала с заговорщиками были детально обговорены условия союза и план предстоящей спецоперации.

Поход на Тарент осуществлялся в обстановке строжайшей секретности. Для участия в нем Ганнибал отобрал 8 тысяч легких пехотинцев из ливийцев и кельтов, а также 2 тысячи всадников-нумидийцев - наиболее подвижные части войск. Брать тяжелую пехоту не имело смысла - все должны были решить быстрота и внезапность. Куда их поведут, солдатам не сказали.

Чтобы усыпить бдительность римлян, пунийский полководец распустил слухи о своей болезни. А без него, естественно, никаких активных действий карфагеняне не предпринимали.

В подтверждение дезинформации пунийские войска три дня до операции вообще бездействовали.

В назначенное время, глубокой ночью, особый отряд отправился в путь. Перед колонной двигались 80 нумидийских всадников. Они были и боевым охранением, и оцеплением одновременно, потому что имели приказ - убивать всех чужих, встреченных на пути, и возвращать в строй вырывающихся вперед своих воинов. Из-за движения в темноте никто из пехотинцев не мог определить, в каком направлении они двигаются. Лишь когда до Тарента оставалось 15 миль, Ганнибал спрятал войско в большом овраге и объявил приказ - идти прямо по дороге, никуда не сворачивая, и слушать своих командиров. Пунийцы до последнего часа оставались в неведении, где они и куда идут.

Тем временем в городе заговорщики следили за главой римского гарнизона - префектом Марком Ливием, который после попойки отправился домой. Убедившись, что римляне ничего не подозревают, тарентинцы оставили людей присматривать за его домом, а сами стали готовиться встречать пунийцев.

Отвори мне калитку

Ганнибал считает кольца убитых в битве римских всадников

История учит, что ничему не учит. Вот и здесь, в Таренте, словно в древней Трое, проход в город врагам удалось открыть с помощью зверя. Впрочем, по порядку.

Филемен, один из предводителей заговора, был заядлым охотником. Учитывая, что он делился трофеями с римлянами, его без расспросов в любое время дня и ночи впускали и выпускали через калитку сторожевой башни.

В ночь операции Филемен вернулся с богатой добычей - трое носильщиков еле тащили огромного вепря. Охотник властно прикрикнул на сторожа, чтобы тот открывал калитку. Когда сторож увидел, какого огромного зверя заносят, то почему-то даже не призадумался, откуда у Филемена взялись помощники - ведь уходил-то он один. Вместо этого сторож принялся рассматривать тушу зверя - напоследок... Филемен заколол его своей охотничьей рогатиной лично.

В открытую калитку ворвались приведенные им 30 ливийцев, которые вырезали охрану надвратной башни и впустили остальных воинов. После этого все отправились к рынку, где их уже поджидал Ганнибал.

Сам полководец с основным войском вошел в город без затей: пересвистнувшись с заговорщиками, ожидавшими их изнутри, неподалеку от Теменидских ворот, пунийцы приблизились к ним тихим шагом и остановились. Ждать пришлось недолго - тарентинцы, возглавляемые Никоном и Трагиском, сами уничтожили здешнюю охрану и открыли ворота.

Конников Ганнибал оставил снаружи - для прикрытия, да и чтобы не создавали лишнего шума, а сам с пехотой двинулся к рынку. Объединившись здесь с отрядом Филемена, пуниец разделил свои войска, придал им в качестве проводников по двое заговорщиков и отправил занимать стратегические объекты Тарента.

Воюя в Италии, Ганнибал пользовался известным принципом «разделяй и властвуй». Он провозгласил, что пришел воевать только с Римом. Поэтому полководец напомнил своим воинам, что убивать следует лишь римлян и ни в коем случае не трогать тарентинцев.

Несмотря на глубокую ночь и соблюдаемую тишину, передвижения войск по городу не остались абсолютно никем не замеченными. Поднялась тревога. Чтобы усилить ее, Филемен и его товарищи подавали с помощью заранее украденной римской трубы сигнал сбора. Солдаты гарнизона стали выбегать из своих домов, на ходу надевая снаряжение, и спешили к акрополю - крепости, возле которой и гибли от рук перехватывавших их ливийцев и кельтов. Тарентинцы до утра из домов не высовывались, посчитав все происходящее какими-то маневрами римских военных.

Проснувшийся от шума префект сумел добраться до гавани и на лодке доплыл до акрополя, где укрылся с остатками гарнизона. Взять эту крепость пунийцам впоследствии так и не удалось. Первые потери они понесли только здесь...

Тем не менее весь остальной город был в их руках. Тарентинцы это поняли, когда утром вышли на улицы и увидели, что там расхаживают ливийские и кельтские воины, а римские солдаты убиты. Глашатаи призвали всех собраться на главной площади Тарента, а ходившие между гражданами заговорщики убеждали всех, что пунийцы пришли их освободить. Ганнибал в своей речи подтвердил это и поблагодарил своих сторонников.

Вместе с тем он попросил тарентинцев пометить свои жилища, чтобы они не пострадали, так как римские дома подвергнутся грабежу. Одновременно призвал при этом не помечать дома римлян из чувства добрососедства или жалости, иначе сочувствующим - смерть. Тарентинцы объявлялись его союзниками и поэтому не должны были платить пунийцам никакой дани.

Значение победы

Оставив гарнизон, Ганнибал увел свое войско из Тарента в зимний лагерь. Его новые союзники не должны были испытывать тяжести содержания его армии. Тарентинцы продолжали осаждать акрополь, но войска префекта особых трудностей от осады не испытывали, так как снабжались римлянами с моря.

Захват столь крупного города имел большое значение для пунийцев. Теперь им легче было получать морем подкрепления из Карфагена. Здесь, в Таренте мог высадить свои войска союзник пунийцев - македонский царь Филипп V (который, правда, этого так и не сделал, хотя и обещал). Кроме того, примеру тарентинцев последовали горожане еще трех южноиталийских городов - Фурий, Метапонта и Гераклеи. Их переход под знамена Карфагена усилил позиции Ганнибала.

Дорого же обошлась Риму казнь тарентинских заложников! Обида бывших союзников Вечного города сделала их изменниками и укрепила главного врага римлян в один из непростых для него периодов войны. Но, думается, не стоит особо зацикливаться на моральном аспекте ситуации, а лучше приглядеться к особенностям действий пунийцев. Это тщательная разведка и применение легких сил, дезинформация и секретность, действия ночью и точечные удары по стратегически важным объектам, военные хитрости и психологическая обработка - одним словом все то, что присутствует и в арсенале методов современного спецназа. Так что захват пунийцами Тарента в 212 году до нашей эры можно с полным правом отнести к специальным операциям.

Олег ТАРАН



Если вам понравилась статья, поделитесь пожалуйста ей в своих любимых соцсетях:


Предыдущая     Военная тайна    












Интересные сайты: