Григорий Романов: в шаге от трона

Автор: Maks Авг 21, 2019

Рассуждая о том, кто в марте 198 5 года имел шанс возглавить Советский Союз вместо Горбачева, историки чаще всего называют имя Григория Романова. Трудно сказать, что именно помешало ему сделать последний шаг к «трону» генсека — «царская» фамилия, путавшая многих властность, лживые слухи или просто отсутствие в нужное время в нужном месте.

Григорий Романов родился в 1923 году в деревне Зихнево Боровичского района Новгородской области в крестьянской семье. Кроме него, у родителей было еще пятеро детей. Жили бедно, а потому в колхоз вступили без особых колебаний. Когда в 1934 году отец умер, правление выделило дров и хлеба, что очень наглядно показало народность советской власти.

Безупречная биография

По окончании Любанской школы-семилетки крестьянский паренек приехал в Ленинград и поступил в кораблестроительный техникум. Учение давалось легко: молодой студент имел отличную память и за десять секунд прочитывал машинописную страницу.

В техникуме Романов вступил в комсомол и примерно тогда же познакомился с будущей супругой Анной Гусевой. В 1941 году был направлен на производственную практику на кораблестроительный завод имени Жданова, однако начавшаяся война спутала все планы.

Григорий служил на Ленинградском фронте, сначала в 56-м стрелковом полку, затем командиром отделения в школе радиоспециалистов. После одного из боев контуженный и обмороженный солдат попал в ленинградский госпиталь.

Вновь оказавшись на фронте, Романов был направлен электромехаником в 1-е отдельные армейские мастерские связи. В сентябре 1944 года, во время боев в Прибалтике, вступил в партию. После разгрома Германии его часть перебазировалась на Дальний Восток (для участия в войне с Японией), но сержанта-связиста едва ли не в последнюю минуту сняли с эшелона и направили все на тот же кораблестроительный завод.

Вскоре он женился, на свет появились две дочери — Валентина и Наталья. Работая конструктором, Романов был награжден орденом «Знак Почета» как участник строительства атомного ледокола «Ленин». И одновременно продвигался по партийной линии, став в 1955 году парторгом ЦК — такая должность существовала только на крупных предприятиях, обеспечивая прямой канал связи с московским руководством.

Еще через два года Романов «вырос» до должности секретаря Кировского райкома КПСС, а когда в 1962-м ленинградскую парторганизацию возглавил Василий Толстиков, занял при нем должность второго секретаря обкома. Уже в этот период властное поведение Григория Васильевича давало пищу для слухов. Говорят, что однажды он захотел посетить ресторан, расположенный на дебаркадере у Дворцовой набережной. Швейцар не пустил его в заведение, решив, что скромно одетый гражданин уже основательно принял на грудь. Через некоторое время к ресторану подъехало милицейское судно и, взяв дебаркадер на буксир, оттащило его от набережной к Финскому заливу.

Трос отцепили, и дебаркадер бросили на мелководье. Подгулявшим посетителям и сотрудникам ресторана пришлось выбираться на берег по пояс в воде.

Крепкий хозяйственник

В должности второго секретаря обкома Романов зарекомендовал себя как толковый хозяйственник, так что, когда осенью 1970 года Толстикова отправили послом в Китай, вопрос о его преемнике решился почти автоматически.

В новой должности Григорий Васильевич продолжал успешно внедрять в жизнь все решения очередных партийных съездов и пленумов. Для подготовки необходимых промышленности специалистов в Ленинграде было построено более сотни профессионально-технических училищ (ПТУ). По-прежнему остро стоял жилищный вопрос, но каждый горожанин мог быть уверен, что, встав на очередь, через десятъ-двадцатъ лет получит отдельную квартиру.

Именно при Романове приступили к сооружению комплекса защитных сооружений от наводнений (в просторечии -дамбы). Закончилось строительство аэропорта Пулково-1. Открылись 19 новых станций метро и Морской вокзал на Васильевском острове. Появились новые гостиницы («Ленинград» и «Пулковская»), культурно-развлекательные учреждения (Дворец молодежи на Песочной набережной и спортивно-концертный комплекс на проспекте Гагарина), был построен Кантемировский мост через Большую Неву.

Романов постоянно выступал с собственными новациями, лежащими в русле фактически уже свернутой в масштабах страны «косыгинской реформы». Правда, в одном ее пункте Григорий Васильевич гнул собственную линию. Вместо децентрализации он, напротив, стремился сосредоточить в своих руках управление всей региональной экономикой, вытягивая для ее развития максимум средств из союзного бюджета. Пролоббированный им «Комплексный план экономического и социального развития» определил специализацию Ленинграда и области в общесоюзном и мировом разделении труда с приоритетом таких инновационных отраслей, как машиностроение, приборостроение, металлообработка, наука, вузовское образование, общесоюзный и международный туризм. Для реализации этого плана создавались производственные объединения (более 160), обеспечивавшие до 70% от валового выпуска промышленной продукции региона.

Романов приступил к тотальной замене колхозов совхозами, причем упор делался на создание крупных специализированных производственных комплексов. В короткое время Ленинградская область обогнала по эффективности сельхоз-производства все области и республики СССР, кроме Эстонии. Правда, студенты и итээровцы с неохотой ездили «на картошку», а мероприятия по мелиорации нанесли заметный ущерб экологии области.

Кто посадил Сергея Захарова?

Романову приходилось заниматься не только хозяйством, но и идеологией. Работники культуры имели довольно благоприятные условия для творчества. Открывались новые музеи и воздвигались памятники, «Ленфильм» выпускал шедевральные фильмы, а во Дворце культуры имени И.И. Газа даже состоялась выставка весьма «неоднозначных» (с точки зрения официальной идеологии) произведений современного искусства. Именно на берегах Невы поставили «прорывную» рок-оперу «Орфей и Эвридика», а в 1981 году начал функционировать Ленин градской, рок-клуб.

В то же время какие-то фильмы ложились на полку, какие-то спектакли запрещались, кого-то из диссидентов увольняли с престижной работы или даже сажали, при том что их имена ничего не говорили, да и сегодня мало, что говорят широкой публике.

Исключением можно считать Иосифа Бродского, а также нелюбимых Романовым Аркадия Райкина и Сергей Юрского. Впрочем, Бродского вел КГБ, а Райкина и Юрского не столько «выжили» в Москву, сколько они сами предпочли «столичную перспективу».

В сущности, вся культурная политика Романова определялась стремлением избежать громких скандалов в этой малознакомой для него сфере. Хотя определенный интерес к культуре Романов все же проявлял, иначе в городе не болтали бы о его романе с популярной певицей Людмилой Сенчиной.

Для большего драматизма молва приплюсовала сюда же историю с осужденным на год за драку с администратором мюзик-холла певцом Сергеем Захаровым — мол, Романов устранил конкурента из ревности. Якобы слух этот пошел с подачи самого Захарова. Сенчина в своих интервью все опровергала, но никого так и не переубедила.

Андроповский выдвиженец

Григорий РомановЭнергия Григория Васильевича привлекла внимание Юрия Андропова, которые метил в преемники Брежнева и стремился разбавить политбюро своими сторонниками из числа сравнительно молодых региональных руководителей.

В 1973 году Романов вошел в состав высшего партийного ареопага сначала в качестве кандидата, а в 1976-м — уже в качестве полноправного члена. В 1975 году в статье «Московские темные лошадки» журнал «Ньюсуик» писал: «Глядя вперед на тот день, когда Л. Брежнев решит уйти, разведка США видит двух возможных кандидатов на его место. Один — Г.В. Романов, пятидесятидвухлетаий партийный секретарь в Ленинграде, заботящийся об экономическом росте своей области и кандидат в члены политбюро. Другой — шестидесятилетий В.В. Щербицкий, секретарь компартии на Украине,тоже член политбюро».

Любопытно, что Андропов здесь вообще не упоминался, что должно было вызвать у шефа КГБ беспокойство. Вероятно, отчасти в противовес Романову он и провел в политбюро другого молодого регионала — Михаила Горбачева. При этом во внутрипартийных раскладах и тот и другой продолжали считаться людьми Андропова. Горбачев переехал в Москву в 1978 году, заняв должность секретаря ЦК. Романов же оставался в Ленинграде, отстав от ставропольца по темпам врастания в кремлевскую почву.

Интересно, что именно Горбачев приехал в Ленинград «забирать» Романова летом 1983-го, когда Андропов уже семь месяцев занимал кресло, унаследованное от почившего Брежнева. Бывшему хозяину Смольного доверили в качестве секретаря ЦК курировать военно-промышленный комплекс, в то время как Горбачева «бросили» на сельское хозяйство. И еще до того как ушла «старая гвардия» (Андропов, Устинов, Черненко), между Романовым, Горбачевым и секретарем московской парторганизации Гришиным развернулась борьба за кресло генсека.

Изначально шансы ленинградца Романова выглядели предпочтительней. Гришин вызывал не самые приятные ассоциации с высокомерной Москвой, Щербицкий, напротив, выглядел слишком провинциально, а Горбачев воспринимался деревенской темной лошадкой.

«Я хотел продолжать работу…»

Настроения стали меняться, когда по стране пошел слух о свадьбе дочери Романова (не то в гостинице «Астория», не то в Таврическом дворце), на которой подгулявшие гости якобы разнесли вдребезги одолженный в Эрмитаже царский сервиз на сто персон. На самом деле бракосочетание Натальи с ее одноклассником Львом Радченко отмечали на служебной даче в Осиновой Роще и никаких сервизов, конечно, не били. Но трудно опровергать слухи, когда даже нельзя выступить с пресс-релизом.

Горбачев между тем переключился на вопросы идеологии, а после того, как тяжело больной Черненко на время отсутствия доверил ему вести заседания политбюро ЦК, и вовсе превратился как бы в «наследника».

Тем не менее ситуация оставалась нестабильной. Расклад сил в ЦК и политбюро постоянно менялся, а отъезд Романова или Горбачева в очередную командировку почти всегда приводил к автоматическому усилению позиций противника.

В день смерти Черненко (10 марта 1984 года) Горбачев находился в Москве, в то время как Романов отдыхал в литовской Паланге.

На следующий день Григорий Васильевич срочно вылетел в Москву, но к тому времени вопрос о власти фактически уже решился: на срочном заседании политбюро единственный из оставшихся в живых «стариков» Громыко предложил избрать новым генсеком Горбачева. У прибывшего в столицу Романова уже не оставалось времени для ответных действий…

Новый генсек постарался тут же избавиться от соперника. О последующих событиях Григорий Bacильевич рассказывал так: «Я хотел продолжать работу. Незадолго до этого мы значительно продвинули подготовку к старту космической станции «МИР» и других объектов. Но Горбачев начал говорить, что у меня серьезные недоработки. И прямо предложил: : либо я ухожу по собственному желанию в связи с состоянием здоровья, либо меня уволят как не справившегося с работой. Я разозлился и написал заявление».

1 июля 1985 года Романов выше на пенсию. В 1989-м по требованию ленинградской парторганизации был создана комиссия Верховного совет занявшаяся расследованием истории о разбитом царском сервизе. И конечно, ничего не раскопала.

В 1998 году, возможно отчасти в пику Горбачеву, Ельцин присвоил Романву персональную пенсию за значительный вклад в развитие отечественного машиностроения и оборонной промышленности.

Вместе с женой Григорий Васильевич жил в Москве, входил в состав Центрального консультативного совет при ЦК КПРФ и добросовестно платил партийные взносы. Скончался он 3 июня 2008 года.

Уже на пенсии, отвечая на вопрос журналиста, что было бы, стань он генсеко, Романов сказал: «Я бы не допустил такой перестройки и развала СССР. Я провел бы экономические реформы — те, которые мы уже проверили в Ленинграде». Убежден: нам по силам было поднять экономику и самим выпускать все то, что сейчас ввозится из-за рубежа».

Конечно, рассуждения о том, ка можно было бы избежать совершенных другими ошибок, трудно подтвердить железобетонными аргументами. Но с учетом его ленинградских достижений можно с высокой вероятностью предположить — слова Романова не были просто бравадой.

Дмитрий МИТЮРИН

Почти царь

Объем власти в руках Григория Васильевича был настолько велик, что служил темой для анекдотов. Например, таких; «Русский эмигрант посетил Ленинград. Вернувшись в Париж, он рассказывает знакомым: „Зимний дворец как стоял, так и стоит. Петропавловская крепость и ростральные колонны на месте. И по-прежнему царствует Романов»».



, , ,   Рубрика: Дворцовые тайны




Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:59. Время генерации:0,218 сек. Потребление памяти:8.46 mb