Хитрость демагога

Автор: Maks Фев 3, 2022

Битва за остров Сфактерия произвела большое впечатление на всю Элладу. Впервые в плен попали сразу 292 уроженца Спарты, включая 120 благородных спартиатов, — случай уникальный для государства, известного воинскими доблестями своих граждан.

А вот события, предшествовавшие этой операции, обычно расцениваются как анекдот. Хотя речь, судя по всему, шла о грамотно подготовленной политической интриге.

Тучи над Лаконией

Шел шестой год Пелопонесской войны. Афиняне, как обычно, доминировали на море, а спартанцы на суше. При этом спартанцы регулярно вторгались в прилегающую к Афинам область Аттику, а вот добраться до родной для спартанцев Лаконии их противникам никак не удавалось — ни по морю, ни по суше. Дело в том, что Лакония находилась в глубине Пелопонесского полуострова, а ее побережье не имело удобных стоянок для флота.

К Лаконии примыкала Мессения — область, которая в VIII-VII веках до н. э. была захвачена спартанцами, а ее население обращено в полурабов-илотов и более свободных, но не имевших гражданских прав периэков.

Гражданами считались только потомственные спартанцы — спартиаты.

В начале кампании 425 года до н. э. афинский флот направлялся к острову Керкире, и один из трех его командующих Демосфен (не путать с жившим почти веком позже известным оратором) нашел на побережье Мессении местечко, удобное для создания военно-морской базы.

В захваченный и укрепленный им городок Пилос начали стекаться мечтавшие свергнуть власть ненавистных спартиатов илоты. До самой Спарты отсюда было всего около 70 километров, что спартанцам, конечно, категорически не понравилось, и они выслали к Пилосу флот примерно из 60 судов. Афиняне располагали небольшим гарнизоном и пятью триерами. Два корабля Демосфен отправил за подкреплениями, а оставшиеся три вытащил на сушу.

Спартанцы высадили десант и, захватив остров Сфактерия, блокировали подходы к гавани Пилоса. Однако высадка на побережье у самого Пилоса не получалась. Афиняне оказывали ожесточенное сопротивление, а в самый напряженный момент к ним прибыло подкрепление на 43 кораблях, так что десантная операция превратилась в полноценное морское сражение. Остатки спартанского флота ретировались, однако 420 спартанцев на Сфактерии во главе с Эпитадом продолжали держать оборону на Сфактерии.

В такой отчаянной ситуации Спарта решила вести переговоры. Но для начала стороны заключили перемирие, условия которого, разумеется, продиктовали афиняне.

Спартанцы получали право снабжать свой гарнизон Сфактерии продуктами в оговоренных масштабах, выдав в качестве залога 60 еще оставшихся у них триер. По завершении переговоров о мире, независимо от их результата, корабли должны были быть возвращены афинянами обратно.

Война до победного конца

В Афинах существовали три партии. Правда, мечтавшие дружить со Спартой олигархи оказались отстранены от принятия решений.

Однако среди их противников-демократов возникли две группировки. Первая — умеренная, возглавляемая Никием и включавшая героя Пилоса Демосфена, в принципе была настроена заключить мир, ограничившись сравнительно скромными приобретениями. Лидер радикальной группы Клеон, имевший репутацию демагога (то есть популиста, ловкого оратора), напротив, настаивал на максимально жестких условиях, считая, что в случае продолжения войны афиняне одержат новые победы над ослабевшим противником, а значит, в коечном счете получат еще больше.

Именно его точка зрения и возобладала на переговорах. Расстроенные и разозленные чрезмерными требованиями спартанские послы покинули Афины, и боевые действия возобновились. Придравшись к якобы имевшим место мелким нарушениям перемирия, возвращать спартанцам отданные в залог корабли афиняне отказались.

Увеличившаяся до 70 кораблей эскадра Никия с утра до вечера крейсировала вокруг Сфактерии и лишь ночью становилась на якорь. Учитывая, что Демосфен контролировал и материковое побережье, снабжать осажденных спартанцы могли только в темноте, передвигаясь на маленьких лодках. Иногда еду на остров доставляли даже пловцы, но проблем осажденных такое снабжение, конечно же, не решало.

Но сдаваться спартанцы не собирались, благо остров с обрывистыми берегами представлял собой хорошее место для обороны.

Афинянам осада также доставляла мало радости. Добыть пищу в здешних малонаселенных местах было проблемой. Источников пресной воды не хватало. Да и гавань не обеспечивала нормального укрытия от бурь и штормов для такой многочисленной эскадры.

Осенью погода стала ухудшаться, что усилило и все прочие трудности.

Прибывавшие в родной город на побывку воины рассказывали о тяготах осады, и недавние мирные предложения спартанцев стали казаться весьма и весьма симпатичными. Вот только повторно они не звучали, да и спартанцы, которых так обманули с кораблями, сильно озлобились.

Афиняне тоже злились, главным образом на Клеона, воинственность которого лишила их вожделенного мира. Он отбивался как мог, заявляя, что тяготы нахождения под Пилосом сильно преувеличены. Тогда народное собрание решило отправить для изучения ситуации инспекцию, включив в ее состав и самого демагога.

Побывав на месте событий и вернувшись обратно, Клеон решил не отрицать очевидного. Теперь его ораторские контратаки шли по другой линии — он винил руководивших осадой и вообще боевыми действиями стратегов в непрофессионализме и ошибках, периодически задаваясь вопросами в духе: «Что это, глупость или измена?»

Главным объектом его критики был Никий, который, как считалось, не проиграл ни одного сражения (правда, и впечатляющих побед за ним тоже не числилось).

Битва за остров СфактерияПлутарх рассказывает о конфликте так: «Клеон принялся укорять Никия в трусости и вялости, винить его в том, что он щадит врагов, хвалился, что если бы командование было поручено ему, Клеону, то неприятель не держался бы так долго. Афиняне поймали его на слове: «Что же ты сам не выходишь в море, и притом немедленно?» — спросили его. И Никий, поднявшись, уступил ему командование войском при Пилосе, советуя не хвастаться своей храбростью в безопасном месте, а на деле оказать городу какую-нибудь серьезную услугу. Клеон, смутившись от неожиданности, начал отнекиваться, но афиняне стояли на своем, и Никий так горячо его упрекал, что честолюбие Клеона распалилось и он принял на себя командование, пообещав через двадцать дней либо перебить врагов на месте, либо доставить их живыми в Афины. Афиняне больше смеялись, чем верили, ведь они вообще охотно шутили над его легкомыслием и сумасбродством».

Мастер-класс от Клеона

Получается, что афиняне так сильно не любили Клеона и так были рассержены его хвастливыми речами, что доверили ему командование. Зачем? Чтобы он либо выиграл, либо публично сел в лужу как полководец. При этом поражение выглядело более вероятным, чем победа, а это означало дополнительные жертвы. Но афинян такая альтернатива не смутила.

И Клеон отбыл на Сфактерию в качестве полководца.

Так, во всяком случае, излагают события сочувствовавшие умеренным историки Фукидид и Плутарх. Однако взглянем на ситуацию с другой стороны.

Похоже, что Клеон умышленно провоцировал Никия своими речами, предлагая самому возглавить осаду Сфактерии. И своей цели он добился с блеском. Очевидно, что у него имелся реальный и гарантирующий успех план боевых действий. И, прибыв к осажденному острову, он начал его реализовывать.

Воспользовавшись темнотой, афиняне высадили два десантных отряда численностью 800 тяжеловооруженных гоплитов на западной (обращенной к морю) и восточной (обращенной к гавани) сторонах острова. Им удалось уничтожить сторожевой пост в 30 человек, после чего началась высадка главных сил, включавших 800 лучников, 800 пельтастов, неизвестное число гоплитов и присоединившихся мессенцев.

Это воинство разделилось на группы по 200 человек, которые, словно раскинутой сетью, начали загонять спартанцев в центр острова. Эпитад, выстроив своих воинов клином, пытался атаковать противников, но те уходили от рукопашной, в то время как лучники отстреливали спартанцев с флангов. Гоплиты просто наблюдали за этим побоищем, стоя в резерве.

Избиение лучших воинов Греции проводилось совершенно безнаказанно, и в конце концов уцелевшие предпочли сдаться. Побережье Пилоса и Сфактерия оказались в руках афинян, что усилило их позиции, хотя и не обеспечило конечной победы.

Честь грамотно проведенной Клеоном операции оппоненты приписывали оставшемуся при нем в заместителях Демосфену, а его начальника просто считали везунчиком. Так было удобнее, хотя в событиях вокруг Сфактерии он проявил себя и хитрым политиком, и талантливым полководцем.

Владислав ФИРСОВ

  Рубрика: Война и политика 60 просмотров

Предыдущая
⇐ ⇐
⇐ ⇐
Следущая
⇒ ⇒
⇒ ⇒

https://zagadki-istorii.ru

Домой

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

SQL запросов:44. Время генерации:0,204 сек. Потребление памяти:9.02 mb