Гибель бедной Лизы

Автор: Maks Июл 3, 2022

Феминистка Елизавета Дьяконова прославилась как автор «Дневника русской женщины». А ее смерть, случившаяся в 1902 году на австрийском курорте, до сих пор вызывает массу вопросов.

РАЗБИТАЯ МЕЧТА

Родилась Елизавета Дьяконова в 1874 году в провинции. Ее родина — городок Нерехта Костромской губернии. Мать Лизы была женщиной старой закалки и полагала, что дочерям учиться вообще незачем. Но отец — потомственный почетный гражданин — все же считался с веяниями времени и отдал девочек в женскую гимназию. Это стало источником конфликтов детей с матерью.

Когда отец умер от тяжелой болезни, Лизе стало особенно тяжело дома. Глава семейства, составляя завещание, позаботился о детях, оставив им доли в капиталах и имуществе. Но воспользоваться наследством они могли только по достижении совершеннолетия, а старшей — Лизе — было всего 13 лет.

Тем не менее она неплохо училась, росла смышленой и сообразительной. Чуть позже матери наскучила Нерехта, и она решила перебраться в Ярославль к родственникам. Там и гимназия была посерьезнее, и брат Елизаветы — Александр — смог поступить в Демидовский юридический лицей.

Лиза, души не чаявшая в брате, тоже увлеклась юриспруденцией. Благо, к ее услугам были учебные пособия и возможность присутствовать на занятиях Александра с репетитором. В лицее брат попал под влияние социал-демократов и охотно снабжал Лизу брошюрами радикального содержания. Особенно ее интересовали проблемы, связанные с равноправием женщин и их ролью в современном обществе. После окончания гимназии Дьяконова твердо вознамерилась поступать на Высшие женские курсы. Мать была против, так что Елизавете пришлось выдержать громкий скандал и ждать совершеннолетия. Но она все же сумела настоять на своем и продолжила обучение. Однако после окончания Бестужевских курсов все равно встал вопрос: что делать дальше?

Елизавета мечтала о карьере юриста. Но в Российской империи женщинам путь в адвокатуру был заказан, не говоря уже о государственной службе. Дьяконова добилась приема у министра юстиции, но тот был непреклонен: закон есть закон.

СТРАСТЬ К ПСИХИАТРУ

Еще во время обучения в Петербурге на курсах Елизавета близко сошлась с представителями левых партий. Вряд ли ее можно назвать революционеркой, скорее она была феминисткой. Дьяконова активно участвовала в демонстрациях за права женщин, работала в кружке, который помогал петербурженкам, оказавшимся в сложной жизненной ситауции.

Отцовское наследство подходило к концу, и надо было задуматься о заработке. Но профессии, доступные в России женщинам, Дьяконову не вдохновляли. Хотя пару лет она все же поработала в библиотечной комиссии Общества распространения начального образования Ярославской губернии.

В 1900 году, собрав последние деньги, Елизавета уехала в Париж. Там она поступила на юридический факультет Сорбонны. Однако жизнь во Франции оказалась не из легких. Дышалось в Париже, конечно, куда свободнее, но если в России работу можно было найти всегда, то во французской столице с этим возникли проблемы.

Временами Дьяконовой приходилось в прямом смысле слова сидеть на хлебе и воде. В комнатушке, которую ей удалось снять, летом было нестерпимо душно, а зимой холодно. Платить за нее приходилось больше, чем стоила бы аренда небольшого домика на окраине Ярославля.

От такой жизни здоровье Елизаветы пошатнулось. Хуже того, появились признаки психического расстройства. Ситуация не выглядела критической, но все же пришлось посещать психиатра. Стоило это немалых денег.

Вдобавок ко всему Елизавета влюбилась в своего врача. Почтенный великовозрастный доктор страсти пациентки не оценил. Ему не нужна была нищая голодная эмигрантка с расшатанными нервами. После откровенного объяснения Дьяконова приняла решение вернуться домой. Судя по письмам брату, она планировала продолжить обучение, как только поправит здоровье.

Теперь нужно сказать два слова, чем же Дьяконова знаменита. С 11 лет и до самой смерти она вела довольно откровенный дневник. Это был своего рода «крик души», но облеченный во вполне изящную форму. Уже после трагической смерти Елизаветы брат опубликовал немного подредактированный текст, озаглавив его «Дневник русской женщины». Для своего времени это стало настоящей литературной сенсацией.

ПРОГУЛКА В ГОРАХ

Елизавета ДьяконоваЛетом 1902 года Дьяконова выехала из Парижа в Россию. Добиралась она через Австро-Венгрию, можно сказать, на перекладных. В июле Елизавета случайно оказалась на австрийском курорте Зеехоф, расположенном на горном озере Ахензее. Там ей повезло встретить, родную тетку, путешествовавшую по Тиролю с дочкой.

Не сказать, чтобы родственница пришла в восторг, но все же пообещала дать племяннице денег на дорогу домой. А пока предложила пожить вместе с ней и отдохнуть. Или же Елизавета напросилась сама, очарованная красотой Австрийских Альп.

29 июля она отправилась погулять на водопад Луизенбах. Туда вела хорошо протоптанная и абсолютно безопасная тропа, на которую даже пятилетних детей отпускали одних. Правда, погода стояла отвратительная: резко похолодало, а окрестности окутал густой туман. Всему виной был холодный атмосферный фронт, внезапно опустившийся с гор.

Тетка потом рассказывала, что отговаривала Елизавету от прогулки, упирая на ее слабое здоровье. Но племянница заупрямилась. Взяла с собой пару бутербродов и блокнот с карандашом, сказала, чтобы раньше ужина ее не ждали, и ушла.

С экскурсии на водопад она не вернулась. Ни к ужину, ни утром. Последними ее видели живой дети одной из постоялиц отеля. Елизавета быстро шла по тропе, а вдалеке виднелся силуэт высокого мужчины. Детям показалось, что он ждал Лизу.

Если бы не вещи и деньги, оставленные в номере, все выглядело бы так, будто девушка решила уехать с каким-то мужчиной. Нормальные люди, конечно, таким образом не поступают, но ведь Дьяконова страдала психическим расстройством…

Ровно через месяц недалеко от отеля совершенно случайно нашли ее труп. Совершенно обнаженное тело Елизаветы лежало в болотистой низине на берегу ручья, вытекающего из водопада. От тропы, по которой она уходила 29 июля, ее отделяло 300 шагов. От отеля — не более 500. Одежда и обувь были аккуратно связаны в большой узел, который лежал в метре от тела. Только правый ботинок находился чуть выше по течению ручья, словно выпал из узла по дороге.

ИДИОТСКИЕ ВЕРСИИ

Наконец, самое странное — у Дьяконовой были сломаны обе лодыжки. Такую травму можно получить, спрыгнув с некоторой высоты и приземлившись на ноги, если, например, не видеть дна водоема и рассчитывать, что он глубже, чем на самом деле.

Поскольку труп нашли только через месяц после исчезновения Елизаветы, никаких следов полиция не обнаружила. Врач предположил, что смерть наступила от переохлаждения, но опять же слишком много прошло времени, чтобы утверждать уверенно.

Версии выдвигались одна глупее другой. Сначала попытались свалить все на неведомого насильника-маньяка. Однако врачи это предположение категорически отвергли. Да и вещи были сложены аккуратно. Тогда следователь выдвинул гипотезу, что Дьяконова решила искупаться в водопаде, прыгнула в воду, сломала ноги, пыталась доползти до отеля, но потеряла сознание и замерзла.

Это предположение тоже отличалось очевидной абсурдностью. Во-первых, в тот день было холодно: воздух едва ли прогрелся до 15 градусов, а вода — до пяти. Во-вторых, вряд ли Дьяконовой пришло в голову купаться обнаженной в водопаде, который являлся единственной и часто посещаемой достопримечательностью курорта. Не настолько серьезным было у нее расстройство психики.

В-третьих, даже если допустить, что она все же решила прыгнуть в ледяную воду и случайно сломала ноги, то почему ползла не по тропинке, где можно было рассчитывать на помощь, а по болотине? Почему не оделась? Сил отползти на 700 шагов хватило, а одеться — нет? К тому же, если бы Елизавета прыгала в водопад со скалы, травмы были бы совершенно другие. А так — ни ссадин, ни царапин.

Примерно по тем же причинам отвергли версию самоубийства. Слишком уж нелепый способ. В дневнике Дьяконовой (к моменту обнаружения трупа, уже увезенного теткой в Россию) есть смутные намеки на намерения уйти из жизни. Но эти записи датированы февралем 1902 года. А после этого было несколько писем к брату, в которых Лиза высказывала радость и нетерпение от ожидаемого возвращения в Нерехту и встречи с родными. Теми же мотивами проникнуты последние записи, сделанные по пути домой. У следствия оставалась ниточка — показания детей о странном мужчине, якобы ожидавшем Елизавету на тропе. Но эта семья уже уехала из отеля, да и возиться со смертью нищей русской феминистки австрийским полицейским не хотелось.

Так что смерть Елизаветы Дьяконовой так и осталась загадкой.

Сергей ПРИХОДЬКО

  Рубрика: Женщина в истории 122 просмотров

Следущая
⇒ ⇒
⇒ ⇒

https://zagadki-istorii.ru

Домой

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

SQL запросов:49. Время генерации:0,244 сек. Потребление памяти:9.39 mb