Главный боевик революции

Автор: Maks Апр 20, 2021

Борис Савинков — легенда идеологически ориентированного террора, революционер до мозга костей, икона партии эсеров, бесстрашный авантюрист, способный литератор. Его жизнь походила на детективный роман, а смерть до сих пор вызывает больше вопросов, чем дает ответов.

Борис Викторович Савинков родился в 1879 году в семье помощника прокурора и журналистки. Его детство прошло в Варшаве. Родители Бори исповедовали настолько либеральные взгляды, что отец из-за своих убеждений был вынужден оставить службу.

Враг самодержавия

Семья Савинковых была достаточно обеспечена. Борис окончил варшавскую гимназию и поступил в Санкт-Петербургский университет, откуда, впрочем, был исключен за участие в студенческих беспорядках. Обучение он завершил в Германии, но его судьба, как русского революционера, уже определилась.

Поначалу Савинков примкнул к социал-демократам, но мудреные споры теоретиков ему быстро надоели, душа требовала радикальных решений. В 1901 году молодой пропагандист был арестован и выслан в Вологду. Через два года он бежал из ссылки, чтобы стать членом боевого крыла партии эсеров, а впоследствии и одним из ее лидеров.

Карьера Савинкова в рядах социал-революционеров весьма примечательна. Он участвовал в организации убийств министра внутренних дел Плеве, великого князя Сергея Александровича, провокатора Георгия Гапона и ряде других акций. После уничтожения командующего Черноморским флотом адмирала Чухнина Савинков был схвачен и приговорен к смертной казни, однако ему удалось бежать. Соратники помогли переправиться в Европу.

Эмиграция стала для Бориса Викторовича непростым периодом. Боевая организация партии эсеров была распущена, идейный борец с режимом остался не у дел, зато смог раскрыть себя как литератор. В Париже Савинков пишет стихи и первые прозаические произведения. После начала Первой мировой войны он, будучи убежденным сторонником «оборончества», становится военным корреспондентом.

Несгибаемый борец

Февраль 1917 года резко сменил все расклады. Уже в апреле Савинков срочно возвращается на Родину. Выяснилось, что в составе Временного правительства много его знакомых и однопартийцев. Савинков с его способностями и опытом оказался как нельзя кстати. Спустя короткое время бывший боевик приобрел такой вес, что его назначили товарищем военного министра, практически заместителем Керенского по военным вопросам. Дальнейшая работа Савинкова превратилась в попытки разрешить нерешаемые противоречия. 30 августа 1917 года Савинков подал в отставку, мотивируя ее тем, что не сочувствует политике Керенского, и был исключен из партии эсеров.

Октябрьскую революцию Борис Викторович встретил крайне враждебно. В феврале 1918 года он вернулся в Москву, где сформировал из офицеров «Союз защиты Родины и Свободы». Заговорщикам удалось организовать антибольшевистские выступления в Муроме, Ярославле, Рыбинске, но в Казани и Москве они потерпели фиаско. Какое-то время Савинков провел в отряде Владимира Каппеля, затем в Омской Директории, откуда с военной миссией уехал во Францию.

В Европе Борис Викторович встречался с Ллойд Джорджем, Черчиллем, Пилсудским, даже с Муссолини, пытался готовить покушения на Ленина и Троцкого и все больше и больше убеждался, что Запад интересует только свободный доступ к русским ресурсам.

Клетка с удобствами

Борис СавинковПока мастер террора искал источники финансирования и поддержки, советское ОГПУ, сменившее ЧК, разработало операцию «Синдикат-2», ставившую целью его нейтрализацию. В результате грамотной работы спецслужб бывший эсер поверил в мифическую подпольную организацию. В августе 1924 года Савинков вместе с помощницей и гражданской женой Любовью Деренталь совершил переход советско-польской границы и был арестован в Минске.

На показательном процессе Борис Викторович вины не отрицал. Публично покаялся в ошибках, признал то, что РКП(б) была поддержана народными массами, и он готов приложить все усилия, чтобы стать полезным большевистскому государству. Савинкова приговорили к смертной казни, но Верховный суд без каких-либо просьб с его стороны ходатайствовал перед Президиумом ЦИК СССР о смягчении высшей меры, и расстрел был заменен на 10 лет заключения.

Условия содержания Савинкову обеспечили поистине элитарные. Камеру на Лубянке обставили, как номер в хорошей гостинице: ковры, удобная мебель, доставка прессы, возможность комфортной литературной работы. Охрана, по желанию узника, вывозила его на прогулки в парки и загород, обеспечивала обеды в ресторанах. Гражданской жене Савинкова практически разрешили жить с ним в камере.

И все же раскаявшийся боевик-эсер тяготился своим положением птички в золотой клетке. Он написал надрывное письмо Феликсу Дзержинскому, и утром 7 мая 1925 года получил отрицательный ответ.

Последняя акция

В этот же роковой день Савинков попросился на прогулку. В сопровождении троих сотрудников ОГПУ его доставили на служебную дачу в Царицыно, затем завезли поужинать в ресторан. На Лубянку вернулись поздно, около 11 часов вечера. Сопровождающие отвели Савинкова в кабинет на пятом этаже.

Позже участники происшествия вспоминали, что всем послышался какой-то шум снаружи. Савинков, стоявший у проема, неожиданно прервал беседу и вниз головой начал падать через низкий подоконник. Один из чекистов, бывший борец, успел схватить его за ноги, но было слишком поздно, захват сорвался, и элитный пленник Лубянки полетел с пятого этажа.

Педалируемая в определенных кругах версия об убийстве, совершенном по приказу Дзержинского, на самом деле не выдерживает никакой критики. У ГПУ просто не было мотивов для устранения раскаявшегося эсера. Смерть Савинкова, которую приходилось публично объяснять, создавала больше проблем, чем выгод. Но что все-таки случилось на Лубянке 7 мая?

Чем больше исследователи изучают этот вопрос, тем сильнее склоняются к версии самоубийства или роковой случайности. Нельзя забывать о том, что отставной боевик был уже не молод и в последнее время жаловался на здоровье. Один из давних соратников Савинкова рассказывал, что тот страдал «боязнью пространства», вызывавшей внезапные приступы сильного головокружения. Возможно, Борис Викторович, подойдя слишком близко к окну, испытал такой приступ. А может, его просто захлестнуло отчаяние или сыграли роль психические проблемы профессионального борца с властью. Ведь, судя по многим свидетельствам, бесстрашный сверхуравновешенный бунтарь на самом деле носил в себе матрицы двух разных людей. Он умудрялся совмещать истинный патриотизм и жертвенность с амбициями сверхчеловека, эдакого единоличного судьи, имеющего право казнить и миловать.

Неслучайно товарищи по партии за глаза называли его адреналиновым наркоманом. И не просто так многие критики отмечают, что Савинков-литератор зачастую бескомпромиссно спорит с Савинковым-революционером. Кто знает, может этот болезненный разлом, проходящий через живую душу, в конце концов и толкнул легенду революционного террора через низкий подоконник.

Виктор ШТЕРН

Загадки истории » Специстория » Главный боевик революции

, , ,   Рубрика: Специстория 180 раз просмотрели

Предыдущая
⇐ ⇐
⇐ ⇐
Следущая
⇒ ⇒
⇒ ⇒



Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:34. Время генерации:0,170 сек. Потребление памяти:9.06 mb