Польский Джеймс Бонд

Автор: Maks Янв 23, 2020

Чтобы узнать тайны абвера, он представлялся богачом, знатным аристократом и коннозаводчиком. Он влюблял в себя женщин, а затем — вербовал их. Он много лет снабжал поляков ценнейшей информацией о военной машине Германии, но был предан женщиной, которую сам и завербовал. Немцы знали его под именем Георг фон Сосновский.

С начала 1920-х годов польская разведка предпринимала попытки внедрить агентов в Берлин. Первая окончилась провалом. Агент Гриф-Чайковский пришел в штаб абвера и заявил, что будет рад работать на немцев. Его быстро раскрыли и отозвали, но задача осталась нерешенной. И тогда руководство II отдела Генштаба Польши решило прибегнуть к услугам ротмистра Ежи Сосновского — уроженца Львова, ветерана Первой мировой войны.

Главное — хорошо выглядеть!

Ежи служил в уланском полку Австро-Венгрии, позже принимал участие в польско-советском конфликте и имел четыре Креста «За отвагу». После окончания войны он продолжил службу в штабе Варшавского корпуса.

Будущий шпион прекрасно ездил верхом, получил разностороннее образование и мог управлять аэропланом. Он обладал приятной внешностью, был щеголем, имел изысканные манеры и без труда мог сойти за выходца из аристократических кругов.

Новоиспеченный шпион прибыл в столицу Веймарской республики в 1926 году. Следом за богачом, членом Международной лиги борьбы с большевизмом, «бароном Георгом фон Сосновским, рыцарем Нелемским» в Берлин прибыли шесть скаковых лошадей. А чем еще должен заниматься польский шляхтич?

«Барон» поселился рядом с ипподромом Хоннегартен и вскоре благодаря обаянию и щедрым субсидиям из польского бюджета, позволяющим ему сорить деньгами и устраивать грандиозные рауты, завоевал доверие берлинской знати.

На скачках в Карлсхорсте он познакомился с отставным военным фон Фалькенхайном и его женой — 26-летней Бенитой, которая работала секретарем в Военном министерстве Республики. Пара жила скромно, и богатые подарки Сосновского сделали свое дело: Бенита стала его любовницей, а затем — и агентом.

Впрочем, решение далось немке, представительнице старинной военной германской фамилии, с трудом. «Барону» пришлось год приучать ее к мысли, что «ничего такого здесь нет», обещать жениться на ней, как только ему «дадут полк», а главное — приучать тратить деньги и жить на широкую ногу.

Через Бениту Сосновский завел знакомство с капитаном Гюнтером Рудлофом, сотрудником польского отдела Управления разведки и контрразведки штаба III военного округа. Капитан был по уши в карточных долгах. «Барон» оплатил долги и завербовал Рудлофа, который тут же передал Сосновскому несколько документов, пообещав предупредить поляка, если абвер им заинтересуется.

Спустя год «барон» сумел завербовать подругу Бениты — майора Ирену фон Йену, которая служила в военном министерстве и крайне нуждалась в деньгах. Правда, женщина была уверена, что работает на англичан. За 400 рейхсмарок Ирен передала Бените план здания, список сотрудников, в марте 1928 года — раскладку военного бюджета Германии и продолжала снабжать Бениту информацией еще год, после чего отказалась от сотрудничества.

Летом 1928 года Сосновский познакомился с Ренатой фон Натцмер, которая работала в Шестой инспекции, контролирующей автомобильные войска. Рената влачила жалкое существование и согласилась работать «на англичанина» за 1000 рейхсмарок в месяц. Она без вопросов начертила план рабочего кабинета, а позже стала красть копирки, через которые печатали секретные документы. Свой первый «гонорар» Рената потратила… на платье! Так перед желанием женщины хорошо выглядеть пала система безопасности Военного министерства Германии.

Наглость — второе счастье

Ежи Сосновский

Ежи Сосновский избежал немецкой тюрьмы, что бы погибнуть в советской

Осенью 1928 года Рената вынесла схему здания инспекции и список сотрудников. Чтобы привязать ценного агента к себе, Сосновский соблазнил Ренату, и только поняв, что она от него без ума, раскрыл ей все карты.

Передача документов происходила в подъездах, на почте и в магазинах. Оригиналы перефотографировали в посольстве, а затем возвращали на место. Женщина увлекалась так, что копировала все, что попадалось на глаза. Сосновский был в восторге!

Самым грандиозным успехом фон Натцмер стала кража плана подготовки и ведения войны с Польшей и с Францией, которую она совершила летом 1929 года. Женщине стало известно, что план находится в сейфе начальника. Она выкрала ключи из его кабинета, отнесла их любовнику, который снял слепки, а утром вернула на место.

Затем вечером вынула документы из сейфа, спрятала 200 страниц текста в рукаве, сверху накинула жакет и вышла за пределы ведомства. На улице она передала бумаги Бените и вернулась на работу. За ночь документы были пересняты, и утром Рената вернула все в сейф. За план Сосновский обещал ей заплатить 40 тысяч рейхсмарок, но Рената была осторожна — сначала она отдала «барону» только 70 страниц текста.

В Польше документ получил неоднозначную оценку. По нему Германия на войну с Польшей отводила всего несколько недель.

Гордые поляки не поверили, что немцы не ставят их ни во что, и решили, что это фальшивка.

В Берлин для встречи с Ренатой выехал спецагент. Он встречался с женщиной, но договориться о передаче оставшихся страниц за 12 тысяч рейхсмарок не смог.

Тем не менее Сосновский сумел выудить у любовницы и остальное; документы были вывезены в Варшаву, где польская разведка… сдала их в архив.

Коварная танцовщица

Теперь любовницы Сосновского стали осторожнее — они передавали полякам документы только после оплаты. Утечка в министерстве продолжалась вплоть до 1933 года, когда положение Сосновского пошатнулось: газетам стало известно, что его родители — простые буржуа! Журналисты задавались вопросом, кто такой «фон Сосновский», знакомые в шутку называли его «шпионом», в Берлине произошел провал польского агента Зелинского, который умер при странных обстоятельствах, а одна из любовниц «барона» призналась, что она — агент абвера.

Рената в истерике отказалась сотрудничать дальше.

Но вместо того чтобы уехать, Сосновский решил продолжить игру и завербовать экзотическую танцовщицу Леа Ньяко.

Однако все пошло не так, как планировал поляк. Затащить смуглянку в постель оказалось несложно. Просто было и заманить ее в Берлин под предлогом съемок в фильме. Трудности возникли после того, как он открылся Леа.

Во-первых, она оказалась в зависимости от него, что ее не устраивало. Во-вторых, съемки оказались ложью. А в-третьих, как только «барон» рассказал, что он шпион, танцовщица сообщила «куда следует» и сама была завербована контрразведчиком абвера капитаном-лейтенантом Протце.

Коварная Леа начала свою игру с поляком. Она то рассказывала ему о том, что она -агент абвера, и по сговору с поляком сбывала Протце совершенно невинную переписку Сосновского, а то сдавала его немцам «с потрохами», выдавая все тайны.

Сосновский так увлекся игрой, что потерял осторожность, и однажды велел Леа передать в абвер дату своего отъезда в Варшаву. Правда, свою сеть он предупредить успел, и агенты покинули Германию. Но тут в дело вмешалось гестапо!

«Барона» взяли прямо во время очередной вечеринки. Поскольку Сосновский был болтлив в постели, немцы уже знали имена всех его любовниц. Бенита, Ирена, Рената и сама Леа Ньяко тоже были арестованы.

Конец «барона»

Следствие шло около года. По приговору суда, который был оглашен 16 февраля 1935 года, Леа Ньяко освободили; Бениту и Ренату приговорили к смерти и казнили через два дня в Плётцензее, а Сосновскому и Ирене фон Йене дали «пожизненное». Дело Сосновского заставило Гитлера ужесточить наказание за госизмену.

Спустя год фортуна улыбнулась Сосновскому еще раз: его обменяли на немецких шпионов. Но на этом везение кончилось.

В Польше его арестовали, обвинили в работе на немцев и приговорили к 15 годам заключения. Сосновский пытался опротестовать приговор, но началась война.

Дальнейшая его судьба туманна. По какой-то причине в ходе эвакуации его приказали расстрелять с другими заключенными. Раненого, его подобрали беженцы, которые перешли границу с СССР. В Стране Советов Сосновский попал в застенки НКВД, где и сгинул. По некоторым данным, он скончался в тюрьме Саратова.

После того как немцы, согласно выкраденному плану, заняли Варшаву, бумаги польской разведки попали к ним в руки, и был разоблачен последний агент Сосновского — Гюнтер Рудлоф. Он вскрыл себе вены в тюрьме.

Александр ЛАВРЕНТЬЕВ

,   Рубрика: Специстория

Следущая
⇒ ⇒
⇒ ⇒



Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:60. Время генерации:0,147 сек. Потребление памяти:8.34 mb