«Самовары» сталинской эпохи

Автор: Maks Июл 28, 2018

Согласно официальной статистике 10 миллионов советских военнослужащих вернулись с фронтов Великой Отечественной войны инвалидами. Из них: 775 тысяч — с ранениями в область головы, 155 тысяч — с одним глазом, 54 тысячи — полностью ослепших, 3 миллиона — одноруких, 1,1 миллиона — без обеих рук и более 20 тысяч лишившихся рук и ног…

Забытые и беспомощные

«Самовары» — так цинично и жестко называли в послевоенное время инвалидов Великой Отечественной войны с ампутированными конечностями.

Некоторые из них, словно стыдясь своих увечий и полной беспомощности, предпочли не возвращаться в родные места к женам и детям, чтобы не стать объектами унизительной жалости, а нищенствовали и бомжевали в больших городах. Другим — вернувшимся под родной кров — любящие жены и дети обеспечивали уход и заботу. Но случалось, что некоторые женщины не выдерживали нагрузки, уходили к здоровым мужчинам и уводили с собой детей. Брошенные калеки, как правило, попадали в Дом инвалидов. Кому-то везло больше — их пригревали сердобольные женщины, сами потерявшие мужей и сыновей на войне.

В мою память врезались послевоенные картинки ленинградских улиц, на которых можно было увидеть огромное количество инвалидов. Безногие на самопальных тележках (темная деревянная доска и четыре шарикоподшипника), с мускулистыми руками и бронзовыми от загара лицами, одноногие дядьки на деревянных костылях, слепые в темных очках с белыми тросточками и непременными медалями на заношенных пиджаках… Неприкаянные и отрешенные, они просили-милостыню, и прохожие, сами не блиставшие достатком, бросали в их шапки и кепки мелочь и мятые рублевки.

Но в какой-то момент инвалиды войны загадочным образом исчезли с улиц и площадей. Ходили слухи, что всех их то ли упрятали в тюрьмы и психушки, то ли развезли по отдаленным интернатам и монастырям, чтобы не напоминали оставшимся в живых и здоровым о страшной войне. И не роптали на правительство…

Государство нас бросило!

Необходимо отметить, что компетентные органы взяли под контроль военных инвалидов еще в ходе Великой Отечественной войны. С января 1943 года НКГБ СССР систематически направлял местным органам директивы, требовавшие «профилактировать» инвалидов, вернувшихся с фронта. Задача ставилась весьма понятная: калеки вполне могут вести антисоветскую пропаганду — надо этому воспрепятствовать. Причины для недовольства у инвалидов имелись объективные: полностью нетрудоспособные, они получали мизерную пенсию — 300 рублей (зарплата неквалифицированного рабочего составляла 600 рублей). Выжить на такую пенсию было практически невозможно. В то же время руководство страны считало, что содержание инвалидов должно лечь на плечи родственников. Был даже принят специальный закон, категорически запрещавший принимать в учреждения социального обеспечения инвалидов I и II групп, имевших родителей или родственников. Вполне естественно, что на улицах городов появилось огромное количество безруких и безногих нищих, которые к тому же часто публично сетовали: «Государство, ради которого мы проливали кровь, нас бросило!»

Такие действия, по мнению властей, подлежали скорейшему искоренению.

В июле 1951 года по инициативе Сталина были приняты указы Совмина СССР и Президиума Верховного Совета СССР — «О борьбе с нищенством и антиобщественными паразитическими элементами».

В соответствии с данными указами нищих инвалидов без особого шума рассортировали по различным интернатам. Для острастки было проведено несколько публичных уголовных процессов. Например, в Коми АССР чекисты выявили «Союз инвалидов войны», якобы организованный бывшими офицерами Красной армии. За антисоветскую пропаганду люди получили длительные тюремные сроки.

Валаамская тетрадь

Инвалиды Великой ОтечественнойРеальные картины житья-бытья инвалидов войны на острове Валаам нарисовал Евгений Кузнецов в своей знаменитой «Валаамской тетради». В 1960-е годы автор работал на острове экскурсоводом, местную жизнь знал не понаслышке. Он имел доступ к архивам острова и сумел рассказать о многовековой, зачастую трагической истории одного из древнейших русских православных монастырей — Спасо-Преображенского мужского монастыря на Валаамских островах в Ладожском озере, а также о событиях, происходивших в нем в середине XX века.

В 1950 году по указу Верховного Совета Карело-Финской ССР на Валааме разместился Дом инвалидов войны и труда. Официальные власти объясняли свое решение обилием жилых и подсобных помещений, чистым здоровым воздухом, наличием земель под сады, огороды и пасеки.

В тогдашней советской прессе мелькали заметки о том, как прекрасно заживут инвалиды на острове, вместо того чтобы побираться в городах, распивать спиртные напитки, спать под заборами и в подвалах.

А вот как увидел ситуацию Евгений Кузнецов: «В течение нескольких месяцев страна-победительница очистила свои улицы от этого «позора»! Вот так возникли эти богадельни с другой жизнью в… монастырях. Верней сказать, на развалинах монастырских, на сокрушенных советской властью столпах православия! Страна Советов карала своих инвалидов-победителей за их увечья, за потерю ими семей, крова, родных гнезд, разоренных войной. Карала нищетой содержания, одиночеством, безысходностью. Всякий, попадавший на Валаам, мгновенно осознавал: «Вот это — все!” Дальше — тупик. Дальше — тишина в безвестной могиле на заброшенном монастырском кладбище…»

Автор безжалостно бичевал персонал, который не доносил до инвалидов положенной им еды, воровал белье и посуду. Описывал он и редкие пирушки. Они случались, когда у кого-то из обитателей появлялись деньги. В местном продуктовом ларьке закупались водка, пиво и незамысловатая закуска, а потом на тихой лужайке начиналась трапеза с возлияниями, тостами и воспоминаниями о довоенной мирной жизни.

Другая жизнь

Светлым пятном в существовании инвалидов становились редкие «выходы в свет». Так назывались путешествия обитателей к причалу. Мужчины, которые могли передвигаться, на каталках, колясках или опираясь на костыли, с неимоверным трудом преодолевали шесть километров до пристани, куда по выходным высыпала толпа беззаботных туристов — вестников материковой жизни, от которой были отрезаны обитатели Валаама. Для несчастных людей это был шанс соприкоснуться с другой реальностью, может, перекинуться словом с кем-то из приехавших и почувствовать себя — хотя бы на короткое время — причастными к празднику жизни.

Хотя каждое возвращение в Дом инвалидов было горьким. Обитатели его прекрасно понимали, что Родина, за свободу которой они отдали здоровье, не сочла возможным сделать для них ничего, кроме как отправить их на холодный остров, подальше от общества победителей.

Хор «самоваров»

Пациентом отделения «самоваров» на Валааме стал и летчик Григорий Волошин. В воздушном бою он таранил машину фашистского аса. Через два дня в лесу на тяжелораненого наткнулись наши пехотинцы и доставили его в медсанбат. Врачи не смогли спасти конечности летчика. Его положение усугублялось тем, что при нем не было найдено документов, а сам он потерял память и дар речи. В результате оказался на Валааме и долгие годы числился там под грифом «Неизвестный боец». В 1974 году туда приехал художник Геннадий Добров, который сделал серию портретов пациентов. Особенно его поразил Волошин — чистым и проникновенным взглядом. Через несколько лет картины художника попали в прессу, и сын летчика, Николай Григорьевич, считавший отца погибшим, опознал его. Он прибыл на Валаам, но узнал, что отец к тому времени уже скончался. В 1994 году Николай Волошин поставил памятник отцу на безымянной могиле на самом краю Игуменского кладбища.

Несколько сотен инвалидов принял интернат в селе Горицы Вологодской области, что раскинулось на берегу красивой реки Шексны.

В 1952 году сюда был направлен потерявший на фронте ноги Василий Петроградский, просивший милостыню у церквей Ленинграда. Выручку он пропивал в компании друзей-бомжей. Когда сердобольные собесовцы отправляли Василия в Горицы, друзья скинулись и преподнесли ему на прощание баян (которым он виртуозно владел) и три коробки столь любимого им «Тройного» одеколона. В Горицах бывший матрос не закручинился, а быстро организовал хор инвалидов. Под аккомпанемент его баяна обладатели баритонов, басов и теноров исполняли любимые народные песни.

В теплые летние дни санитарки выносили «самоваров» на берег Шексны, и они под руководством Василия устраивали концерт, который с удовольствием слушали туристы с проходящих мимо теплоходов. Персонал интерната в селе Горицы боготворил Василия, который нашел занятие не только для себя, но и для других обитателей.

Очень быстро слава о необычном хоре разнеслась по стране, и он стал своеобразной и весьма притягательной достопримечательностью этих мест.

Вполне естественно, что ситуация в каждом подобном заведении зависела от его руководства и персонала. По свидетельствам очевидцев, инвалиды в селе Горицы получали всю необходимую медицинскую помощь, четырехразовое питание, не голодали. Те, которые были способны трудиться, помогали персоналу по хозяйству.

Учитывая резкий дефицит мужчин в послевоенное время, местные женщины, потерявшие мужей и женихов, зачастую выходили замуж за обитателей интерната и рожали от них здоровых детей. В настоящее время в живых из поколения инвалидов войны остались единицы, подавляющее большинство их тихо ушло, не обременяя никого ни заботами, ни хлопотами…

Владимир ПЕТРОВ

, , ,   Рубрика: Назад в СССР





Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:66. Время генерации:0,657 сек. Потребление памяти:38.76 mb