Бунт албанского Сталина

Автор: Maks Мар 21, 2022

Из стран Восточной Европы, в которых после Второй мировой войны коммунисты пришли к власти, Албания была самой маленькой и бедной. Но именно албанское руководство бросило Кремлю вызов и занялось строительством социализма в одной отдельно взятой стране, наглухо отгородившись от соседей и даже не особо пытаясь найти союзников.

Каковы были причины столь странного поворота событий?

Появившаяся на европейской карте в 1912 году, Албания явилась плодом достаточно случайной комбинации факторов, связанных с борьбой великих держав за контроль над Балканами. Сами албанцы, будучи довольно древним народом, не отличались тягой к объединению, и государственная власть у них особым авторитетом не пользовалась. Кстати, в 1924 году премьером страны стал глава Албанской православной церкви «красный епископ» Фан Ноли, пытавшийся заключить союз с Москвой, но свергнутый наемниками-белогвардейцами. Его короткое правление было, можно сказать, прологом к появлению коммунистов.

Сталинским курсом

После свержения «красного епископа» установилась марионеточная монархия Ахмета Зогу, которого в 1939 году свергли итальянцы, объявившие Албанию своим протекторатом.

В стране набрало силу организованное коммунистами партизанское движение, причем антифашистская борьба во многих аспектах напоминала войну гражданскую, направленную против буржуазии и феодально-криминальных кланов. Лидером коммунистического движения стал сын торговца и бывший школьный учитель Энвер Ходжа, прозванный Албанским Сталиным.

Во Второй мировой войне Албания во многих отношениях двигалась по югославскому пути, но если оккупантов партизаны Тито изгнали с советской помощью, то из Албании враги убрались сами; Красной армии заворачивать в этот балканский уголок было незачем, да и некогда. В связи с этим Ходжа любил подчеркивать, что свою страну албанские коммунисты освободили без чьей-либо помощи. В Кремле по этому поводу его не осаживали. Сталину Ходжу впервые представили еще в 1938 году, и советскому вождю он понравился.

Конечно, не все указания Кремля албанскому лидеру нравились, но официально он их не оспаривал. Так, в 1947 году Сталин одобрил идею создания Балканской Федерации в составе Югославии, Болгарии и Албании. На роль главы нового государства прочили ветерана коммунистического движения болгарина Георгия Дмитрова. Но поскольку со здоровьем у него было плохо, никто не сомневался, что в скором времени придет и очередь Тито. Ходже при таком раскладе ничего не светило, но оспаривать кремлевскую генеральную линию он не рискнул — поступил хитрее, инспирировав брожение в верхах Албанской партии трудящихся (АПТ). Лидером недовольных стал самый молодой член ЦК Спиру Наку, застрелившийся после того, как из Кремля раздалось сердитое рыканье, и посмертно провозглашенный предателем.

А Ходже вскоре повезло, поскольку Москва сильно поссорилась с Белградом, и Сталин предпочел сделать вид, что проект Балканской Федерации — провокационная идея Тито.

Спиру Наку быстренько реабилитировали, а ответственность за его гибель возложили на главного противника Ходжи Кочи Дзедзе. Сменивший его на посту главы МВД и руководивший попутно спецслужбой Сигурими Мехмет Шеху начал настоящую бойню всех потенциальных оппозиционеров, объявленных «титоистами».

Перед судом Дзедзе пришлось пройти через пытки, а смертный приговор Шеху привел в исполнение лично, как он позже хвастался Хрущеву, задушив собственными руками.

Между тем тайные «титовцы» создали нелегальный Фронт сопротивления. Вечером 19 февраля 1951 года отвечавший за охрану дипломатических представительств Казим Лачи и уволенный из органов Хюсен Лула бросили в здание советского посольства самодельную бомбу. К счастью, никто не пострадал, хотя взрывной волной выбило несколько стекол.

В стране началась буря. Шexy буквально рыл носом землю, почти сразу восстановив реальную картину случившегося. Арестованного по горячим следам Лачи быстро казнили. Ударившийся в бега Лула погиб через несколько дней в перестрелке с агентами Сигурими. Взяли и других активистов Фронта сопротивления, попутно арестовав и членов запрещенных буржуазных партий.

В общей сложности были казнены 21 человек — политики, коммерсанты, представители интеллигенции. Оказалась среди них и женщина — биолог, первая албанка с университетским дипломом и школьная подруга Энвера Ходжи Сабиха Касимати.

«Обманувшая весна»

Энвер ХоджаМежду тем в Москве после смерти Сталина тоже началась борьба за власть, и Ходжа отправился изучить обстановку, а также напомнить о ранее озвученных пожеланиях в плане военной и финансовой помощи.

Обосновывая свои заявки, он говорил, что если советские люди раз в год пожертвуют своим завтраком в пользу албанцев, то Албания весь год сыта будет. Стоит ли, мол, мелочиться?

В Москве в запрашиваемой помощи ему не отказали, но сильно урезали, поскольку не собирались брать маленькую, но гордую страну на полное содержание.

Состояние, близкое к панике, у Ходжи началось после XX съезда, когда разоблачение сталинского «культа личности» дало повод для смещения ставленников покойного вождя в странах Восточной Европы.

Нельзя сказать, что этот процесс целиком контролировался Кремлем, но, в общем, выдвинувшийся на первый план Хрущев действительно был заинтересован, чтобы братские компартии возглавляли его люди. Однако процессы кадровых рокировок начали выходить из-под контроля. Польшу с трудом удалось удержать в московской орбите, а в Венгрии даже пришлось прибегнуть к интервенции. При этом с Югославией Хрущев предпочел замириться, признав, что советская сторона была неправа в этом конфликте.

Но в Албании же после XX съезда сложилась оппозиция, стремившаяся к организации собственной оттепели.

Решающая схватка произошла на партийной конференции АПТ в Тиране 14-20 апреля 1956 года. Хотя большинство делегатов было не на его стороне, Ходжа сумел перехватить инициативу. Возражать ему в резкой форме никто не решился, поскольку здание было оцеплено агентами Сигурими, а находившиеся в зале сотрудники спецслужб демонстративно записывали самых критично настроенных делегатов в блокнотики. В общем, оппозиция быстро сдулась, и выступления Ходжи провожали овациями.

Эта неудачная албанская оттепель известна сегодня как «Обманувшая весна 1956 года». Один из оппозиционеров генерал Панайот Плаку бежал в Югославию, где через год его все же достали агенты Сигурими. Другой генерал Дали Ндреу и его супруга, руководительница женского движения Лири Гега были приговорены к смертной казни. Беременность подсудимой на приговор не повлияла и его исполнение не отсрочила.

«Это сумасшедшие»

Жертвы «Обманувшей весны» рассчитывали на помощь Москвы, но Хрущев даже словечко за них не замолвил. Дело в том, что ценность Албании в его глазах резко повысилась, а соответственно выросли и акции Ходжи. Примирение с Югославией не позволило вернуть послевоенный уровень отношений, поскольку вступать в Варшавский договор (ВД) или Совет экономической взаимопомощи (СЭВ) Тито не соглашался. И тогда, для укрепления позиций на Балканах, Хрущев решил создать постоянную базу советских ВМФ в албанской Влере.

Согласие Ходжи было получено осенью 1957 года. Работы по базе велись быстро. Объем сделанного Хрущев оценил 30 мая 1959 года, когда вместе с Ходжей прошелся вдоль выстроившихся на причале Влеры экипажей подлодок и пообщался с капитанами.

Настроение у Никиты Сергеевича было хорошим. «Если разместить здесь мощный флот, все Средиземное море от Босфора до Гибралтара будет в наших руках! Мы любого можем зажать в кулак…»

Но Ходжу интересовало, что он получит взамен за такую прекрасную базу. И здесь Никита Сергеевич продемонстрировал неожиданное скопидомство, пообещав бесплатно построить только Дворец культуры да две небольшие радиостанции.

По сути, как и в случае с Мао Цзэдуном, Хрущев «не почувствовал» своего партнера. Не желая сводить все к личной неприязни, албанский лидер начал демонстрировать свою самостоятельность, облачая ее в форму идейных разногласий. В стране сохранялось почитание Сталина, что, кстати, напоминало ситуацию в Китае.

Самая большая после СССР и самая маленькая из социалистических стран оказались в одном лагере, причем в основе сделанного их лидерами выбора лежала личная неприязнь к Никите Сергеевичу, а также нежелание подвергать риску свои позиции, занимаясь развенчиванием сталинского культа.

В марте 1961 года, на совещании командования стран Варшавского договора маршал Гречко потребовал передать базу во Влере под свое «непосредственное командование». Албанцы ответили отказом и в начале мая, наведя береговые орудия, подвергли осмотру прибывший транспортник «Чиатури».

Это стало последней каплей. У советского командования возникло опасение, что, задействовав береговую артиллерию и наземные части, албанцы попытаются завладеть всей находящейся на базе техникой и вооружением. Сил для отражения такого нападения хватало, однако это означало бы ведение полноценных боевых действий капиталистам на потеху.

Для организации эвакуации из Севастополя прибыла мини-эскадра из крейсера, двух эсминцев и танкера «Золотой Рог» во главе лично с адмиралом Касатоновым.

Подготовка к эвакуации шла неделю. Ходжа с возмущением писал, что советские моряки «пробили резервуары, переломали койки, перебили стекла окон в зданиях, где они жили и работали, и т.д. Они пытались увести с собой все, до последнего болта, но своего они не добились».

Судя по всему, Ходжа опасался, что советские моряки попытаются вернуть уже переданные субмарины, и, вероятно, эти опасения были не беспочвенными. Правильно оценив обстановку, Касатонов понял, что захватить их можно только абордажем, и ограничился обязательной программой. 4 июня эскадра с личным составом базы на борту вышла из Влерского залива.

Хрущев в эти дни жаловался чехословацким руководителям: «С Албанией, где боготворят Сталина, у нас сейчас такие отношения, что хуже быть не может. Это сумасшедшие. Мы остановили всю помощь. Даже там, где строительство объектов Албании завершено на 95%, мы не будем это достраивать — не помогать же нам своим врагам! Мы вскоре отзовем всех наших специалистов».

Полный разрыв

Формально Албания продолжала состоять и в СЭВ, и в ВД, но фактически уже направлялась на выход.

В августе на совещание представителей восточноевропейских компартий в Москве по поводу возведения Берлинской стены Ходжа послал своего молодого выдвиженца Рамиза Алию. Хрущев вскипел самоваром: «А потом Ходжа пришлет свои штаны и скажет: мои штаны представляют меня». Алию на совещание не пустили.

Неудивительно, что на XXII съезд КПСС, где албанцам собирались устроить показательную порку, из Тираны прислали какую-то уж совсем несерьезную делегацию. Хрущев в первый же день съезда обвинил албанских руководителей в том, что они «продались за 30 сребреников империалистам». Представители братских компартий отмалчивались, а возглавлявший китайскую делегацию Чжоу Эньлай заявил, что «огульную критику руководства Албании нельзя рассматривать как серьезный, марксистско-ленинский подход».

В унисон китайцы и албанцы высказались и насчет выноса тела Сталина из Мавзолея в последний день съезда. Китайская делегация возложила венки к новой могиле вождя, а Ходжа назвал перезахоронение «уникальным кощунством».

25 ноября советский посол Иосиф Шикин покинул Тирану. Албанский посол Нести Насе выехал из Москвы 3 декабря 1961 года.

Москва объяснила разрыв дипотношений «недружественными действиями против советских дипломатов и граждан, что связано с антисоветской политикой албанского руководства». Тирана — «подрывной, шпионской работой немалого числа советских дипломатов, их попытками диктовать руководству нашей страны внутреннюю и внешнюю политику».

Албания ушла в почти одиночное плавание. Не особо сближаясь, Ходжа сотрудничал только с Китаем. Но когда вместо Мао лидером Поднебесной стал Дэн Сяопин, с Китаем тоже порвали.

Преемником почившего Ходжи в 1985 году стал Рамиз Алия — тот самый, которого Хрущев сравнил со штанами. В апреле 1991 году, после «перехода к демократии», парламент назначил его президентом страны, но продержался он на этом посту чуть менее года.

Дмитрий МИТЮРИН

СВЕРГНУТЬ НЕ СМОГЛИ

Хрущев прорабатывал варианты военной операции по свержению Ходжа, но осуществить ее без участия Югославии было невозможно. Тито предложение Кремля отверг и даже предупредил о нем албанского лидера. Ходжа ответил: «Благодарю вас, маршал, за порядочность», однако выстраивать альянс с Белградом даже не пытался — понимал, что хотя Югославия меньше СССР, зато в силу географических факторов поглотить Албанию ей будет проще.

  Рубрика: Дворцовые тайны 184 просмотров

Предыдущая
⇐ ⇐
⇐ ⇐

https://zagadki-istorii.ru

Домой

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

SQL запросов:44. Время генерации:0,259 сек. Потребление памяти:9.04 mb