Мы привыкли считать, что в жизни Надежды Константиновны Крупской был только один мужчина — Владимир Ильич Ленин. Однако некоторые факты заставляют усомниться в этом.

ЖЕНА ИЛИ СЕКРЕТАРЬ?

Портрет Надежды Крупской был знаком каждому советскому школьнику: полноватая сутулая женщина неопределенного возраста с глазами навыкате (последствия тяжелого заболевания щитовидной железы). Ни у кого не возникало мысли порассуждать о ее личной жизни. Между тем есть свидетельства, что Владимир Ульянов-Ленин был у нее не первым мужем.

Крупская родилась в Петербурге в бедной дворянской семье. Ее отец, отставной офицер, принимал участие в работе Первого Интернационала в качестве помощника довольно известного марксиста Николая Утина. Так что с марксизмом Крупская познакомилась гораздо раньше Ленина. Она, кстати, была знакома и с некоторыми эсерами-террористами, хорошо разбиралась во взрывном деле и оружии.

Надежда с золотой медалью окончила частную гимназию Оболенской и год проучилась на Бестужевских женских курсах. Потом преподавала в воскресной школе, входила в марксистские кружки.

В 1894 году Крупская познакомилась с Лениным. По свидетельствам очевидцев, большого впечатления они друг на друга не произвели. А летом 1896 года Крупскую арестовали и после семимесячного заключения приговорили к ссылке в Уфу.

Но в Уфу она не поехала, а отправилась в Шушенское, где уже находился в ссылке Ленин. Для этого была использована лазейка в законодательстве: Крупская и Ульянов заявили, что желают заключить брак и, соответственно, отбывать наказание вместе.

10 июля 1898 года в Шушенском состоялось их венчание, которое сама Надежда Константиновна назвала «комедией», поскольку оба являлись убежденными атеистами.

В годы перестройки в прессе мелькала информация, что их брак был фиктивным. Крупская попросилась в Енисейскую губернию, потому что там жило много социал-демократов, и ей, ценному партийному работнику, логичнее было находиться рядом с ними, а не где-то в Уфе. А при Ленине она состояла кем-то вроде секретаря. Владимир Ильич, собственно, и не рассчитывал на супружеские отношения с ней, по крайней мере, в тот момент.

А незадолго до венчания в Енисейской губернии появился еще один ссыльный революционер — Виктор Курнатовский. Он много времени проводил с Крупской, что вызывало пересуды. Нашлись люди, которые указывали на это Ленину. Но Владимир Ильич лишь отмахивался: ему и нужен был секретарь, а не жена.

Действительно, Крупской было уже 29 лет и она считалась незавидной невестой. К тому же все больше прогрессировала ее болезнь.

ИЗ РОССИИ В АРГЕНТИНУ

Казалось бы, все эти рассуждения смотрятся логично. Но хороший знакомый Ленина и видный большевик Глеб Кржижановский говорит о Надежде Константиновне «шушенского периода» совсем по-другому: «В молодости она необыкновенно была хороша, что-то во внешности ее было приковывающее, одухотворенное… Коса ниже пояса: бывало, ахали в Шушенском». На самом деле между Курнатовским и Крупской ничего не было. Он просто привез ей… согласие первого мужа на развод.

Согласно некоторым источникам, этот первый муж — эсер Борис Герман, публицист, оратор, а впоследствии член боевой организации. Правда, их отношения с Крупской не были официально зарегистрированы, то есть они не заключали религиозный брак, а никакой другой государство не признавало.

Борис был на 9 лет старше Надежды. А познакомились они в Петербурге в 1890 году, когда Герман учился в столичном университете.

Сам он никакой тайны из отношений с Крупской не делал, о них хорошо знали и в эмигрантской среде. Этот факт отражен в биографическом справочнике «Латинская Америка в орбите мировой революции», а также в Британской энциклопедии.

В Советском Союзе о Борисе Германе старались говорить поменьше. Известно, что он приложил руку к расколу партии эсеров и сделался заметной фигурой среди эсеров-максималистов. Октябрьскую революцию категорически не принял и вроде бы даже написал, что «Ленин большой подлец и с ним необходимо бороться».

Но сам Герман в этой борьбе не участвовал, а эмигрировал в Аргентину, где стал видным анархистом. Он попытался применить там свой российский опыт экспроприаций — с успехом ограбил несколько банков, чтобы пополнить анархистскую кассу.

Однако удача отвернулась от бывшего эсера: в 1924 году его арестовали и приговорили к 25 годам тюрьмы. Спустя четыре года Герман скончался. Что он на самом деле значил в судьбе Крупской — об этом мы вряд когда-нибудь узнаем.

Федор Кушнир