Супершоу для полуночников

Автор: Maks Янв 14, 2019

Наверное, только человек старше 40 лет помнит первую «несоветскую» передачу, которая выходила в эфир с 1987 по 1991 год. Именно «До и после полуночи» с ее бессменным ведущим Владимиром Молчановым стала символом свободы и рупором эпохи. Что неудивительно — впервые с экрана заговорили о том, о чем еще недавно было опасно даже думать.

Владимир Молчанов пришел на телевидение в 1987 году в качестве международного комментатора программы «Время» не с улицы. Его отец был композитором, автором опер «А зори здесь тихие», «Неизвестный солдат», песен к кинофильмам «Дело было в Пенькове», «Доживем до понедельника». Мать — известная актриса Театра Советской армии. Сводной сестрой Владимира была 20-кратная чемпионка СССР по теннису Анна Дмитриева. Она-то и поспособствовала тому, что молодого и талантливого журналиста взяли на первый канал.

«Вы что, с ума сошли?»

По-видимому, уже тогда главная программа страны была амбициозному журналисту тесновата. И он начинает работать над собственной информационно-музыкальной передачей.

Планировалось, что в эфир эта программа будет выходить в утренние часы. Но приехавшие на ее просмотр цензоры от ЦК КПСС пришли в ужас. «Почему у вас сначала идут песни, а о том, что Горбачев побывал в Азербайджане, говорится только третьим номером? — спрашивали Они у Молчанова. — Вы что, с ума сошли?» Такая программа советским людям не нужна, вынесли цензоры свой вердикт и уехали.

Вскоре было принято решение программу переформатировать. То есть сделать как бы из двух блоков. Один -информационно-политический, в духе советского телевидения того времени, другой — музыкальный. И пускать эту программу в эфир решили ближе к полуночи, когда «цензоры» видят девятые сны. Так и родилось название передачи — «До и после полуночи».

Первый раз она вышла в ночь с 7 на 8 марта 1987 года. Успех был оглушительным. Во-первых, в программе было очень интересное интервью с Андреем Мироновым (кстати, оно стало последним в жизни великого артиста), а во-вторых, советский зритель впервые смог увидеть популярных западных исполнителей и зарубежные видеоклипы.

Программа выходила нерегулярно — когда два раза в месяц, когда всего лишь раз, но ее с нетерпением ждали и каждый выпуск неделями обсуждали, кто на работе, кто на кухне. И ведь было что обсудить. Героями программы не раз становились запрещенные советские композиторы, знаменитые «невозвращенцы», первые русские рокеры и всемирно известные западные музыканты.

В редакцию шли мешки писем. Иногда по 15-18 кило в неделю.

Кстати, как позже признавался сам Молчанов, «эта программа перевернула мозги очень многим людям».

О чем молчал эфир

«До и после полуночи»

Творческий коллектив телепередачи «До и после полуночи» утверждает очередной выпуск

Кто жил в конце 1980-х, хорошо помнит, какое это было время. Страна трещала по швам, ломалась жесткая коммунистическая идеология, «шатались постаменты под кумирами». Шестую часть суши трясло и лихорадило.

Но контроль за идеологией со стороны ЦК партии был еще очень жесток. Поэтому всем чинушам, которые видели эту передачу, становилось дурно. Под раздачу первым попадал директор программы Ольвар Какучая. В чем его только не обвиняли! И в антисоветизме, и в подрыве устоев, и чуть ли не… в шпионаже в пользу США. Шипели, плевались, ругали, угрожали, но… эфир не перекрывали. А все потому, что были уверены — наверху на эту антисоветчину дали добро. Да-да, именно в те времена разногласия начались и в самой нерушимой партийной системе.

Молчанов вспоминал, что в редакции стояла «вертушка», по которой сначала звонил со своими требованиями Лигачев, а через минуту Яковлев — и говорил абсолютно противоположное. «Главный редактор ест горстями валидол. Я иду в эфир. Потом скандал. Но это было время скандалов. Они сами не могли разобраться, что делать. А мы этим пользовались», — рассказывал ведущий передачи.

Именно в программе «До и после полуночи» впервые прозвучала песня Игоря Талькова «Россия». Помните: «Листая старую тетрадь расстрелянного генерала…»? А ведь она была запрещена. Кстати, сам Тальков поспорил с Молчановым на бутылку, что его песню не пропустят. И честно отдал поллитровку, когда она вышла в эфир.

Рассказывал Молчанов и об эмигрантах, с которыми встречался в Бельгии и Голландии. Так, в одной из передач был сюжет с эмигрантом первой волны Андреем Полонским, который рассказал телезрителям о том, как жил в нищете в Париже. И вдруг неожиданно с большого экрана заявил: «Это ваш Ленин виноват с большевиками».

После этого эфира в кулуарах «Останкино» Молчанова встретила Алла Пугачева, которая посмеялась над ведущим: «Когда этот эмигрант про Ленина сказал, вы зеленый стали и чуть из кресла не выпали…»

«Лучше бы меня расстреляли!»

Съемочная группа передачи впервые побывала на зоне, где сидели приговоренные к пожизненному заключению. Один из них сказал на камеру: «Я проклинаю тот день, когда расстрел мне заменили пожизненным. Лучше бы расстреляли…»

«Я первым произнес слово «презерватив» по советскому телевидению. В мою передачу пришел Вадим Покровский, который тогда руководил лабораторией против СПИДа, — рассказывал Владимир Молчанов. — Потом это стало предметом пародии Максима Галкина: «Давайте, князь, отбросим ханжество и поговорим о презервативах». Мы тогда получили раза в два больше писем, чем обычно. В основном от школьных учительниц».

Кроме интервью и репортажей, гвоздем передачи была прекрасная западная музыка. Брали ее на Гостелерадио, куда по обмену «под грифом «секретно»» приходили пленки с записью различных хитов. Разумеется, раньше их никому не давали. На них было наложено строжайшее табу.

В программу «До и после полуночи» пленки попали практически нелегально. Их принес с собой музыкальный редактор передачи и композитор Владимир Давыденко, которого в свое время выгнали из музыкальной редакции и чуть не исключили из партии за то, что он что-то не то в «Утреннюю почту» поставил.

Однажды в программе прошел сюжет — интервью с главным психиатром Москвы. Когда ему задали вопрос, многие ли диссиденты были помещены в психиатрические клиники с диагнозом шизофрения, доктор долго мялся, но ответил, что да, в общем, чаще всего инакомыслие рассматривалось советскими психиатрами как одна из форм вялотекущей шизофрении. И уже спустя полторы минуты все мировые агентства передали, что наконец-то в СССР признали, что сажали инакомыслящих как шизофреников.

Еще в одном эфире Молчанов показал фрагмент с записью исполнения «Всенощной» Рахманинова. Дирижировал тогда голландский дирижер. Пока шла «Всенощная», руководители программы выписали пропуск на вход в «Останкино» опальному генералу КГБ Калугину. И он с ходу пошел в прямой эфир. Скандал был неимоверный!

Вопреки предсказаниям коллег из программы «Время», которые терпеть не могли «До и после полуночи», даже после этого случая передачу не закрыли. Благодаря программе Молчанова, в стране зарождалась новая журналистика. Именно с программы «До и после полуночи» началась полная перестройка советского телевидения. Через полгода появился «Взгляд», потом — «600 секунд», «Пятое колесо»…

Передача закрылась в 1991 году. Владимир Молчанов сам написал заявление об увольнении и выбросил партбилет.

Елена САДОВАЯ

«МЫ И ПОДУМАТЬ НЕ МОГЛИ…»

Никогда не забуду, как мы сидели в баре «Останкино» с Владом Листьевым и Урмасом Оттом. Под столом стояла бутылка коньяка. Обсуждали будущее страны. Приблизительно, что мы тогда предполагали, то и произошло. Но мы и подумать не могли, как стремительно все рухнет», — вспоминал о том времени Молчанов.



,   Рубрика: Назад в СССР

Предыдущая
⇐ ⇐
⇐ ⇐
Следущая
⇒ ⇒
⇒ ⇒



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:60. Время генерации:0,171 сек. Потребление памяти:8.33 mb