Во дворце бок о бок с Николаем II всегда жили животные. На Детском острове в Царском Селе для них есть отдельное кладбище — с пирамидными надгробиями, указывающими клички и даты жизни. А верные собаки даже разделили с последним императором и его семьей горькую участь.

Каждый ребенок клянчит у родителей щенка, и наследник престола — не исключение. Свою первую собаку Николай II получил от отца лишь на 17-летие. Александр III выбрал для наследника молодого пса породы колли, которого тот назвал Вороном.

КОЛЛИ ДЛЯ НАСЛЕДНИКА

Цесаревич не разлучался со своим любимцем, брал его в поездки. Но в кругосветное путешествие отправился без него, оставив Ворона на попечении отца. «Ворон все толстеет, и глупые люди его целый день кормят так, что это не собака, а бочка какая-то!» — жаловался Николай по приезде. Верный друг прожил всего пять лет. Видя, как наследник престола тоскует без своего любимца, в 1895 году тетка Элла преподнесла Николаю в день ангела щенка колли, как две капли воды похожего на Ворона. Его назвали Иманом.

«Мороз усилился до 16 градусов. Тем не менее погулял с Иманом», — писал в дневнике наследник. Он повсюду брал с собой своего питомца, но тот постоянно попадал в передряги: то лапу на катке порежет, то в прорубь на реке провалится — конечно, вытаскивал его сам Николай, рискуя жизнью и здоровьем. Увы, Иман тоже не прожил долго: в 1902 году умер из-за порока сердца. «Это была такая умная, верная и добрая собака…» — писал матери убитый горем наследник. Он поклялся больше не заводить колли. Но слово не сдержал: жить без собак он не мог.

Любовь императора к собакам вызывала зависть его подданных. Глядя, как Николай часами резвится со своей сворой, его укоряли в том, что он занимается «чем угодно», только не государственными делами.

По данным современников, у Николая было 11 личных колли, содержавшихся на средства Министерства императорского двора. За Александровским дворцом для них был построен отдельный дом, а в дворцовом подвале устроена «собачья» кухня. Хвостатых «подданных» кормили парным мясом, молоком и овсянкой — император лично проверял качество продуктов.

Императрица Александра Федоровна разделяла любовь супруга к животным. У нее был личный скотч-терьер Шилка, получивший кличку за неугомонный нрав. Позже Шилку сменила собака Эйра той же породы. Эйру ненавидела фрейлина Анна Вырубова за то, что та имела привычку прятаться за креслами, а потом выскакивать с лаем, пугая всех вокруг. Гости Зимнего дворца с удивлением описывали, как по царским покоям бегают с лаем терьеры и спаниели, а кошки вальяжно лежат на роскошных шелковых диванах.

Свои хвостатые любимцы были и у детей.

ЖИВЫЕ ИГРУШКИ

«Боже, Татьяна, ты так храпишь! Я не спала всю ночь…» — упрекала сестру Ольга, с которой та делила комнату. Но вскоре выяснилось: ночной этикет не соблюдала Ортипо — маленький французский бульдог, спавшая у великой княжны в ногах.

Черного породистого щенка Татьяне подарил в 1914 году русский офицер, за которым княжна ухаживала в госпитале. «Ортипо растет и ужасно мила, много бегает и страшно веселая», — писала девушка отцу. Она выдрессировала собачку, а вот отучить храпеть не могла — поэтому Ортипо пришлось ночевать за дверью спальни княжон. Зато в комнате у Татьяны хранилась целая коллекция фигурок бульдогов — хрустальных, с глазами-сапфирами и ошейниками из золота. После расстрела царской семьи драгоценные статуэтки периодически всплывали в частных коллекциях.

Младшая из сестер Анастасия считалась хозяйкой маленького японского хина по кличке Джимми. «Это была очень маленькая собачка с длинной шерстью. Окрас ее был черно-рыжий… Ее отличительные приметы были вот какие: у нее были большие круглые глаза; зубы ее были обнажены и постоянно виднелись, язык у нее был длинный и висел изо рта…» — вспоминали современники.

КОТЬКА И ДЖОЙ

Цесаревич Алексей предпочитал кошек. Однажды генерал-майор Владимир Воейков рассказал мальчику, что вывел у себя в имении новую породу шоколадных кошек, смешанных с куницей. «Наследник попросил привезти ему такую кошку…» — писал озадаченный Владимир Николаевич. Дело было в том, что котенок мог поцарапать больного гемофилией мальчика. Все решили удалением когтей. Своего Котьку цесаревич любил так, что повсюду таскал с собой — даже на высочайшие обеды, приводя в шок окружающих. «Котька с удовольствием ест устриц…» — сообщал в дневнике Алексей.

Позже к Котьке присоединился спаниель Джой — веселый и дружелюбный песик, привезенный для цесаревича из Великобритании. Для больного мальчика, лишенного общения со сверстниками, хвостатые друзья стали настоящей отдушиной. «Со вчерашнего дня болей нет. Остаюсь пока еще в постели… Джой и Котька постоянно при мне», — писал Алексей в 1916 году.

Императорской чете постоянно дарили животных, в том числе и диких — ворона, зайцев, волчонка, медвежат, лося, рысь… Однажды ручной соболь, преподнесенный Николаю сибиряками, сгрыз антикварную мебель и разбил китайскую вазу, после чего был отправлен обратно дарителям. «Если бы нам было позволено держать у себя всех этих животных, то дворец мог бы превратиться в зоопарк!» — писала сестра императора Ольга Александровна.

Самыми экзотическими домашними животными Романовых можно считать двух слонов, живших в Царском Селе. Великие княжны вместе с братом любили летом прибегать к Александровскому пруду, чтобы посмотреть, как купается слон, привезенный из Эфиопии. Бедное животное в 1917 году расстреляли большевики.

МЕСТЬ ЗА ХОЗЯИНА

После отречения императора от престола семью отправили в Тобольск. Романовым не позволили брать с собой много вещей, но дети вымолили разрешение взять питомцев. В ссылку с
Романовыми отправились Ортипо, Джимми и Джой. Собакам жилось привольно на свободе. Джой часто сбегал в город, где, видимо, завел себе хвостатых невест. В ноябре 1917 года Анастасия написала в дневнике: «Джой, Ортипо и Джим процветают. Двух первых приходится гонять со двора, где они наслаждаются в помойной яме и едят всякую пакость…»

В страшную июльскую ночь 1918 года в подвал Ипатьевского дома перепуганная Анастасия спустилась, прижимая к сердцу Джимми. Они так и погибли вместе… На звуки выстрелов прибежала Ортипо. Почуяв неладное, собака громко завыла, чем подписала себе смертный приговор — ее пристрелили на месте. И только Джой в это время где-то гулял. Вернулся, когда бойня была уже окончена, а большевики нагло рассовывали по карманам имущество бывшего императора. Породистого спаниеля забрал к себе Михаил Летемин. Именно по Джою его вычислили офицеры Колчака, занявшие город и разыскивающие цареубийц. Так четвероногий друг отомстил за смерть маленького хозяина.

Летемина арестовали и допросили, а спаниеля забрал к себе полковник Павел Родзянко. Во время отступления Колчака царский офицер, прихватив Джоя, бежал во Владивосток, а оттуда — в Великобританию. Король Георг V радушно принял Родзянко во дворце и попросил оставить легендарного спаниеля. Джой прожил долгую и сытую жизнь и был похоронен на кладбище королевских собак в Виндзорском замке.

А любимый цесаревичем Котька долго бегал по пустому Зимнему в поисках хозяина, пока его вместе с другими кошками не выпроводили из помещения.

Елена ПЕТРОВА