«У меня в жизни было три большие любви, — говорил актер и телеведущий Игорь Кваша. — «Современник», жена Татьяна и «Жди меня»». В той передаче он проработал без малого пятнадцать лет. «Тысячам людей помог встретиться! — восклицал актер Олег Басилашвили. — Вы видели его глаза во время эфиров? Игорь не играл, как Малахов, а помогал людям. Помогал не для телевизора, а на самом деле! Тяжело ему это давалось, очень тяжело».

С режиссером «Жди меня» у ведущего был договор: если он не выдержит, заплачет, то кадр под нож. «С фильмами было проще, — объяснял Кваша. — Ты уже сценарий читал, все знаешь, понимаешь. А в телестудии реальные люди, реальные эмоции — и каждый выпуск как удар по сердцу. Но мои слезы были не для эфира!» Одна ясновидящая как-то сказала актеру: «Слишком близко к сердцу все принимаешь. Так нельзя!» И посоветовала после съемок сидеть со свечкой. «Пробовал, — шутил Кваша. — Не помогло. Не уверен, прихожу ли вообще в себя после передач. Все истории остаются во мне, я их все помню. Этакая энциклопедия человеческих судеб».

«А Сталин это слышал?»

Коренной москвич 1933 года рождения, Игорь Кваша был мальчиком хулиганистым. И его отец, как-то записав граммофонную пластинку, незаметно выключил радио, а проигрыватель включил. Суровый голос объявил «в эфире» о непослушном ребенке Игоре Кваше и перечислил его прегрешения. Тот испугался и побежал к маме, мол, не слышал ли ту передачу сам товарищ Сталин? Малыш даже драться перестал в арбатских переулках, правда, ненадолго. Потом его отец ушел на фронт, хотя призыву как доктор химических наук Института имени Менделеева не подлежал. Ушел добровольцем и не вернулся.

Мать Игоря о гибели мужа знала, но сыну о том не рассказывала, боясь его травмировать. И он продолжал папу ждать, а когда вырос и стал ведущим «Жди меня», то принялся искать однополчан отца, мечтая найти его могилу. Говорили даже, мол, ради этого и согласился вести такую тяжелую передачу. Но это все было потом — годы спустя, а тогда после войны Кваша, окончив десятилетку, поступил в Школу-студию МХАТ. И в середине 1950-х вместе с Ефремовым, Табаковым и Волчек оказался в числе основателей «Современника». «Именно Игорь Владимирович, — вспоминал художник театра Борис Мессерер, — с особой яростью бился с цензурой за каждый спектакль. Он был главным идеологом, чем-то вроде Фурманова при Чапаеве-Ефремове. Ну и, конечно, переиграл множество ролей в спектаклях по Виктору Розову, Евгению Шварцу, Эрнесту Хемингуэю, Константину Симонову».

А в 1960-х Кваша стал сниматься в кино. Воплотил на киноэкране образ Карла Маркса («Год как жизнь») и получил звание заслуженного артиста РСФСР. А потом сыграл у Роома («Преждевременный человек») и у Квинихидзе («Соломенная шляпка»). Далее были «Бегство мистера Мак-Кинли» Швейцера, «Степь» Бондарчука, «Тот самый Мюнхгаузен» Захарова. А после — уже в нашем веке — Кваша дважды сыграл Сталина: в картинах «Под знаком Скорпиона» и «В круге первом» (по одноименному роману Солженицына). Но узнавали его на улицах все больше как ведущего программы «Жди меня».

Под музыку Вивальди

Все началось с передачи «Взгляд», когда Александр Любимов с Сергеем Бодровым-младшим как-то взялись за розыски пропавших людей по запросам их родственников. Заявок пришло так много, что решили запустить новый телепроект «Ищу тебя». Ведущим Любимов пригласил Игоря Квашу, а Разбаш добавил ему в пару Марию Шукшину, мол, у нее «русский тип женщины» и для народной передачи будет в самый раз. «Искренний и сопереживающий Кваша, — говорил Любимов, — был для нового проекта настоящей находкой, актерство там бы просто не прошло. Он обнимал героев, как родных, радовался и переживал за них, как за своих близких. При этом работой в кадре не ограничивался. Всегда изучал детали историй, приходя на редакционные планерки, разговаривал с журналистами, выезжающими на съемки сюжетов. И уже во время передачи был полностью готов к разговору с героями».

Потом проект переименовали в «Жди меня» и сделали новую заставку, озвучив ее аранжировкой Concert a-moll. Allegro Вивальди. Позже ту композицию заменили минусовкой Пахмутовой — «Опустела без тебя Земля».

Главред программы Сергей Кушнирев разработал уникальную систему поиска пропавших людей. Сотни волонтеров из самых разных уголков страны работали бесплатно не за страх, а за совесть. Но свою миссию они отнюдь не романтизировали, а, напротив, считали рутиной — круглосуточные обзвоны (в зависимости от часового пояса), тонны документов, многократные запросы в госучреждения и дальние поездки по добытым адресам. Заявки на поиск потерявшихся отцов/матерей, детей/ братьев/сестер, мужей и жен, а также друзей и бывших возлюбленных можно было послать не только в «Останкино», а и в газету «Жди меня» или же оставить в киоске на Казанском вокзале.

В итоге передача воссоединила тысячи людей. Это были мамы, когда-то сдавшие детей в детдома, но решившие их найти годы спустя. Или отцы, давным-давно ушедшие из семей, но желавшие своих взрослых сыновей/ дочерей разыскать и покаяться. Одни хотели встретиться с одноклассниками, другие — с бывшими возлюбленными. Ветераны войны через программу часто находили своих однополчан. Как-то в телестудию пришли люди, разлученные судьбой 85 лет тому назад!

Правда, случались у поисковиков и разочарования. Примерно треть найденных (и это бывали не только алиментщики) заявляли: «Зачем вообще вы нас нашли? Мы специально удрали от своей сумасшедшей родни и вполне счастливы. Пожалуйста, не сообщайте им адрес, а на ТВ мы ни за что не поедем!» Кваше, зная о его трепетном отношении к передаче, про это, конечно, не рассказывали.

Семейная тайна актера

«Многие говорили:»Не могу смотреть «Жди меня», вечно рыдаю», — вспоминал Кваша. — Но ведь это были слезы сочувствия. Люди плачут над чужой судьбой, над чужим горем, над чужой радостью.

И мне кажется — это главное. Нас долго приучали к тому, что жалость — гнусное чувство. Да нет, наоборот! Когда мы жалеем другого — человека или собаку, это чувство благородное, оно улучшает нас самих». Тех, кто устал ждать, Кваша просил набраться терпения и непременно верить, что близкий человек обязательно найдется. Он искренне желал, чтобы у каждого оставалась надежда на чудо, как у него самого.

Всю жизнь Игорь Владимирович пытался узнать, как именно погиб его отец. Но так и не сумел. Тайна открылась только после смерти ведущего. Как оказалось, ту давнюю историю знали и мать Кваши, Дора Захаровна, и его жена Татьяна Путиевская. Она-то и поведала с телеэкрана, как все происходило на самом деле. Оказалось, что мама была в курсе того, что отец Игоря попал в окружение и был расстрелян немцами в 1942 году под деревней Кересть Ленинградской области (сейчас Новгородская область). Но сыну похоронку не показала, зная, как сильно он любил папу и каким ударом стало бы для него то трагическое известие.

Все годы своего детства, а потом и юности Игорь жил надеждой, что отец вернется. Взрослым он, конечно, понимал, что Владимира Кваши нет в живых, но хотел узнать обстоятельства его гибели, поговорить с однополчанами, быть может, найти отцовскую могилу. Только после смерти Игоря Владимировича его вдова Татьяна Путиевская рассказала, что ей свекровь как-то показала похоронку, но взяла с нее слово Игорю ничего не сообщать. «Что я и сделала, — говорила вдова Кваши в телеэфире. — Ради него самого». Вот так и вышло, что человек, воссоединивший тысячи потерявшихся людей, сам так и не сумел поклониться праху своего отца.

Людмила МАКАРОВА