История монгольских завоеваний не закончилась со смертью Чингисхана. Он создал настолько эффективную империю, что его преемники ещё долго продолжали экспансию, следуя завету «Потрясателя Вселенной» — «омыть копыта монгольских коней в водах последнего моря»

Внук Чингисхана Хубилай подчинил себе весь Китай и основал новую династию Юань. Он планировал установить контроль над всей Юго-Восточной Азией, но обломал зубы о маленький Вьетнам. А виной тому стал генерал Чан Куок Туан (известный также как Чан Хынг Дао), отразивший три монгольских вторжения. Точная дата его рождения неизвестна, историки предполагают лишь, что произошло это между 1225 и 1228 годами. Вьетнам в то время переживал сложные времена, и появление на свет будущего национального героя осталось незамеченным.

У подножия трона

Отцом Чан Куок Туана был Чан Льеу — старший брат, правителя страны Чан Тхан Тонга. Незадолго до этого представители семьи Чан свергли с престола династию Ли и основали новое государство, которое стало называться «Королевство Дайвьет».

Оно включало в себя территории нынешнего Северного Вьетнама и простиралось дальше на север, на области, теперь принадлежащие Китаю. На юге оно граничило с другим вьетнамским королевством — Тямпа, на западе — с могущественной кхмерской империей Камбуджадеша, а на севере — с китайским царством Южная Сун.

Отец Туана на трон не претендовал, хотя и принимал активное участие в перевороте. Он был приверженцем буддизма, при новой династии оказавшегося не в почете. Личность матери Туана вообще неизвестна. Видимо, она умерла очень рано, так как он был усыновлен королевой Туи Ба.

Несмотря на то что Туан родился в деревне, куда удалился его отец, его еще в раннем возрасте приняли при дворе и передали лучшим учителям. Его описывают как человека с хорошими манерами, начитанного, обладавшего благородной внешностью. Молодой Туан был сведущ не только в военном деле. Он разбирался в литературе, математике, финансах, философии, владел несколькими языками (кхмерским, китайским).

Туана готовили к административной карьере, однако в 1237 его судьба совершила крутой поворот. Бездетный король Чан Тхан Тонг вознамерился жениться заново. Его министр Чан Тху До выбрал в невесты одну девушку знатного рода. Но к ней же сватался и отец Туана, причем его сватовство было уже принято. Тем не менее, помолвка была расстроена, и девушка вышла замуж за короля.

Разозленный Чан Льеу собрал войска и выступил против брата — тем более что страна была охвачена волнениями и готова к мятежу. Туан был слишком мал, чтобы принимать участие в битвах, но хорошо запомнил обстановку военного лагеря. Повстанцы, серьезно уступавшие в численности правительственным войскам, были разбиты.

Выгодная женитьба

Однако король пощадил своего брата и его сына, в основном благодаря заступничеству Туи Ба. Туан смог продолжить обучение при дворе и даже получил в жены племянницу королевы — Тхиень Тхань. Это принесло ему положение в обществе и богатство, ведь за невестой дали богатое приданое.

Тогда же юноша получил и второе имя — Чан Хынг Дао (под которым сейчас более известен). Когда именно он начал военную службу, неизвестно. Но для того, чтобы получить хоть сколько-нибудь значимый пост в армии Дайвьета, нужно было обладать значительными средствами, которые позволили бы сформировать собственный отряд.

Вероятно, это произошло вскоре после свадьбы, потому что в 1251 году он уже возглавлял эскадру, которой было поручено бороться с пиратами, терроризировавшими побережье страны. Спустя год Куок Туан успешно сражался на море с флотом короля Тямпы. В 1256 году ему доверили охрану северных границ, где появились монголы.

Куок Туан попытался перекрыть границу цепью небольших фортов. Они должны были не столько задержать вероятного противника, сколько обнаружить его и послать весть вглубь страны. Между фортами непрерывно патрулировали дозоры, на удобных тропах были устроены засады. Даже на сопредельную территорию Куок Туан приказал регулярно отправлять тайные разъезды, чтобы собирать информацию в приграничье.

В конце 1256 года монголы дали о себе знать, отправив в Дайвьет послов. Те уверяли, что хотят напасть на территорию Сун с юга, и просили прохода через вьетнамские земли. Куок Туан приказал посадить послов в тюрьму, опасаясь, что это просто шпионы. Тогда Хубилай, которому было поручено покорение Южного Китая, отправил против Дайвьета 15-тысячное войско.

Возглавлял его Урянхатай — сын великого монгольского полководца Субэдэя. Быстро развивая наступление по удобным прибрежным дорогам, монголы легко взяли столицу Дайвьета Тханглонг (ныне — Ханой). Урянхатай нес большие потери от жары, эпидемий и партизанских действий Куок Туана — его войска не стали давать сражение превосходящим силам на границе, но неотступно следовали за завоевателями.

Взбешенный Урянхатай вырезал всех жителей города, которые не успели уйти, но ничего не мог поделать с партизанами. Он находился в крайне тяжелом положении и подумывал об отступлении. Однако король, вопреки настояниям Чана, признал себя вассалом монголов и согласился выплачивать небольшую дань.

Некоторое время сохранялись мирные отношения, но в 1260 году Хубилай провозгласил себя великим ханом. Для войны с Китаем ему требовалось все больше денег, а потому его баскаки все больше наглели. В результате отношения между странами охладели. Дайвьет все еще платил дань, однако король приказал Куок Туану готовить войска к новой войне.

Выиграть время

В 1278 году на престол взошел Чан Ням Тонг. Он радикально сменил государственный аппарат и начал избавляться от армейского руководства, которому доверяли в предыдущее царствование. К тому же монгольская угроза больше не казалась такой страшной: Хубилай много лет воевал с китайцами, а его империю раздирали смуты.

Чан вынужден был удалиться в родное поместье — по правилам вьетнамского двора сановники и принцы, не имевшие конкретных поручений, должны были жить в своих владениях, а в столицу являться только по вызову. В Дайвьете полагали, что монголам достаточно дани, выплачиваемой раз в три года, но просчитались.

Хубилай вызвал в свою ставку Ням Тонга и напомнил о его долге вассала. Король отправил вместо себя дядю Чан Ди Ая и ограничился формальным изъявлением покорности. Хан пришел в ярость и в 1281 году двинул против Дайвьета войска, намереваясь посадить на трон Ая. Но большую армию дать ему он не смог, так что Ай был наголову разбит вызванным из опалы Чаном.

В 1279 году монголы закончили покорение южнокитайского царства Сун. Хубилай известил об этом все известные ему государства Юго-Восточной Азии, потребовав признания своей власти. Практически все согласились с его требованием. Одни полагали, что находятся слишком далеко от монголов, другие надеялись на то, что их защитят море или непроходимые джунгли, третьи и в самом деле рассчитывали на покровительство и союз с великим ханом.

Король Дайвьета собрал большой совет, члены которого в основном высказались за сопротивление монголам. Однако Куок Туан неожиданно посоветовал принести вассальную присягу, пока монголы не требуют многого. «Они легко могут растоптать нас своими конями, но не смогут из седла управлять нашей страной», — сказал полководец.

Он рассчитывал на передышку: пока Хубилай будет наказывать тех, кто выкажет открытое неповиновение, Дайвьет успеет подготовиться к войне. После долгих раздумий король согласился с Куок Туаном и предоставил ему чрезвычайные полномочия. Закипела работа: спешно строился военный флот и базы для него на островах, удаленных от берега. В труднодоступных районах возводились целые укрепрайоны и строились убежища для населения равнинных провинций на случай нового вторжения.

Тактика выжженной земли

Создавались тайные хранилища провизии и оружия, а опытные офицеры и солдаты обучали мирное население азам военного дела. Куок Туан понимал, что в открытом сражении вьетнамцы не смогут тягаться с воинами Хубилая, и делал ставку на превосходство на море, мобильность и всеобщую партизанскую войну. В случае вторжения целая страна должна была раствориться в джунглях и оттуда разить неприятеля.

И действительно, монголы решили начать покорение Вьетнама с Тямпы, правитель которой ответил Хубилаю отказом. Наместник в Гуанчжоу Согету организовал против этого королевства морскую экспедицию и захватил его столицу Виджайю. Но против партизанской войны он оказался бессилен и в 1284 году вернулся восвояси. Неудачу монголы восприняли как оскорбление и начали готовиться к завоеванию Тямпы всерьез.

Согету представил Хубилаю новый план. Он подразумевал вторжение и с моря, и с суши. Но во втором случае требовалось пройти через Дайвьет. Монголы строили расчеты на том, что Чан Ням Тонг — их вассал. Хубилай потребовал пропустить свою армию, и король готов был согласиться, однако Куок Туан, назначенный главнокомандующим, заявил, что не откроет дорогу ни в коем случае.

Армия оказалась на стороне генерала. Правда, под его командованием было всего 15 тысяч солдат. Весной 1285 года сын Хубилая Туган вторгся в Дайвьет во главе 70-тысячной армии. Одновременно в Чампе высадилось 40-тысячное войско Согету. Куок Туан отослал флот на помощь южным соседям и запретил посылать ему подкрепления, чтобы сохранить войска.

Его небольшая армия серьезно измотала монголов и потерпела поражение только в июне. Туган взял Тханглонг, но нашел его совершенно пустым, как и большинство захваченных монголами селений. Он продолжил наступление на юг, а через Тямпу на север с боями прорывалась армия Согету.

Войска Дайвьета отступали к границе с Тямпой, периодически нанося серьезные потери оккупантам и применяя тактику выжженной земли. Монголы вознамерились взять армию Куок Туана в клещи, но флот Согету потерпел сокрушительное поражение от объединенных сил Дайвьета и Тямпы. Южный корпус монголов таял на глазах, а в одной из стычек погиб и сам Согету.

«Убивать монголов»

Получив эти известия, Туган понял, что остался без снабжения по морю, а на месте прокормить войска было просто нечем. Не видя другого выхода, он повернул обратно, но оставался южный корпус, который все еще насчитывал около 20 тысяч солдат. Куок Туан собрал свои силы в кулак и заманил монголов в такое место, где их конница была бессильна. Из джунглей не выбрался ни один захватчик, а вьетнамцы получили опыт побед над степняками в крупных полевых сражениях.

Хубилаю был предложен мир, но он проигнорировал вьетнамское посольство. На следующий год монголы попытались повторить вторжение, но оно закончилось, еще не начавшись. Сначала Куок Туан рейдами на чужую территорию уничтожил запасы продовольствия, которые монголы готовили для армии Тугана, а затем вьетнамский флот подловил и уничтожил огромную эскадру противника. Понимая, что на снабжении армии в ближайшее время поставлен крест, Хубилай свернул военные действия.

Третье вторжение произошло в конце 1287 года. Армия под общим командованием Тугана насчитывала 170 тысяч монгольских и китайских воинов, 25 тысяч союзников Китая из племен, живших в Юньнане и Хунане, а также 500 кораблей. Туган разделил свои силы на три корпуса.

У Куок Туана хорошо была поставлена разведка, а кроме того, значительно возросли его силы. Регулярная армия насчитывала около 50 тысяч человек. Однако, если считать крестьян и горожан, обученных приемам партизанской войны, число сражавшихся вьетнамцев превысило 200 тысяч. Все офицеры и солдаты поклялись сражаться до конца, и почти каждый сделал на правой руке татуировку со словами «Сат Тхат», что означало «Убивать монголов».

Куок Туан тоже разделил свои силы и оседлал три перевала, ведущие в равнинную часть Дайвьета. Пока продолжалась их оборона, буквально вся страна снялась с насиженных мест. Когда Туган все же прорвался к вьетнамской столице, она снова оказалась совершенно пустой.

Тем временем в тылу у Куок Туана действовал корпус монгольского полководца Умар-Батура, высаженный с моря и продвигавшийся на юг. Но монголам было буквально нечего захватывать: деревни они нашли сожженными, города — пустыми, а посевы уничтоженными — им даже некого было убивать, чтобы навести ужас на мирное население.

Речная ловушка

Туган мог занести себе в актив разве что победу над генералом Чан Нят Зуатом, опрометчиво ввязавшимся в сражение с основными силами монголов. В марте 1288 года вьетнамцы захватили весь транспортный флот противника с запасами оружия и продовольствия.

Солдаты Тугана стали роптать, требуя возвращения на родину. Но он решил продолжать кампанию, собрав все силы в кулак. Монгольский флот двигался по реке Бать Данг на соединение с Туганом. Недалеко от устья Куок Туан устроил противнику ловушку. В дно реки во время отлива были вбиты заостренные колья, которые прилив скрыл. Тем временем вьетнамцы вызвали на бой Умар-Батура, сопровождавшего корабли по суше.

Началась яростная схватка. Войска Куок Туана начали притворное отступление, и монгольские корабли бросились преследовать противника. На них из многочисленных протоков набросились сотни кораблей Дайвьета. Умар-Батур, опасаясь окружения, приказал отходить. Но начался отлив, и его корабли наскакивали на вбитые в дно бревна. Около 400 судов погибли или были захвачены.

Узнав о гибели флота, Туган приказал спешно отступать. Вскоре отход превратился в паническое бегство из-за постоянных атак партизан. На перевале Ной Банг монголы вообще попали в засаду — Куок Туан не собирался выпускать их живыми, чтобы навсегда отбить охоту вторгаться в Дайвьет. Тугану, которого его офицеры защищали буквально собственными телами, удалось прорваться в Китай, но это стоило ему половины остававшихся с ним войск.

За свою победу Куок Туан получил целую россыпь громких титулов, но сам больше всего ценил звание Тхай Сы (Великий наставник). По королевскому указу никто не мог занимать в армии офицерскую должность, не сдав экзамена по главному теоретическому труду Чана — «Наставлению по военному делу». Он провел еще две или три кампании против Чампы, одержав блестящие победы и существенно расширив территорию Дайвьета. Последние годы жизни он провел в своем поместье и скончался в 1300 году.

После смерти Чана буквально обожествили — в его честь возводили храмы, а в народе называли не иначе как Дук Тхань Чан — Святой Чан. А в годы американской агрессии в 1970-е имя Куок Туана стало символом сопротивления вьетнамского народа.

Борис ШАРОВ