Отдел по экспорту революций

Автор: Maks Окт 13, 2020

Из всех аппаратных отделов, обслуживающих высшее партийное руководство, Международный отдел ЦК имел самую серьезную репутацию. Считалось, что именно его сотрудники вершат мировую политику, манипулируя сидящими в Политбюро старцами, разжигают революции, оперируют большими деньгами.

Родословную Международного отдела принято выводить от созданного в марте 1919 года III Коммунистического Интернационала. Отправляя несколькими месяцами ранее на родину венгерских товарищей, Яков Свердлов высказал надежду, что «первый конгресс Коминтерна мы проведем у вас в Будапеште».

Коминтерновский бронепоезд

Ошибся Свердлов не сильно. Первый конгресс прошел в Москве, но через две недели в Венгрии действительно провозгласили Советскую республику, причем такую, что ядреней некуда. Другое дело, что просуществовала она меньше пяти месяцев.

Многим казалось, что мир забеременел революцией, и Коминтерн, как объединение партий большевистского толка, собирался помочь в этих родах. Главная ставка вплоть до 1923 года делалась на Германию, в которую постоянно ездили эмиссары с набитыми золотом саквояжами.

Однако «роды» так и не произошли, и большевикам пришлось строить социализм в одиночестве, да еще и начав прагматичное экономическое сотрудничество с капстранами. С мировой революции такое сотрудничество не комбинировалось, поэтому активность Коминтерна пришлось поумерить. К тому же председатель исполкома этой организации Григорий Зиновьев оказался противником Сталина, так что после его снятия должность вообще упразднили.

В середине 1930-х годов ситуация в мире обострилась, а идея разжигания революций снова обрела актуальность. Был даже пример Испании — правда, не слишком удачный, поскольку революцию там все-таки разгромили.

В 1935 году главой Коминтерна в статусе генерального секретаря назначили болгарина Георгия Димитрова, который хорошо знал механизм разжигания революций.

Под его руководством в организации появились подразделения, специализировавшиеся не только на разведке и пропаганде, но и на диверсионных акциях. Представители братских компартий проходили в Москве курсы, где их учили шпионско-диверсионным навыкам. И если они не попадали под облаченную в «ежовые рукавицы» чекистскую руку, то добивались многого. Самый яркий тому пример — Иосип Броз Тито, которому полученные в Москве знания помогли создать сильнейшую в Европе партизанскую армию.

Разведывательная агентура Коминтерна была весьма пестрой. Например, с 1942 года роль «серого кардинала» при Тито играл бывший царский офицер Федор Махин. Большевикам он в 1918 году служил всего три дня, успев, однако, сдать белым Уфу. Потом выдвинулся в белые генералы. Рассорившись с Колчаком, был изгнан из России. В 1930-х годах поменял окраску и начал сотрудничать с разведкой Коминтерна. После оккупации Югославии ушел в горы с сербскими четниками, затем присоединился к партизанам Тито, рассказал, кто он есть, и передал в Москву, что поддерживать надо именно Тито, а не четников. В партизанской армии получил звание генерал-лейтенанта. Умер в июне 1945 года, вскоре после возвращения из Москвы, где его наградили орденом Ленина.

Таких персонажей с приключенческой биографией в разведке Коминтерна хватило бы на экипаж длинного бронепоезда.

Эхо XX съезда

В мае 1943 года по требованию англо-американских союзников Коминтерн был распущен, и вместо него появился Международный отдел ЦК, возглавленный все тем же Димитровым.

Сталин к его рекомендациям почти не прислушивался, поскольку делил Европу с союзниками на сферы влияния. В конце концов Димитрова вернули на историческую родину, в Болгарию, главой тамошнего коммунистического правительства, а его место в 1946-1955 годах, последовательно и особо себя не проявив, занимали Михаил Суслов, Ваган Григорьян и Василий Степанов.

Ситуация изменилась после того, как главным человеком в стране стал Никита Хрущев, а вместе с ним возвысился до секретаря ЦК старый коминтерновец Отто Куусинен.

Никита Сергеевич выступал за мирную конкуренцию с капитализмом и фонтанировал предложениями по взаимному разоружению. Однако совсем мирно сосуществовать не получалось. Во-первых, в Азии и Африке развивалось антиимпериалистическое движение, которое было соблазнительно направить в коммунистическое русло. Во-вторых, в соцлагере многие с интересом поглядывали в сторону капитализма.

Все противоречия выстрелили в 1956 году. Хрущев разоблачил «культ личности», что в глазах одних дискредитировало саму коммунистическую идею, а в глазах других — избавляло ее от искажений и давало новый импульс. Потом был антикоммунистический мятеж в Венгрии, который пришлось подавлять советским войскам. И на этом фоне разгорелся Суэцкий кризис, по итогам которого Египет продемонстрировал, как с помощью СССР можно ставить империалистов на место.

Идеи Куусинена сводились к тому, чтобы поддерживать компартии в развитых странах, а в странах третьего мира делать ставку на любые левые силы, которые потом можно было бы перековать в праведных коммунистов. Образцом такой перековки стал Фидель Кастро со своими «барбудос». Затевая революцию, они даже не заикались о социализме, а кончили тем, что слились с коммунистами и рассылали своих интернационалистов по всему миру.

Курировать подобную деятельность и должен был Международный отдел ЦК, вообще-то именовавшийся Отделом по связям с коммунистическими и рабочими партиями капиталистических стран.

Куусинен резонно решил, что кроме него следует создать еще и Отдел ЦК по связям с коммунистическими и рабочими партиями социалистических стран, протолкнув в его руководители своего протеже еще по работе в Карело-Финской ССР Юрия Андропова. В 1956 году Андропов был послом в Венгрии и не понаслышке знал, как действовать в кризисных ситуациях. Что касается Международного отдела, то его руководителем стал другой выдвиженец Куусинена Борис Пономарев, с которым он работал еще в Коминтерне.

В 1961 году Пономарев стал секретарем ЦК, а в 1972 году — кандидатом в члены Политбюро. Международный отдел он возглавлял до самого ухода на пенсию в 1986 году. Куусинен умер в 1964-м, за три месяца до снятия Хрущева.

Подножки от своих

В советской многовертикальной структуре власти партийные органы довлели над государственными структурами. То есть теоретически Международный отдел должен был выступать в роли наставника при возглавляемом Андреем Громыко МИДе.

Бывший сотрудник Международного отдела Вячеслав Матузов свидетельствует: «Отношения между Пономаревым и Громыко были напряжены до предела… Кто первым выхватит информацию и первым напишет записку в Политбюро. Полагаю, что, будучи членом Политбюро, Громыко располагал информацией из всех ведомств — из КГБ, ГРУ,  Генштаба. На стол члена Политбюро ложилось все, что передавалось через закрытые шифры».

Другим конкурентом Международного отдела был КГБ, отношения с которым курировал заслуженный чекист Евгений Питовранов. В 1961-1962 годах он помогал создавать спецслужбы коммунистического Китая и создал их как раз к моменту полного разрыва союзнических отношений Москвы и Пекина. Многие подозревали в Питовранове тайного троцкиста и при этом называли разработчиком плана перехода СССР от социализма к капитализму. Вообще-то, одно другому противоречит, но то, что после ухода в 1966 году в действующий резерв Питовранов играл в КГБ роль «серого кардинала», это факт.

Ставший в 1967 году председателем КГБ Юрий Андропов начал аккуратно перетягивать на себя одеяло в деле курирования просоветских партий. В 1973 году, как полноценный член Политбюро с правом голоса, он в аппаратном плане возвысился над Пономаревым.

Чтобы усилить аналитическую составляющую, шеф КГБ предложил создать научные центры — Институт США и Канады, Институт мировой экономики и международных отношений, а уже существовавший Институт востоковедения дополнял эту обойму. Их руководители Георгий Арбатов, Николай Иноземцев, Бободжан Гафуров балансировали между чекистами и ЦК. Очевидным успехом первых стало назначение в 1978 году директором Института востоковедения Евгения Примакова.

Зависимость Международного отдела от ГРУ носила более деликатный характер. Дело в том, что многие представители антиимпериалистического движения проходили боевую подготовку в лагерях на территории СССР именно под руководством специалистов военной разведки.

Лейла Халед принимала участие в серии захватов пассажирских самолётовТакая информация в случае выхода наружу была очень токсичной, поскольку многие из этих боевиков на Западе официально считались террористами. Один из примеров тому — Лейла Халед из Национального фронта освобождения Палестины. В 1969 году она участвовала в захвате и угоне в Сирию пассажирского лайнера, а через год пыталась захватить другой самолет, следовавший из Амстердама в Нью-Йорк. Ее напарника-никарагуанца застрелил следовавший инкогнито израильский охранник, а саму Лейлу скрутили пассажиры.

Палестинцы смогли ее выменять и по протекции Международного отдела отправили учиться в Институт Патриса Лумумбы. Фигурой она была одиозной. И, когда с подачи Андропова сей факт озвучили на Политбюро, кремлевские старцы весьма удивились. От греха подальше Лейлу вернули на родину, где она стала добропорядочной домохозяйкой.

Дела финансовые

Процесс финансирования курировавший Ливан Вячеслав Матузов описывает так: «На каждую братскую партию был свой бюджет. Допустим, ливанской компартии выделяли сначала по $200 тысяч в год потом подняли до $300 тысяч. У нас в отделе был человек, который контролировал сейф с наличными. Приезжал к нему сотрудник КГБ с портфелем, забирал сумму, которую потом передавали через резидента, распределявшего деньги под расписку».

Компартия США численно была меньше ливанской, но по очевидным причинам финансировалась щедрее. В 1965 году субсидия впервые превысила один миллион долларов, а в 1980 году составила 2 775 000. Перевозил их не сотрудник КГБ, а ответственный по внешним связям компартии США Моррис Чайлдс, являвшийся с 1952 года по совместительству и агентом ФБР. Именно он передал на Запад текст антисталинского доклада Хрущева. О вербовке Чайлдса в Москве никто не догадывался, поскольку средства передавались исправно, и в 1975 году Брежнев лично наградил его орденом Красного Знамени. Свое истинное лицо этот «ветеран коммунистического движения» продемонстрировал в 1987 году, когда принял от Рейгана Президентскую медаль Свободы.

Если американская компартия была микроскопической, то в Италии и Франции коммунисты являлись серьезной силой и часто взбрыкивали. В 1968 году итальянцы и французы осудили вторжение СССР в Чехословакию, а через несколько лет главный итальянский коммунист Энрике Берлингуэр начал проповедовать концепцию еврокоммунизма.

Суть ее сводилась к тому, что диктатура пролетариата не является обязательной, Советский Союз — не такой уж и образец, и вообще более перспективно двигаться путем социал-демократов. В конце концов итальянцы от советской финансовой подпитки отказались вообще. Французские товарищи критику из Москвы частично признали, но на их популярности это отразилось не лучшим образом.

И вообще, тезис о том, что, борясь за коммунизм, надо исходить из особенностей конкретной страны, привел к тому, что удерживать клиентов Международного отдела на поводке удавалось только деньгами. И даже они срабатывали не всегда, поскольку подпитку можно было получить и в Пекине, который превратился в альтернативный Москве центр коммунистического движения.

И если раньше КГБ являлся «ушами, глазами и руками» Международного отдела, то при Андропове роль отдела свелась к аналитике, которой далеко не всегда Политбюро и внимало.

В общем, к началу перестройки аппаратный вес Международного отдела оказался сведен к минимуму. Да и сама «перестроечная» концепция не предполагала активной борьбы с капитализмом. В октябре 1988 года, как бы в предчувствие развала социалистического лагеря, был ликвидирован Отдел ЦК по связям с соцстранами.

Занявший в 1986 году место Пономарева Анатолий Добрынин до этого 24 года был послом в США, поставив рекорд по времени пребывания на этой дипломатической должности, и был настроен вполне прозападно.

Последний глава Международного отдела Валентин Фалин возглавлял отдел до самого роспуска КПСС в августе 1991 года. Тогда при обыске в здании ЦК на Старой площади в сейфе отдела нашли два миллиона наличных долларов, предназначенных для передачи американской компартии.

Это объяснение как бы подтверждает теорию о приведшем к летальному исходу маразме всей партийной системе. А вот если предположить, что в последние годы существования СССР сотрудники отдела через давно отлаженные каналы занимались выводом партийных активов…

Тогда бесшумная жизнь Международного отдела в последние пять лет существования СССР становится вполне даже осмысленной. Вот только мировая революция подразумевалась уже не социалистическая, а капиталистическая.

Дмитрий МИТЮРИН

КОМИНФОРМ БЕЗДЕЙСТВУЕТ…

В 1947 году Андрей Жданов решил взять руководство братскими партиями на себя и создал Коммунистическое информационное бюро, в которое вошли представители правящих восточноевропейских компартий, а также французские и итальянские товарищи. Однако проект быстро сдулся. Жданов умер от сердечного приступа, а Сталин поссорился с Тито. Активность Коминформа была локализована задачей организовать антититовский переворот в Югославии. Когда Хрущев с Тито помирился, организацию распустили за ненадобностью.

Загадки истории » Дворцовые тайны » Отдел по экспорту революций

, , , , ,   Рубрика: Дворцовые тайны

Следущая
⇒ ⇒
⇒ ⇒



Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:45. Время генерации:0,122 сек. Потребление памяти:8.22 mb