Блюхер. Железная дорога любви

Автор: Maks Дек 10, 2018

Урал, Забайкалье и Китай… Чем они были в жизни маршала Блюхера? Здесь он обрел славу полководца, здесь встретил свою любовь и начал путь, который привел его и к величайшему триумфу, и к ужасной катастрофе.

Тучи над Амуром

Во второй половине 1920-х годов советскому правительству удалось наконец навести порядок в Забайкалье. Банды атамана Семенова и барона Унгерна были частично разгромлены, частично выдавлены за пределы СССР. На границе с Китаем тоже удалось добиться относительного равновесия. Советское правительство прилагало большие усилия для того, чтобы найти общий язык с великим восточным соседом. Достаточно сказать, что в марте 1923 года голодающая страна нашла возможность предоставить Китаю финансовую помощь в размере 1 миллиона долларов (сейчас это почти 15 миллионов) — огромные деньги для страны с практически истощенными валютными резервами. В Китай поехали наши советники, регулярно высылались гуманитарная помощь, станки, вооружение…

Но потом ситуация кардинально поменялась. К власти в Китае пришел Чан Кайши. Он резко изменил курс, прервал тесные контакты с западным соседом, изгнал из страны всех наших советников, а в 1929 году решительно поддержал маньчжурского милитариста Чжан Сюэляна, захватившего Китайско-Восточную железную дорогу (КВЖД). Это привело к первой и самой победоносной в истории Рабоче-крестьянской Красной армии (РККА) войне между СССР и Китаем.

Упреждающий удар

Захват в мае 1929 года китайцами русского персонала КВЖД (около 200 человек) поставил две державы на грань вооруженного конфликта. Впрочем, Чжан Сюэлян и не скрывал своих намерений. Пользуясь численным превосходством китайских войск, расположенных в регионе (около 300 тысяч человек живой силы; техника, частично оставшаяся от поставок времен советско-китайской дружбы; новое вооружение, полученное от Чан Кайши; немецкие военные специалисты и прочее), он собирался вторгнуться в Приморье и Забайкалье, отбросив находившиеся там советские части вглубь страны. 11 октября 1929 года новый начальник Особой Дальневосточной армии Василий Константинович Блюхер отважился на отчаянный шаг. В нарушение всех инструкций, полученных из Москвы, он отдает приказ Речной флотилии открыть огонь по кораблям сопредельного государства. Так было положено начало сразу двум вошедшим в историю военным операциям — Мишаньфуской и Маньчжуро-Чжалайнорской, которым суждено было изменить всю геополитическую картину в регионе.

Блицкриг советского командарма

Василий Константинович БлюхерВ Забайкалье, в ходе Маньчжуро-Чжалайнорской операции, численное превосходство противника было примерно восьмикратным, китайцы обладали мощными оборонительными сооружениями, построенными под руководством немецких инженеров. Но РККА впервые применила здесь танки, которых имелось в распоряжении Блюхера всего около 10 штук.

Это были «картонные» МС-1 с пулеметным вооружением. Тем не менее они оказались эффективным оружием, причем китайцы не смогли подбить ни одного танка! Советские войска захватили инициативу и начали громить противника по частям. Наряду с танкистами успешно действовал бурят-монгольский кавдивизион, его бойцы вырубали вражеских солдат сотнями. Китайцы пытались сопротивляться, но их оборона быстро распалась, а с ней исчезло и желание воевать.

В результате у станции Маньчжурия произошел интересный случай: шедший на помощь китайцам свежий 20-тысячный корпус, увидев толпы бегущих соотечественников, сам немедленно побежал, так и не встретившись с войсками РККА. В плен к советским войскам попал командующий Северо-Западным фронтом китайцев генерал Лян Чжуншян со всем штабом. После этого стало очевидно, что продолжать войну китайцы не могут.

Безымянная победа

Потери советских войск насчитывали 281 человека, а китайцев — от 3 до 6 тысяч убитыми и 10-15 тысяч пленными. Значительная часть китайской армии разбежалась, а готовность воевать даже у тех, кто не дезертировал, сошла на нет.

Уже 1 декабря 1929 года были начаты переговоры о мире, и 22 декабря в Хабаровске было подписано соглашение, восстанавливавшее довоенный статус-кво на КВЖД. Все сотрудники дороги были освобождены и возвращены в СССР.

Скромные требования советского правительства к разгромленному противнику объяснялись тем, что в Кремле надеялись восстановить взаимоотношения с властями Китая, чтобы получить поддержку в надвигающемся противостоянии с Японией.

Однако о главном творце советского триумфа все на время как будто забыли. На фоне дипломатических реверансов советскому правительству было невыгодно заострять внимание на достижениях своих солдат. Правда, за проведенную операцию (или цикл операций) в мае 1930 года Василий Блюхер был награжден первым в истории орденом Красной Звезды, а затем и орденом Ленина. Впереди было звание маршала. Многие завидовали Блюхеру, но никто еще не знал в те годы, что тень беды уже накрывает его путь. И началось все именно в Маньчжурии, где будущий маршал встретил свою последнюю любовь.

Галин и его женщины

Во время развития маньчжурского конфликта Блюхер переживал большую личную драму. Все началось в 1924 году, когда он состоял военным советником при гоминьданском правительстве Сунь Ятсена, а затем Чан Кайши. Находясь в Китае, Блюхер сильно заболел: дала о себе знать рана, полученная во время Германской войны. Блюхеру даже на время пришлось вернуться в СССР. Врачи уговаривали его серьезно заняться здоровьем, но надолго оставить важный пост главного военного советника Василий Константинович не решился. Так и не поправившись как следует (болезнь будет преследовать его до конца дней), в мае 1926 года Блюхер вернулся в Китай и там познакомился с Галиной Александровной Кольчугиной, которую назначили к нему переводчицей. Между ними мгновенно вспыхнуло сильное чувство. Ради Кольчугиной он оставил другую Галину — свою первую жену, с которой у него было двое детей. Женившись на своей помощнице в январе 1927 года, он вместе с ней завершил первую свою миссию в Китае. Кстати, именно в честь новой жены он взял себе псевдоним Галин.

Вернувшись в Москву, они жили вместе, у них родился сын, но долг вновь позвал Блюхера на рубежи родины. Там, как раз во время конфликта на границе, он познакомился с 17-летней Глафирой Безверховой, родственники которой служили на КВЖД, и забыл ради нее обо всем. Чувство было настолько сильным, что Блюхер готов был пожертвовать ради любимой карьерой и всем, что до той поры составляло его жизнь. Он снова ушел от жены и ребенка — к девушке, ставшей его последней любовью.

Они жили в гражданском браке несколько лет, пока в 1932 году развод Василия с Галиной не был оформлен официально. Новое чувство и новая жена сильно изменили полководца, которому уже было за 40. Военная карьера Блюхера достигла своего зенита, новые назначения уже не могли вернуть ему ощущения того рывка к триумфу, которым он достигал своих самых блестящих побед. Он больше времени стал проводить с семьей и детьми. Неудачи последних лет, редеющий круг старых друзей заставляли маршала еще больше замыкаться на себе и своих близких. Но никакие заслуги, никакие компромиссы не помогли Блюхеру избежать участи сослуживцев.

Последующие события были одинаково ужасными для всех женщин Блюхера: две его первые жены были расстреляны, а последняя — Глафира — получила 8 лет лагерей. Даже умирая под пытками, Блюхер пытался договориться о снисхождении для нее. Дети, попавшие в разные детдома, как-то со временем устроились, однако третий сын Василия Блюхера — ребенок последней любви маршала, которого Глафира назвала Василином, — после гибели отца бесследно пропал…

Виктор АРШАНСКИЙ



, , , , ,   Рубрика: Версия судьбы

Следущая
⇒ ⇒
⇒ ⇒



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:59. Время генерации:0,233 сек. Потребление памяти:8.45 mb