За туманом или за рублём?

Автор: Maks Июн 6, 2024

Северные районы России изначально осваивали энтузиасты, служивые люди и каторжники. Начиная с XVII века партии каторжников текли туда нескончаемым потоком. Последняя остановка перед страшной Сибирью была на Урале, в районе нынешнего города Камышлова. И побег там казался каторжникам последней возможностью избежать ужасов Сибири.

При советской власти освоение «северов» шло по тому же принципу и теми же людьми — энтузиастами, служивыми и заключенными. Методы освоения северных регионов были определены в постановлении СНК «Об использовании труда уголовно-заключенных» от 11 июля 1929 года.

Время зэков и романтиков

Согласно постановлению Совета народных комиссаров исправительно-трудовые лагеря должны были стать центрами освоения малонаселенных районов Севера. Предполагалось закреплять на этих территориях заключенных, освободившихся по окончании срока, а также переводить на вольное поселение досрочно тех, кто заслужил это своим поведением или отличился на работе.

На базе лагерей образовали «комбинаты особого типа», которые не просто осваивали заповедные места, но и создавали там промышленные отрасли. Например, одним из таких комбинатов стал государственный трест «Дальстрой», организованный в ноябре 1931 года для промышленного освоения района Верхней Колымы. Вскоре он превратился в огромную промышленно-лагерную империю, возводившую дороги, дома и занимавшуюся добычей золота.

Примерно то же самое происходило и в других северных районах. Но после Великой Отечественной войны ситуация изменилась. На «северах» уже требовалось не только лес валить, но и осваивать добычу нефти и газа.

Для привлечения в необжитые районы профессиональных кадров использовалась пропаганда. Государство через кино и литературу начало пропагандировать и романтизировать освоение северных территорий наряду с поднятием целины и развитием космических программ. Мужественные герои-полярники обретали славу и примером своим заражали юных искателей приключений.

Однако в 1960-е годы в СССР стало очевидным, что за счет зэков и романтиков промышленного освоения Севера не достигнуть. И тогда решили добиться выполнения задачи за счет материальных стимулов, хотя они и считались капиталистическим пережитком. В известной песне про романтиков начали менять слова: «А я еду, а я еду за деньгами, / За туманом едут только дураки».

Указ Верховного Совета

Выплаты за работы в сложных природных условиях были и раньше. Но упорядочили их только в 60-х годах XX века, когда вышел в свет Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 сентября 1967 года №1908-VII «О расширении льгот для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера». Согласно ему надбавки были дифференцированы по нескольким группам регионов страны. Но они были сделаны таким образом, чтобы привязать человека к месту. 10% к зарплате начинали прибавлять по истечении 6 месяцев или года работы на «северах». И потом прибавляли еще по 10% за каждые последующие от 6 месяцев до двух лет работы там.

Вероятно, на местах существовали еще и свои нормативы. Например, говорят, что в Якутии северный коэффициент зависел оттого, где человек работает — если на улице, то коэффициент рассчитывается 1:1, а если в тепле, то может составлять и 1:7. Якобы доходило до того, что там дворники нередко получали больше, чем первые секретари райкома партии (главы улусов).

И хотя сумма надбавок была ограничена 80-100% от заработка, северные зарплаты были значительно выше, чем в целом по стране. И это привлекало многих. К тому же на «северах» было во многом лучше снабжение товарами народного потребления. «Длинный рубль» надо было куда-то тратить, а жизнь в условиях сильных холодов непритязательная: работа — магазин — дом. Гулять в 50-60-градусный мороз как-то не тянет, ресторанов и театров нет. Вот и тратили деньги в основном кто на мебель, а кто и на водку. Впрочем, с пьянкой на работе было строго. За нее выгоняли в два счета. Это заставляло многих держать себя в рамках приличий. Особенно вахтовиков.

Сладкое слово «отпуск»

Многие виды деятельности на «северах», особенно связанные с добычей нефти и газа, предполагают работу по 24 часа в сутки, технология производства не предусматривает ни простоев, ни перерывов. Спасает вахтовый метод работы. Люди приезжают, работают на износ без праздников и выходных, зарабатывают приличную кучу денег и получают солидный отпуск. И вот тут-то начинается самое интересное. Как у Высоцкого: «Я на Вачу еду — плачу. / Еду с Вачи — хохочу».

Вахта крайнего севера в СССРПосле нескольких месяцев в тундре, где столбик термометра выше -40° не поднимается, а зимой светло только три часа в сутки, хочется отдохнуть на полную катушку. Поезда, идущие из Уренгоя и Нижневартовска, были заполнены вахтовиками. Алкоголь лился рекой. Некоторые после двух дней «барского» кутежа вылезают из вагона в Омске без копейки денег, спустив все заработанное на спаивание попутчиков и игру с карточными шулерами. Кто-то благополучно добирается до «югов» или иного места назначения, но итог обычно один — в отпуске прогуливается и спускается все до копейки, и человек вновь отправляется на Север на трудовую вахту.

Северная надбавка так просто не платится. На Севере приходится вкалывать действительно подчас в адских условиях. И не дай бог, если на зимнике сломается машина. Отремонтировать ее, когда руки на морозе невозможно вытащить из рукавиц, весьма проблематично. Ходило много драматических историй про замерзших в дороге вахтовиков. Пока есть запас солярки, они жгут покрышки и костры, но если помощь не приходит, «генерал Мороз» побеждает людей.

Из-за трудностей жизнь на «северах» вырабатывает свои особые правила. Например, охотничьи зимовья не запираются на замок, и для любого попавшего в беду там приготовлены запас дров для печки, соль, сухари, чай. Во времена СССР за «длинным рублем» на Север отправлялся настоящий интернационал. А потому в тех краях осело много украинцев, белорусов, кавказцев. Но межнациональных и межрелигиозных трений практически не бывает. Люди привыкли к мысли, что одному, без посторонней помощи, на Севере не выжить. А потому стараются жить там в мире и согласии.

Достижения и просчеты

Благодаря людям, отправлявшимся в СССР на «севера» за «длинным рублем», ныне у России существует в северных регионах развитая промышленность, исправно функционирует нефтегазовая отрасль. Конечно, не все идеально. Освоение Севера порой шло по типу штурма, в котором денежные потери не считали. Порой героически развивали не то и не там.

В качестве примера можно привести историю арктического острова Врангеля. Он отстоит от северного берега Чукотки на 140 километров, и только в 1911 году на нем был поднят русский флаг.

После этого им заинтересовались и попытались «приватизировать» Великобритания, США и Канада. Чуть было дело не дошло до сражений за этот остров. Но СССР отстоял права на него и основал на острове несколько небольших поселений, среди которых центральным считался поселок Ушаковское.

К началу 1980-х в нем проживали около 200 человек — геологи, метеорологи, ученые, пограничники, зверобои и коренные народы Севера. Здесь действовали сельсовет, школа-интернат, детсад и котельная, клуб-кинотеатр, контора заказника (позже заповедника) «Остров Врангеля», природоведческий музей, магазин и подземный ледник для хранения мясопродуктов, временный кораль (для осеннего загона и забоя оленей), почта, больница, полярная станция «Бухта Роджерса», аэропорт «Роджерс» (для Ан-2, Ми-2, Ми-6, Ми-8) и малая авиазаправка, склад ГСМ и хранилища насыпного угля, библиотека, действовал маяк, в домах было электричество.

Но с распадом СССР содержание всей этой инфраструктуры стало России не по карману. Финансирование прекратилось, людей стали вывозить на материк. Последний житель острова Врангеля — Василина Альпаун — была съедена белым медведем в 2003 году.

Александр ЛОГИНОВ

  Рубрика: Назад в СССР 82 просмотров

Предыдущая
⇐ ⇐
⇐ ⇐
Следущая
⇒ ⇒
⇒ ⇒

https://zagadki-istorii.ru

Домой

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:43. Время генерации:0,238 сек. Потребление памяти:5.98 mb