Жатва чёрной смерти

Автор: Maks Ноя 16, 2018

«Чума на оба ваши дома!» — восклицал в «Ромео и Джульетте» умирающий Меркуцио. Пожалуй, худшее проклятие трудно было придумать. По сравнению с чумой ни одна другая болезнь и ни один военный конфликт не собирали в Средние века столь обильной смертельной жатвы.


Своеобразной меткой чумы является бубон — напоминающая мозоль опухоль под мышкой, в паху или на шее. Именно поэтому слово «чума» обычно сопровождается прилагательным «бубонная», хотя существует и другая разновидность этой болезни, когда заражение происходит через органы дыхания. И, кстати, смертность при лёгочной чуме составляла почти 100%, в то время как при бубонной чуме 1 шанс из 20 на спасение всё-таки имелся.

Кара небес

В надежде на выздоровление врачи или сами больные иногда прокалывали бубоны, примерно так же как хирург вскрывает нарыв с гноем. Насколько эффективен такой метод — вопрос спорный, но для прокалывающего он был смертельно опасен, поскольку миазмы от ядовитого содержимого могли привести к заражению. С другой стороны, ничего более эффективного человечество до определённого момента не придумало.

Главным источником заражения и носителями ядовитой чумной палочки являются грызуны, а основными распространителями — крысы. От крыс палочку подхватывали блохи и через укус передавали человеку.

В лёгочной чуме главным симптомом является кровохарканье, но при рассказе о самых масштабных эпидемиях (пандемиях) упоминается этот симптом редко. Так что главные претензии всё-таки следует предъявить именно крысам и антисанитарии. С другой стороны, возникает вопрос: почему люди и крысы живут себе в городе и особо не тужат, как вдруг начинается эпидемия?

Единственное логичное объяснение — появление большого количества «чужих» заражённых крыс, которые могли прибыть в массовом порядке только в трюмах кораблей из неких заморских далей.

Именно таким образом объясняли причины самой древней из зафиксированных чумных эпидемий, приключившейся в 430 году до нашей эры в Афинах.

Дело происходило в начале Пелопонесской войны между двумя альянсами греческих государств, возглавляемыми, соответственно, Афинами и Спартой. Спартанская армия, как правило, побеждала в сухопутных сражениях. Афиняне господствовали на море, а потому, открыв боевые действия, установили контроль над морскими коммуникациями и засели в родном городе в глухой обороне. При этом афиняне закупили в Египте и заморских колониях побольше хлеба, с партиями которого прибыли и крысы-носители чумной палочки.

Ситуация усугубилась тем, что если в мирное время большинство афинян проживали в окрестностях, то теперь город оказался забит беженцами. В результате за четыре года чума унесла около 30 тысяч жизней, что составляло примерно четверть всех жителей полиса.

Общее недовольство обрушилось на главного зачинщика войны Перикла. Жрецы трактовали эпидемию как выражение гнева богов и ссылались на родовое проклятие Алкмеонидов.

Двумя столетиями раньше представители этого семейства перебили своих политических противников, искавших защиты у алтарей храмов. Сам Перикл приходился Алкмеонидам лишь дальним родственником, но генеалогические тонкости в той ситуации афинян не интересовали. В общем, Перикл имел все шансы пасть от руки соплеменников, если бы его самого не прибрала эпидемия. Закончилось все как-то внезапно, после чего война, хотя и с перерывами, продолжалась ещё 22 года.

В конце XX века греческие врачи провели анализ зубов из захоронений того времени и пришли к выводу, что речь шла, скорее всего, об эпидемии не чумы, а брюшного тифа.

Под именем Юстиниана

Исходя из этих данных, первой пандемией считают так называемую Юстинианову чуму, которая отличалась гораздо большим географическим и временным масштабом. Своим названием она обязана правившему в 527-565 годах византийскому императору Юстиниану I. A распространителями заразы считают крыс, приплывших в Константинополь на кораблях с египетским хлебом.

То, что речь идёт именно о бубонной чуме, подтверждает свидетельство переболевшего заразой церковного историка Евагрия Схоластика: «Язва эта обнаруживалась различными болезнями: у некоторых она начиналась с головы, — при чём глаза наливались кровью, лицо опухало, — потом переходила к горлу и, охватив его, лишала человека жизни; у других открывался понос; у третьих обнаруживалась опухоль в паху, а затем — необыкновенная горячка, — и они на другой или на третий день умирали, вовсе не сознавая себя больными и чувствуя крепость в теле; иные впадали в помешательство и в этом состоянии испускали дух; иногда вскакивали на теле и поражали людей смертью чёрные язвенные чирьи; некоторые, подвергшись язве однажды или дважды и оправившись от неё, после опять подвергались ей и умирали».

Современник Евагрия Прокопий Кесарийский рисует картину настоящего апокалипсиса: «От чумы не было человеку спасения, где бы он ни жил — ни на острове, ни в пещере, ни на вершине горы… Много домов опустело, и случалось, что многие умершие, за неимением родственников или слуг, лежали по нескольку дней несожженными. В это время мало кого можно было застать за работой. Большинство людей, которых можно было встретить на улице, были те, кто относил трупы. Вся торговля замерла, все ремесленники бросили своё ремесло…».

В 544 году в Константинополе ежедневно умирало до 5 тысяч человек. Потом эпидемия начала расползаться по Европе и Ближнему Востоку, досталось и Северной Африке, откуда чумная палочка, видимо, и появилась. Последние отголоски чумы зафиксированы в Англии и датируются 683 годом. Общее число жертв пандемии за примерно полтора столетия некоторые исследователи доводят до 100 миллионов.

Однако, вероятно, по причине растянутости во времени в европейском сознании чётче зафиксировался не столь продолжительный, но более интенсивный мор, известный под названием чёрной смерти.

«Привет» от хана Джанибека

Эпидемия чумы в Европе

Эпидемии чумы в Европе в Средние века уносили много миллионов жизней

Почему смерть назвали чёрной? Возможно, речь идёт о тёмно-багровых пятнах, выступающих на теле больного или уже умершего человекка. По другой версии, Сенека, который описывал такие эпидемии, говорил о гибели «тьмы народа». Но, подхватив у авторитетного античного автора термин «тьма» (atra), европейцы перевели её как прилагательное «чёрная» — так и закрепилось.

Зараза, как обычно, пришла с грызунами, но не приплывшими на кораблях, а появившимися из глубин Азии, вместе с монгольскими захватчиками. У монголов, кстати, мясо степных сурков, носителей чумной палочки, считалось чуть ли не деликатесом, что тоже сыграло роль в распространении эпидемии.

Предполагаемый очаг был выявлен уже в конце XIX века российским археологом Даниилом Хвольсоном, который, исследуя могилы монголов из числа христиан-несториан, обитавших на берегах озера Иссык-Куль, прочитал на датируемом 1338-1339 годами надгробии: «Здесь покоится Кутлук. Он умер от чумы вместе с женой своей Магну-Келкой».

В 1346 году чума опустошила столицу золотоордынских ханов Сарай, а в Крыму, согласно арабскому историку Ибн аль-Варди, погубила 85 тысяч человек, «не считая тех, которых мы не знаем».

Осадивший в это время генуэзскую факторию в Кафе (Феодосии) ордынский хан Джанибек с помощью катапульт забрасывал в крепость трупы умерших от болезни. Взять крепость он так и не смог, но заразившиеся защитники, вернувшись на родину, развезли чуму по Европе.

Первый удар достался Константинополю, где, по венецианским данным, уже через год в живых остался лишь каждый десятый. Потом пришёл черёд балканских стран, Италии, Франции. Принято считать, что в Англию британцы завезли чумную палочку вместе с французскими трофеями, например на одном из модных платьев. Многие платья выглядели слишком вызывающе, и когда знатным модницам сделали по этому поводу замечание, они, в свою очередь, призвали на соотечественников кары Господни. Дальше, как водится, блеснула молния, грянул гром, и появилась чума в образе то ли девы, то ли старика в красном или чёрном одеянии.

Идея Божьего наказания выглядела вполне очевидной. Шотландцы поначалу радовались бедам англичан, но, как с удовлетворением отмечает британский хронист, «их радость превратилась в плач, когда карающий меч Господень… обрушился на них яростно и неожиданно, поражая их не менее, чем англичан, гнойниками и прыщами».

Не удалось отсидеться и скандинавам — вспышки чумы были зафиксированы в Исландии и даже Гренландии. На Руси первой высокопоставленной жертвой эпидемии стал в 1353 году московский князь Симеон Гордый, умерший вместе с двумя малолетними сыновьями. Странно, но по какой-то причине чума не коснулась Финляндии и Чехии.

Затихнув, эпидемия повторилась в Европе в 1361 году, потом в 1369-м и потом ещё несколько раз, постепенно затухая.

Эта катастрофа, унёсшая от 20 до 32 миллионов жизней, оставила след в культуре, например в «Кентерберийских рассказах» Джефри Чосера или «Декамероне» Джованни Боккаччо, герои которых в предчувствии смерти пускаются во все тяжкие. Но вопрос о смысле посланного человечеству испытания оставался открытым. И туманно выглядели его причины.

Последняя пандемия?

Самую обильную жатву пандемия собрала в городах, где скученность была больше и с гигиеной похуже. Вообще, в Средние века мытьё не приветствовалось, поскольку голое тело вводило в похоть, да и вообще человеческую плоть баловать не следовало. Например, святая Агнесса, не мывшаяся ни разу в жизни, считалась достойным примером для подражания.

Возможно, сыграли свою роль охвативший Европу в первой половине XIV века голод, а также болезни вроде проказы и оспы, что привело к общему ослаблению иммунной системы людей Средневековья. Упоминается о возможном влиянии климатических факторов, хотя определить масштаб происходивших в природе изменений довольно сложно.

Так или иначе, в дальнейшем чёрная смерть проявлялась только в форме относительно локальных эпидемий.

Последняя масштабная волна началась в 1855 году в китайской провинции Юньнань, перекинувшись затем на Индию, пройдясь по Азии, Африке, Латинской Америке, затронув даже Соединённые Штаты и благословенные Гавайские острова.

Борьба с чумой объединила медиков всего мира: десятки сотрудников Красного Креста отправлялись в глухие углы Маньчжурии, горы Средней Азии, джунгли Парагвая. Но решающую победу одержали учёные. В 1894 году работавший в Гонконге сотрудник Пастеровского института Александр Йерсен открыл главного возбудителя болезни — чумную палочку. Значительный вклад в её изучение внёс японский профессор Китасато Сибасабуро. И, наконец, русский врач Владимир Хавкин разработал в 1896 году противочумную вакцину, благодаря которой удалось ликвидировать эпидемию в Бомбее.

Но для окончательной доработки вакцины потребовалось время. При этом работы велись и в противоположном направлении. В оккупированной японцами Маньчжурии действовал специальный отряд 731, разрабатывавший методики использования чумы как бактериологического оружия: в качестве носителей предполагалось использовать инфицированных блох со штаммом чумы, эффективность которого в 60 раз превышала «среднестатистический». Однако использовать оружие во всю мощь не удалось из-за стремительного наступления Красной армии в августе 1945 года.

Сегодня чума не то чтобы побеждена окончательно, но загнана в приемлемые рамки. Среднее ежегодное число заболевших составляет около 2,5 тысячи человек. Типичными зонами риска остаются районы с низким уровнем санитарии и обилием грызунов. Самые крупные вспышки были зафиксированы в Центральной Азии (Казахстан, Китай, Монголия), Вьетнаме, Африке (Конго, Танзания и Мадагаскар), Соединённых Штатах и Латинской Америке. Смертность среди заболевших обычно не превышала 7%. В общем, среди эпидемических болезней у человечества есть враги и посерьёзнее. Другое дело, если у отряда 731 появятся продолжатели.

Дмитрий МИТЮРИН

Кому чума, а кому мать родна

Чёрная смерть середины XIV века иногда способствовала повышению благосостояния беднейших слоёв населения, флорентиец Маттео Виллани жаловался: «Простонародье ныне требует для себя самых дорогих и изысканных блюд, их женщины и дети щеголяют пышными платьями, принадлежавшими ранее тем, кто навсегда покинул этот мир… В нынешнее время женская прислуга, неопытная и необученная, и вместе с ней мальчишки-конюшие требуют для себя, по меньшей мере, 12 флоринов в год, а самые наглые и 18, и даже 24, то же касается нянек и мелких ремесленников, зарабатывающих на хлеб своими руками, которым подавай ныне втрое больше обычного».

, , , , , , ,   Рубрика: Историческое расследование





Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:66. Время генерации:0,979 сек. Потребление памяти:38.82 mb