Название Курск выводят то от куропаток, которые некогда в большом количестве обитали в здешних местах, то от кур, которых здесь издревле разводили. Это может настраивать на легкомысленный лад, но история Курска полна страниц поистине героических.

РУЧЕЙ КУР

Датой основания Курска считается 1032 год, под которым город впервые упоминается в написанном Нестором Летописцем «Житии Феодосия Печерского». Однако археологические исследования однозначно показывают, что первые поселения при слиянии ручья Кур и реки Тускарь возникли задолго до нашей эры. Впрочем, забираться в такую древность особого смысла нет.

Ручей Кур, давший название городу, во времена Древней Руси, видимо, представлял собой вполне судоходную реку, а весь бассейн реки Сейм и впадающей в нее реки Тускарь использовался для «переволок» на пути «из варяг в греки».

Укрепление в треугольнике, образуемом Куром и Тускарем, уже при князе Владимире Святом было защищено деревянными стенами и перекрывающим сухопутный участок рвом. А в 1032 году, при Ярославе Мудром, город являлся достаточно крупным торгово-ремесленным центром.

После смерти Ярослава Мудрого на Руси начался период раздробленности. Курское удельное княжество впервые упоминается в 1095 году как владение сына Владимира Мономаха — Изяслава. В следующий раз оно попадает на страницы летописи через тридцать с небольшим лет в качестве «яблока раздора» между кланами Мономаховичей и конкурирующих с ними Ольговичей, известных также за свою манеру наводить на Русскую землю половцев как Гореславичи.

Поздние поколения Ольговичей с половцами тоже воевали, примером чему — правивший в Курске 1180-1196 годах Всеволод Святославич, фигурирующий в «Слове о полку Игореве» под прозвищем Буй-тур (у половцев — дикий бык). Вместе со своим братом Игорем он участвовал в неудачном походе 1185 года, попал к кочевникам в плен, вскоре освободился и продолжал воевать против них, а также участвовать во всех межкняжеских разборках. Летописцы отзываются о Всеволоде с теплотой, называя его «удалейшим из всех Ольговичей, величественным наружностию, любезным душою».

Его предполагаемый племянник — Олег Курский — был участником роковой битвы с монголами на реке Калке. Он выжил, а в 1226 году участвовал в междоусобице уже внутри клана Ольговичей, деливших Черниговское и Новгород-Северское княжества.

ОГНЕМ И МЕЧОМ

Батыево нашествие привело к разорению Курской земли, хотя и не совсем ясно, когда кочевники прошлись по ней огнем и мечом — в 1237 году (в самом начале похода) или в 1239-м (когда двинулись на Киев).

Археологи утверждают, что город быстро восстановился, но покоя Курской земле не было. В конце XIII века она оказалась в сфере влияния темника Ногая. Тот отдал ее в откуп баскаку Ахмату. С ним в борьбу вступили два местных князя — Олег и Святослав. Не справившись с Ахматом, они начали воевать друг с другом. В итоге Курщина вновь оказалась разоренной.

Зато в связи с этими событиями появилось жизнеутверждающее предание о том, как некий охотник 8 сентября 1295-го нашел в лесах, расположенных возле сожженного татарами Курска, икону Богоматери «Знамение». Она лежала ликом вниз на корне дерева, в связи с чем и получила название Коренная.

На месте находки охотник и его товарищи построили часовню, но позже икону перенесли в Курск. Когда именно это случилось — неясно, поскольку то, что происходило в этот период на здешних землях, в летописях почти не отразилось. Известно лишь, что после победы князя Ольгерда над монголами на Синих Водах (1362) эти земли вошли в орбиту Великого княжества Литовского.

Но от татар Курщина по-прежнему страдала. Так, в 1383 году, во время очередного набега, татары рассекли Курскую-Коренную икону на части. Однако священник Боголюб нашел кусочки иконы, сложил их, как мозаику, и они срослись. После этого для святыни построили новую часовню.

ОБОРОНА ОТ ПОЛЯКОВ

В 1508 году, в результате очередной русско-литовской войны, курские земли вошли в состав Московского государства. Литва периодически пыталась их вернуть, но не слишком настойчиво. Во всяком случае, от набегов крымских татар Курщина страдала сильнее, чем от литовцев.

Для отражения татарских набегов московские правители начали возводить пограничные крепости. Их гарнизоны комплектовались, в том числе, преступниками. Одним из таких городов-крепостей и стал Курск. В царском указе 1582 года говорилось: «тех, кто с суде лжет и пишет ябеду» надо кнутом бить, а потом записывать в казаки и отсылать в «украйные города Севск и Курск» нести пограничную службу.

В 1596 году по приказу царя Федора Иоанновича была восстановлена деревянная крепость в треугольнике, где сливаются Кур и Тускарь. А вот образ Богородицы — главную курскую святыню — забрали в Москву.

События Смутного времени показали, что Курскую крепость восстановили кое-как. Зато куряне, не балуемые центральной властью, проявили себя в эти годы настоящими патриотами. Они отказались принимать в качестве русского царя навязываемого Семибоярщиной польского королевича Владислава, а поддержали ополчение Минина и Пожарского.

Чтобы покарать строптивых курян, а также чтобы просто пограбить, поляки отправили на Курск отряды полковников Родкевича и Старинского, добавив к ним запорожских казаков. Этот налет застал жителей города врасплох. Из посада они бросились в деревянную крепость.

Преследуя их, поляки и запорожцы сразу устремились на штурм и подожгли стены в нескольких местах. Храбрый и деятельный воевода Юрий Татищев, имея незначительное число воинов, решил, что удержать весь периметр «Большого острога» не сможет, и начал отходить в «Малый острог», стены которого зияли проломами. Ситуация была отчаянная, но Татищеву все-таки удалось отразить вражеский натиск и даже наскоро заделать проломы в стенах.

На переданное через парламентера предложение сдаться защитники крепости ответили гордым отказом. Тогда враги нацелились на Пятницкую башню. Куряне подпустили их поближе и встретили сокрушительным артиллерийским и оружейным огнем. После этого бить по воротам тараном стало уже некому.

Затем Татищев приказал сжечь разваливавшуюся и только затруднявшую оборону Меловую башню. Противник, увидев дым, снова ринулся на штурм и уже в третий раз откатился с большими потерями.

Следующие три недели поляки вели правильную осаду. Имевшиеся у защитников припасы подошли к концу, поэтому они решили идти на прорыв, чтобы укрыться в лесах. Однако некая попадья выдала этот план врагам, и поляки с запорожцами организовали кавалерийскую засаду. Но тут, если верить «Повести о граде Курске и иконе Знамения Божьей Матери», начались какие-то «страшные явления». Они вызвали панику среди осаждавших, а защитники крепости, наоборот, прониклись верой в то, что Богородица им непременно поможет. И через неделю враги отступили.

ПОДВИГИ РОМОДАНОВСКИХ

Во исполнение обета куряне построили в крепости церковь Рождества Пресвятой Богородицы, с которой начался Курский Знаменский Богородицкий монастырь. А в 1615 году царь Михаил Федорович приказал вернуть Курску чудотворную Коренную икону.

В 1634 году поляки снова осаждали Курск, причем снова в январе, но вместо четырех недель ограничились всего четырьмя днями. 20-тысячное польское войско возглавлял князь Иеремия Вишневецкий. Ему противостоял полуторатысячный гарнизон.

Воевода Петр Ромодановский нападения не ждал. Поляки пленили конный разведывательный пикет, но один из пленников — Никифор Мальцев — сумел бежать и предупредил курян об опасности.

И все же польский авангард сумел с ходу овладеть Меловой башней. Но она оказалась настолько ветхой, что под тяжестью набившихся в нее людей стала шататься. Нападавшие бросились наружу, а русские смогли лучше подготовиться к обороне.

Главный приступ поляки повели против Пятницкой башни. И снова, как и в годы Смуты, куряне подпустили врага вплотную и встретили шквальным огнем. Желание идти на штурм у полков сразу пропало. Потоптавшись три дня и намучившись от вылазок осажденных, Вишневецкий ретировался.

В 1663 году внук Петра Ромодановского — Григорий Ромодановский — отразил очередной набег на Курщину, хотя дальше Рыльска и Путивля поляки тогда не продвинулись. Через четыре года было заключено Андрусовское перемирие. Граница с Польшей отодвинулась на юг, а вся Левобережная Украина вошла в состав Московского царства.

ЭКСТРАВАГАНТНЫЙ ИЗОБРЕТАТЕЛЬ

Перестав быть пограничным городом, Курск благополучно развивался как торгово-ремесленный центр. Именно через него украинское зерно поставлялось в Центральную Россию, а многие купцы делали себе состояние на государственных поставках.

При Александре II, когда в империи начался железнодорожный бум, через город тоже прошла стальная магистраль (1868), а один из вокзалов Москвы получил название Курского. В России, впрочем, Курск знали прежде всего по его святыне — Курской-Коренной иконе Божьей Матери. На Пасху с ней устраивали крестный ход, увековеченный на картине Ильи Репина «Крестный ход в Курской губернии».

Если внимательно посмотреть на полотно, то будет видно, что «передовая общественность» воспринимала подобные мероприятия как «пережитки» и свидетельство пресловутой «отсталости». 8 марта 1898 года представители этой самой «передовой общественности» устроили весьма странную акцию — заложили под Курскую-Коренную икону взрывное устройство.

Как и было задумано, рвануло глубокой ночью, так что обошлось без жертв. Правда, храму был нанесен серьезный ущерб, но сама икона не пострадала. И это только повысило авторитет святыни в глазах народа.

Через три года случайно выяснилось, что организатором акции был курский изобретатель-самоучка Николай Уфимцев. Его приговорили к пяти годам ссылки.

Советская власть относилась к Уфимцеву доброжелательно и даже выделяла кое-какие деньги на его проекты, а созданный им в 1929 году для освещения нескольких домов ветрогенератор (между прочим, первый в стране!) стал курской достопримечательностью.

ГОРОД ВОИНСКОЙ СЛАВЫ

К 1917 году в Курске проживало почти 60 тысяч человек, 95% из которых были русскими. Однако после Брестского мира значительная часть Курской губернии была, так сказать, явочным порядком занята войсками подконтрольной Германии Украинской державы. Впрочем, уже в ноябре 1918 года большевики денонсировали Брестский мир, и Красная армия устремилась на юг.

Однако осенью 1919 года Курск заняли наступавшие на Москву войска генерала Деникина. Они удерживали город почти два месяца. Потом деникинцы отступили, а вместе с ними покинул Курск и курский архиепископ Феофан (Гаврилов), взявший с собой Коренную икону. Через год она была вывезена из России, когда эвакуировались последние части армии Врангеля. Икону доставили в Белград, а после того как к власти в Югославии пришли коммунисты, ее увезли еще дальше — в США. С 1958 года Коренная икона находится в Нью-Йорке — в Синодальном Знаменской соборе. Советскую власть судьба святыни не волновала. В годы первых пятилеток Курск ассоциировался не с ней, а с Курской магнитной аномалией — крупнейшим в мире железнорудным бассейном (называемом аномалией из-за его воздействия на магнитную стрелку).

В Великую Отечественную войну Курск очень сильно пострадал. В начале ноября 1941 года на подступах к городу шли оборонительные бои. Курск пришлось оставить. В феврале 1943 года он был освобожден в ходе операции «Звезда» частями 60-й армии Ивана Черняховского.

В линии советско-германского фронта образовался выступ — Курская дуга. Немцы решили ударить в основания этого выступа. Результатом стала Курская битва, закончившаяся поражением вермахта, освобождением Орла, Харькова, Белгорода, выходом Красной армии к Днепру и взятием 7 ноября Киева.

Курская битва была одним из крупнейших сражений Великой Отечественной войны, а Курск стал почти таким же символом Победы, как Сталинград. Но город и область, конечно, пришлось восстанавливать, что и было успешно сделано.

В 2007 году Курску присвоили почетное звание «Город воинской славы». Также в постсоветское время был восстановлен Знаменский монастырь. Сюда даже привозили Коренную икону. Но оставлять ее в Курске не стали — увезли в Америку.

Владислав Фирсов