Железные колёса судьбы

Автор: Maks Мар 19, 2019

Как и сегодня, во времена СССР каждое лето давало старт миграции отпускников. Кто-то ехал «туда», другие возвращались «обратно». По Ростовской области составы с курортниками шли днем и ночью. Не менее плотным потоком шли «товарняки» с только что убранным урожаем зерна.

На, станцию Каменская пассажирский поезд Ростов-на-Дону — Москва прибыл в начале второго ночи. 20-летний студент из Москвы Игорь Петров не спал и вышел покурить на перрон. Спустя минуту в вагон, из которого он вышел, с силой врезалась железная махина, наполнив пространство гарью и скрежетом металла.

Кубанское зерно

В советские времена Украина и Кубань были житницей Советского Союза. Здесь выращивали основной объем зерна, который отправляли в центральную часть страны. Одной из точек загрузки была станция Армавир, где 6 августа 1987 года был сформирован грузовой поезд №2035 из 55 вагонов. Все их под завязку засыпали зерном, так что общий вес состава вышел внушительным — 5,5 тысячи тонн! В ночь на 7 августа зерновой поезд прибыл на станцию Лихая.

Здесь состав нужно было перецепить к другому локомотиву, с другой бригадой машинистов. По инструкции первая бригада должна была сдать состав второй бригаде. Однако помощник машиниста первой бригады не смог закрыть концевой кран тормозной системы со стороны первого вагона. Кран пропускал воздух, и пониженное давление не давало разъединить рукава тормозной системы и отцепить локомотив. Стремясь побыстрее сдать состав, помощник машиниста закрыл кран между шестым и седьмым вагонами, но не сказал об этом второй бригаде. Сдача состава произошла вроде бы без последствий.

Принявший состав машинист Сергей Батушкин и его помощник Юрий Штыхно прицепили к вагонам свой электровоз и по инструкции опробовали тормоза. По правилам, после торможения осмотрщики вагонов должны были пройти вдоль состава и убедиться, что на всех вагонах тормозные колодки прижаты к колесам. Вроде бы так оно и было, и по рации осмотрщик сообщил машинисту, что все в норме. После того как машинист отпустил тормоза, другой осмотрщик подошел к первому вагону и увидел, что тормоза разжались, а значит — все в порядке. Проблема была в том, что перекрытый кран с воздухом не позволил разжать тормоза шестого и последующих вагонов. Напомним, в составе их было 55! Осмотрщик не стал осматривать все, ограничившись первым, и написал машинисту справку об опробовании тормозов формы ВУ-45.

Пока состав с зерном стоял на станции Лихая, мимо проехали два пассажирских поезда: Краснодар — Москва и Ростов-на-Дону — Москва. Ближайшая их остановка должна была состояться через 24 километра на станции Каменская. Пропустив их вперед, следом тронулся в путь и зерновой состав №2035.

Бешеный разгон

Катастрофа поезда на станции КаменскаяСтронув состав с места, Батушкин почувствовал, что локомотив дернулся, но вагоны почти не сдвинулись. Однако тяга локомотива была такова, что после перевода ручки контроллера в следующее положение состав все-таки тронулся. Тяжелый ход машинист списал на перегруженность вагонов. В самом деле, масса состава была огромна — 5,5 тысячи тонн! Позднее эксперты скажут, что человек, имевший большой опыт вождения тяжелых составов, смог бы почувствовать неладное. Но интуиция не входит в обязательный набор качеств машиниста.

Выехав со станции Лихая, Батушкин все-таки решил опробовать тормозную систему и подал в тормозные цилиндры воздух. Тормозной путь, который состав прошел при снижении скорости на 10 километров в час, составил не положенных 300 метров, а все 700! Ведь большинство вагонов не могли тормозить, и их огромная масса толкнула состав куда сильнее нормы. Но Батушкин не придал этому значения, ведь поезд хоть и не сразу, но затормозил.

Значит, тормоза работали.

Спустя восемь километров начался участок спуска в долину реки Северский Донец. За километр пути высота уменьшалась на 11 метров. При входе на спуск состав ехал со скоростью 65 километров в час. Машинист понимал, что скорость надо сбросить, и применил первую ступень торможения. И здесь Батушкина пробил пот — поезд не тормозил, а ускорялся! Повысив давление в тормозных цилиндрах до максимума, он испугался еще сильнее — поезд летел, как раньше. Оставалась надежда на систему экстренного торможения. Увы, и она оказалась бессильна — поезд только набирал ход. Батушкин дважды применил реостатное торможение и даже контрток, но ничего не помогало. Огромная масса летела вперед с неудержимой скоростью.

Машинист и его помощник понимали, что до следующей станции они домчат за несколько минут. Срываясь на крик, Батушкин стал объяснять по рации поездному диспетчеру и дежурной по станции Каменская опасность ситуации. Зерновому поезду срочно нужен был свободный путь! Однако, несмотря на то что станция Лихая располагала несколькими платформами с путями, все они были заняты.

Есть жертвы…

В критической ситуации решение было одно — запретить пассажирскому поезду Ростов-на-Дону — Москва останавливаться на станции Каменская. Все хотели верить, что зерновой состав не догонит пассажирский. Но судьба уже вынесла безжалостный приговор пассажирам. Как ни старалась диспетчер связаться с бригадой ростовского поезда, ничего не выходило. Виноват в этом был помощник машиниста зернового поезда Юрий Штыхно. В стрессе он зажал пальцами кнопку микрофона своей рации, и эфир был забит радиопомехами.

Поэтому машинист пассажирского поезда и остановился на Каменской, где началась посадка пассажиров. В это же время машинист Батушкин, предвидя неизбежность катастрофы, приказал Штыхно уйти вглубь электровоза. Парень положил рацию, и кнопка оказалась разжатой — эфир стал доступен. Сразу же диспетчер связалась с машинистом пассажирского поезда и приказала немедленно уезжать со станции. Спустя минуту после остановки поезд начал ход, приведя пассажиров в недоумение. Это было похоже та самопроизвольное движение, и, действуя по инструкции, проводник вагона №10 нажала на стоп-кран. Из кабины локомотива выбежал помощник машиниста в поиске — где нажат тормоз?! Но времени на спасение уже не было — на скорости 140 километров в час на станцию влетел зерновой состав.

Уже на Каменской на стрелке №17 произошел разрыв автосцепки между первым и вторым зерновыми вагонами. Второй вагон слетел с рельсов, а остальные с силой «догнали» его. Удар был такой силы, что два вагона углубились в грунт на 10 метров!

Но самое ужасное, что электровоз с одним вагоном продолжил ход! Проехав 464 метра, железная махина врезалась в поезд с курортниками. В половине второго ночи большинство из них спали, и последние два вагона (№15 и №14) в одночасье оказались смяты. Мгновенно погибло 106 человек. Удивительно, но бригада взбесившегося электровоза выжила.

Помощник спрятался в глубине локомотива, а машиниста Батушкина выкинуло из кабины, и он повис на ветках дерева.

Информацию о катастрофе утаить было невозможно. Но власти не придали ей истинного статуса, ограничившись стандартным «есть человеческие жертвы». Расследование быстро пришло к стандартному выводу — «виноват стрелочник», то есть два осмотрщика вагонов. За служебную халатность оба отправились в тюрьму на 12 лет. Бригаду грузового поезда, допустившую ряд ошибок, судить не стали — оба железнодорожника получили тяжкие травмы и стали инвалидами.

Лев КАПЛИН



, ,   Рубрика: Катастрофы и катаклизмы



Добавить комментарий

SQL запросов:60. Время генерации:0,148 сек. Потребление памяти:8.04 mb