Дарданеллы, дубль первый…

Автор: Maks Мар 29, 2022

Дарданелльская операция 1915 года стала если не самой крупной, то самой резонансной неудачей британского оружия в Первой мировой войне. Ее инициатору военно-морскому министру Уинстону Черчиллю пришлось выйти в отставку, причем, критикуя его действия, английская пресса приводила в пример штурм Дарданелл, предпринятый в 1807 году адмиралом Даквортом. Странный образец, учитывая, что Дакворт также потерпел поражение.

В 1806 году началась очередная Русско-турецкая война, поводом для которой стало смещение султаном со своих постов господарей Валахии и Молдовы Константина Ипсиланти и Александра Мурузи. По условиям ранее заключенных двусторонних договоров подобные кадровые перестановки в вассальных княжествах турки должны были согласовывать с Петербургом, и предпринятый Портой враждебный демарш, конечно, имел определенную подоплеку.

Адмирал «способный и решительный»

Россия в этот период в союзе с Англией вела борьбу против Наполеона, и французский император постарался втянуть в конфликт турок, играя на их реваншистских настроениях. Миссию подстрекателя успешно выполнил прибывший в Стамбул в сопровождении французских военных инструкторов генерал Орас Себастиани.

Для России, традиционно рассматривавшей Дунайские княжества как зону своих интересов, все в этом конфликте было ясно и просто, а вот их союзники англичане оказались в двусмысленном положении. В предыдущих русско-турецких войнах «коварный Альбион» играл против России, даже когда он был вроде бы и нашим союзником. Угроза того, что, овладев проливами Дарданеллы и Босфор, Россия получит выход в Средиземное море, была кошмаром английских политиков.

Однако в 1806 году Россия являлась главным союзником Британии в Европе, а Наполеон — главным кошмаром. В такой ситуации идеальный сценарий для британцев заключался в том, чтобы поскорее вывести Турцию из борьбы, но при этом не допустить захвата пролива русскими.

Реализовать такой сценарий можно было, нанеся быстрый удар силами британского флота из Средиземноморья через Дарданеллы по Стамбулу.

Полученные командующим английским Средиземноморским флотом Катбертом Коллингвудом инструкции, разумеется, прямо об этом не говорили. От турок предписывалось потребовать разрыва союза с Францией и передачи флота под английскую «защиту». О срытии турецких береговых укреплений ничего не говорилось, поскольку таковые фактически отсутствовали. Лорды Адмиралтейства предполагали, что, пройдя через Дарданеллы и расположившись в Мраморном море, английский флот станет хозяином положения и будет держать под прицелом султанскую резиденцию Топкапы. Далее в инструкции указывалось конкретное имя «способного и решительного» адмирала, которому следовало поручить подобную миссию, — Джон Дакворт.

Сын небогатого землевладельца, он был усердным служакой. Карьеру начал во время войны против мятежных американских колоний. В феврале 1806 года разбил французскую эскадру Корентина Лессега при Санто-Доминго. На самом деле победа в этом сражении в значительной степени объяснялась инициативою капитанов конкретных кораблей, а нерешительные действия самого Дакворта вызвали такую критику, что он даже был отдан под суд и оправдан исходя из принципа «победителей не судят». В общем, формально возложенной на него задаче адмирал соответствовал, а вот фактически…

На самом деле, если бы не политика, то отправившемуся к Дарданеллам Дакворту следовало бы подождать несколько дней и, соединившись с отплывшей из Рагузы эскадрой адмирала Дмитрия Сенявина, предпринять штурм совместными силами. Однако в случае успеха такая совместная победа предполагала и совместный контроль над проливами, что англичан категорически не устраивало.

Бодрый пролог

На первом этапе эскадра Дакворта 12 января 1807 года направилась к острову Тенедосу, где к ней подошли еще два выполнявших ранее самостоятельные задачи отряда контр-адмиралов Джона Луиса и Сиднея Смита. В общей сложности британцы располагали 9 линейными кораблями, 2 фрегатами, 2 бомбардирскими судами и 1 транспортом. Сильнейшими из линейных кораблей были флагман Дакворта «Ройял Джордж» (100 орудий), «Виндзор Кастл» и флагман Луиса «Канопус» (по 80 орудий).

Пока шло сосредоточение, британский посланник в Стамбуле Чарльз Арбетнот предъявил султанскому правительству ультиматум с требованием разрыва союза с Францией и, не дожидаясь ответа, отправился встречать Дакворта. Себастиани и его офицеры занялись возведением батарей на берегах Дарданелльского пролива.

Пока разворачивались эти события, на одном из кораблей британской эскадры, «Аяксе», произошел пожар, так что один вымпел Дакворт потерял еще до начала сражения. При катастрофе погибли 353 человека — почти половина команды.

Турки тем временем сосредоточили свой флот у острова Абидос — примерно на полпути между входом в Дарданеллы и Мраморным морем. Силы османов состояли из 15 линейных кораблей, 9 фрегатов и нескольких десятков мелких судов.

11 февраля, так и не получив ответа, Дакворт с присоединившимся к нему Арбетнотом направил эскадру в пролив. Плыли англичане настолько медленно, что только через неделю приблизились к Абидосу.

Здесь, в самом узком месте у мыса Песк (Нагара-Бурун) османы под руководством французов возвели, хотя и не успели до конца достроить, большой редут с 31 пушками. Дакворт, вероятно следуя советам дипломата Арбетнота, приказал не открывать огонь, но когда огонь открыли, османы с бомбардирского судна «Метеор» тоже произвели несколько выстрелов. Трудно сказать, насколько они были результативны, поскольку 13-дюймовую мортиру вскоре разорвало, и адмирал решил прекратить лишние церемонии. Артиллерийская дуэль приобрела всеобщий характер.

Вперед выдвинулся шедший до этого замыкающим отряд Сиднея Смита, включавший фрегаты и три линейных корабля «Помпеи», «Стандард» и «Вандерер». Турки со своей стороны ввели в бой 8 корветов, бригов и канонерок, 4 фрегата и один 64-пушечный линейный корабль — другим линейным кораблям их флота было попросту негде развернуться.

Около 10 часов утра корабли Смита бросили якоря напротив вражеского редута на расстоянии ружейного выстрела, ведя огонь одновременно и по береговой батарее, и по пытавшимся помочь ей османским судам.

Смит сообщал в рапорте: «Турки бились отчаянно, пока могли, но превосходство нашего огня, с дистанции мушкетного выстрела, принудило их выбрасываться на берег у мыса Песк».

Экипажи выбросившихся судов присоединялись к защитникам батареи, огонь которой, однако, постепенно слабел.

Сидней Смит был не просто одним из капитанов, но человеком довольно авантюрного склада, умевшим проводить спецоперации и на суше. Когда орудия редута практически замолкли, он начал высаживать десант. При этом часть шлюпок направилась к берегу, а другая часть занимала брошенные противником суда, чтобы уничтожить их огнем и взрывом пороховых зарядов. Самой заметной жертвой стал 64-пушечный линейный корабль. Не успевшие выброситься на мель корвет и канонерская лодка были захвачены в качестве трофеев.

Параллельно десантники захватили редут, частично его разрушили и заклепали пушки. Общие потери англичан составили 4 убитых и 26 раненых. Но Дарданелльская операция не закончилась и не могла закончиться на этой победной ноте, поскольку главная ее задача была намного масштабней, чем овладение одной береговой батареей.

Очень решительный ультиматум

Морская дуэль. ДарданеллыДождавшись отлично выполнившего свою задачу Смита, Дакворт, ускорившись, продолжил путь через Дарданеллы, и уже в ночь с 20 на 21 февраля его эскадра встала на якорь в Мраморном море.

Дальнейшие действия представлялись очевидными: продолжить утром путь, занять позицию на рейде Стамбула и, наведя орудия на султанский дворец Топкапы, повторить ультиматум.

Однако утром, несмотря на попутный ветер, британские корабли не тронулись с места, за исключением «Эндимиона». На его борту находился Арбетнот, который решил предъявить ультиматум, не шокируя, так сказать, турок зрелищем британской эскадры.

Конечно же, одного 40-пушечного корабля для создания у турок нужного миролюбивого настроения было недостаточно. И дальше Арбетнот продолжал делать ошибку за ошибкой. Коллингвуд в своих инструкциях рекомендовал ему при передаче ультиматума дать османам всего полчаса на размышление, но деликатный дипломат предоставил им время до утра. За это время султан Селим III успел принять генерала Себастиани, который со всей французской пылкостью убеждал его не сдаваться и заверял, что подготовленные для защиты османской столицы батареи дадут достойный отпор наглым захватчикам.

Ответ султана был отрицательный, после чего вернувшийся к эскадре Арбетнот сказался больным, и, как ехидно замечают историки, «вся дипломатия легла на непригодные для несения подобного груза плечи адмирала». Тот, ссылаясь на отсутствие попутного ветра, решил продолжить переговоры. Отправленное им письмо сочетало угрозы с заверениями в желании сохранить мир и рассуждениями о том, насколько удобно будет в нынешней ситуации туркам обходиться без флота. В конце послания срок ультиматума продлевался до завтра.

А завтра было еще одно письмо от султана, в котором он также говорил о своем миролюбии, злых русских, втянувших его в войну, и о том глубоком уважении, которое он испытывает к Англии.

Дакворт написал еще одно письмо, столь же вежливое и менее угрожающее, и получил очередной цветистый ответ ни о чём, но формально оставлявший какой-то намек на возможность достижения компромисса.

Продолжая обмен посланиями, турки откровенно тянули время, а Себастиани со своими инженерами возводил новые батареи, исходя из необходимости отразить те силы, которыми располагали британцы.

Силы эти были, мягко говоря, незначительными, в чем хитрый француз легко мог убедиться с помощью подзорной трубы. Турецкий флот превосходил противника вдвое, но поскольку вступать с британцами в открытый бой опасался, расположился таким образом, чтобы иметь поддержку береговой артиллерии.

Оценив свои позиции как неуязвимые, Себастиани решил подразнить Дакворта, отослав ему новый номер «Монитер». Авторы главной французской газеты язвительно высмеивали «хозяев морей», которые заискивают перед султаном, уговаривая его сдаться.

Неизвестно, как сильно скрипел зубами Дакворт, но он на что-то еще наделся и считал, что, пока обмен письмами продолжается, противники находятся в состоянии своего рода перемирия.

И действительно, все выглядело идиллично, а местные турки с готовностью продавали припасы британцам. Однако очередная экспедиция за провизией на островок Прота закончилась тем, что приплывшие на шлюпке мичман и четверо юнг были объявлены военнопленными.

Капитан попытался отбить их силами десанта, но прибывший на остров Себастиани отразил натиск противника. Дакворт выдвинул к месту событий целых четыре линейных корабля, после чего турки и их французские наставники остров покинули, взяв, разумеется, с собой и пленников.

Поняв, что положительного ответа не будет, 1 марта Дакворт двинул свою эскадру к Стамбулу, но, оценив уровень вражеской обороны, подходить близко к берегу не решился. До вечера его корабли фланировали на рейде, как бы вызывая противника померяться силами. Но турок и французов все и так устраивало.

Грустное возвращение

2 марта Дакворт решил возвращаться, что в той ситуации было вполне разумным решением. Шансы на успех при попытке приблизиться к Стамбулу и обстрелять город выглядели ничтожными. Принимать ультиматум султан явно не собирался и, в крайнем случае, мог куда-нибудь и переехать из Топкапы. Резиденций у него имелось достаточно.

На следующий день британская эскадра снова оказалась у мыса Песк, где турки уже успели восстановить свое укрепление. Как ни странно, увидев грозно ощетинившийся орудиями редут, английский адмирал потребовал приветственного салюта. Видимо, хотя бы и формально, ему хотелось уйти победителем.

Османы «отсалютовали», но не в небо, а прямо по неприятелю. Снова завязалась артиллерийская дуэль, причем настроение вторично высаживать десант у британцев явно пропало. Досталось им намного сильнее, чем в прошлый раз. Одно огромное ядро шести футов в диаметре попало в «Актив». Сильный взрыв громыхнул на «Стандарде». На «Метеоре» разорвало вторую 10-дюймовую мортиру.

В общем, на обратном пути артиллерийскую дуэль британцы проиграли, потеряв 134 человека убитыми.

На следующий день эскадра Дакворта прибыла к Тенедосу. А еще через день к ней присоединился адмирал Сенявин. Русский флотоводец предложил снова войти в Дарданеллы, прорваться через пролив и уже совместными усилиями разбить османский флот на рейде Стамбула.

Ответ Дакворта звучал высокомерно, что не соответствовало тяжести полученного им урока: «Где не имела успеха британская эскадра, вряд ли преуспеет какая другая». Сенявин пожал плечами и занялся блокадой проливов. Соваться к Стамбулу самостоятельно, исходя из опыта британцев, он считал слишком рискованным, зато в следующие четыре месяца дважды разбивал турок в «генеральных баталиях» — в так называемом Дарданелльском и Афонском морских сражениях.

При Афоне, захватив 120-пушечный линейный корабль «Месудие», русские обнаружили на его борту взятого в плен на Проте мичмана с четырьмя юнгами. Их, разумеется, вернули британцам, деликатно щелкнув Дакворта по его задранному английскому носу.

Олег ПОКРОВСКИЙ

ПОДАРОК С НАМЕКОМ

В 1866 году, в период расцвета англо-турецких отношений султан Абдул-Азиз подарил королеве Виктории пушку, использовавшуюся при обороне Дарданелл. Это было старинное огромное бронзовое орудие, отлитое еще в 1464 году и стрелявшее ядрами диаметром до 63 см.

  Рубрика: Главное сражение 179 просмотров

Предыдущая
⇐ ⇐
⇐ ⇐
Следущая
⇒ ⇒
⇒ ⇒

https://zagadki-istorii.ru

Домой

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

SQL запросов:44. Время генерации:0,233 сек. Потребление памяти:9.06 mb