Укротитель ядерного монстра

Автор: Maks Сен 20, 2019

Академик Валерий Легасов не только нашел способ усмирить взорвавшийся реактор Чернобыльской АЭС, но и пытался исправить системные ошибки, которые привели к этой страшной трагедии. Однако сделать это оказалось гораздо труднее, чем остановить радиацию…

У Валерия Легасова могла бы сложиться неплохая партийная карьера. Окончив в Москве школу с золотой медалью, он поступил в Московский химико-технологический институт имени Д.И. Менделеева (МХТИ). Здесь тоже демонстрировал и отличную учебу, и общественную активность. Неудивительно, что ему предложили комсомольскую работу, и он два года отработал освобожденным секретарем комитета ВЛКСМ МХТИ,

Звездный час

За активную жизненную позицию Легасова уважали не только в вузе. Валерий Алексеевич избирался в бюро райкома комсомола и в Московский горком ВЛКСМ. Его заметили, о нем знали — один шаг, и вначале комсомольская, а затем и партийная карьера была бы обеспечена.

Однако наш герой предпочел всему этому науку. Ведь он рос во времена «физиков» и «лириков», и «физики» выглядели куда предпочтительней.

После института полтора года он отработал в закрытом городке Томск-7, а с 1964 года — в Институте атомной энергетики имени И.В. Курчатова. Начал аспирантом, прошел ряд научных должностей и в 1972 году стал заместителем директора института по научной работе, успев защитить кандидатскую и докторскую диссертации. Пять лет был профессором Московского физико-технического института, затем перешел на химический факультет МГУ. Избирался членом-корреспондентом, действительным членом президиума Академии наук СССР.

Жизнь, карьера и научная работа шли по накатанной колее. И тут в жизни Валерия Легасова и всего Советского Союза появился Чернобыль…

Наверное, это был один из немногих случаев, когда нужный человек оказался на своем месте в нужный час, и это в определенной мере повлияло не только на успешную ликвидацию последствий аварии на Чернобыльской атомной электростанции (ЧАЭС), но и на многое другое.

Академик Легасов вошел в состав правительственной комиссии под руководством заместителя главы правительства СССР Бориса Щербины как один из лучших в стране специалистов по концепции безопасности ядерной энергетики. По прибытии на место аварии комиссия установила подлинный размах катастрофы, так как до этого руководство страны получало с места событий весьма противоречивую и в чем-то успокаивающую информацию. Были остановлены уцелевшие блоки ЧАЭС, выведен персонал со станции, за исключением необходимых работников, вызваны химические войска и вертолеты.

Не было достоверной информации о радиации, исходившей из разрушенного блока и, соответственно, степени его опасности. Легасов с военнослужащими-добровольцами на БТР химической разведки лично выезжал к реактору и проводил необходимые измерения. Ему удалось установить точную картину состояния дел с излучением. Встал вопрос: что предпринять с развороченным реактором, в котором происходила небезопасная реакция? До этого никто ни с чем подобным не сталкивался.

Валерий Алексеевич ЛегасовВалерий Алексеевич предложил начать засыпать с вертолетов реактор смесью бора с песком, которая могла бы частично подавлять выброс излучения и горящего графита. Это было сделано. Затем академик посоветовал применить свинец и доломит, что окончательно помогло в течение нескольких дней справиться с опасной концентрацией радиации. Тем самым было не допущено опасное загрязнение гораздо больших территорий СССР и дальнейшее распространение радиационной зараженности на зарубежные страны Европы.

Легасов был в числе первых, кто высказался за эвакуацию населения. Задержка произошла из-за медиков, уполномоченных принимать такое решение. А им не хватало для этого определенного количества показателей уровня радиации. О том, что ситуация менялась с каждой минутой, они не думали. Борис Щербина послушал Легасова и других ученых и принял волевое решение — приступить к эвакуации, взяв всю ответственность на себя.

Доводилось в это время академику напрямую общаться и самим генеральным секретарем компартии СССР Михаилом Горбачевым, который тоже тогда прислушивался к его мнению. Валерий Алексеевич даже готовил ему данные для выступления по поводу аварии.

Всего же Легасов провел на ЧАЭС 60 суток, получив дозу радиации, в четыре раза превышающую нормальную.

Поверил перестройке и гласности

Если бы Легасов был менее принципиальным и честным, то мог бы стать Героем Социалистического Труда. К этому званию его вполне заслуженно представляли, учитывая его вклад в ликвидацию последствий аварии.

Однако на заседании Политбюро ЦК КПСС он стал говорить не только о вине сотрудников ЧАЭС, которых старались сделать крайними и ответственными за катастрофу. Валерий Алексеевич упомянул об ошибках в расчетах конструкции реактора. Он вдохновился словами председателя правительства СССР Николая Рыжкова, который сказал, что атомная энергетика страны с неизбежностью шла к тяжелой аварии. Горбачев был недоволен словами Легасова.

Тем не менее, когда потребовалось оправдываться перед миром за чужие ошибки на заседании МАГАТЭ, в августе 1986 года отправили в Вену наиболее информированного академика. Правда, подготовленный им доклад изрядно купировали. И все же Валерий Алексеевич произвел своим открытым и компетентным выступлением триумф, за что получил мировое признание. Советский ученый впервые громко озвучил проблемы безопасности ядерной энергетики, которые могли привести к очень печальным последствиям для всего человечества. Ему рукоплескали, он стал «человеком года». В США.

А вот на Родине его выступление не понравилось многим. Руководство страны считало, что он разгласил ряд секретных сведений, на что не был уполномочен. Научное сообщество было недовольно тем, что академик раскрыл тщательно утаиваемые от мирового сообщества проблемы отечественной энергетики. А еще были такие, кто считал, что он высказал только официальную версию событий вместо правды.

В общем, Героем Социалистического Труда Легасов не стал. Поговаривали, что к этому приложил руку Михаил Горбачев, но тот годы спустя в своем интервью радиостанции «Говорит Москва» от подобного открестился.

Последние годы

Полученное облучение серьезно сказалось на здоровье нашего героя, однако он продолжал научную работу.

Гораздо тяжелее было переносить неприязненное отношение в научной среде, с которым он сталкивался все чаще. Легасов настаивал на том, что в реакторах РБМК есть конструктивные недостатки, а недостаточно подготовленный персонал некоторых АЭС может с ними не справиться. И тогда может случиться новый Чернобыль. Слушать его не хотели…

Нервы были на пределе, он уже с трудом переносил боль и неприязненное отношение коллег. Когда в 1987 году его не избрали в научный совет института, Легасов принял большую дозу снотворного. Но ученого тогда спасли.

Набравшись сил, он бросился в очередную атаку. 26 апреля 1988 года Валерий Алексеевич представил на заседании Академии наук план создания совета по борьбе с застоем в науке. Это уже был жест отчаяния, и его предложение предсказуемо отвергли. Тогда на следующий день, измученный недугами и невзгодами, академик покончил с собой.

В 1996 году за отвагу и героизм при ликвидации Чернобыльской аварии Валерию Легасову присвоили звание Героя России.

К сожалению, образ выдающегося ученого и патриота больше оказался популярен на Западе, где из него сделали «жертву советского режима».

Думается, самому Валерию Алексеевичу это бы не понравилось. Он не был врагом советской власти и мирного атома — он хотел, чтобы к вопросам безопасности ядерной энергетики относились более серьезно.

Олег ТАРАСОВ



,   Рубрика: Легенды прошлых лет

Предыдущая
⇐ ⇐
⇐ ⇐
Следущая
⇒ ⇒
⇒ ⇒



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:59. Время генерации:0,478 сек. Потребление памяти:8.42 mb