Городовой — страж порядка

Автор: Maks Сен 26, 2022

Городовыми в Российской империи назывались низшие полицейские чины, основной задачей которых была охрана правопорядка. Институт городовых просуществовал до 1917 года.

Закон и безопасность

Служба городовых считалась тяжелой и опасной. В жару и в холода они стояли на своем посту, обеспечивая безопасность граждан, пресекая любые беспорядки и нарушения закона, возникавшие на вверенном им участке.

Для защиты от осадков каждому городовому полагалась будка, поэтому зачастую народ называл их «будочниками».

Городовые набирались по вольному найму из физически крепких, умевших читать и писать отставных солдат, драгун, егерей, унтер-офицеров в возрасте от 20 до 40 лет. Предпочтение при наборе оказывалось женатым и тем, кто без вредных привычек. Содержались городовые за счет бюджета города.

В городах с населением не более двух тысяч по закону, принятому 14 апреля 1887 года, полагалось не более пяти городовых. В городах, имеющих более многочисленное население, один городовой приходился на каждые пятьсот жителей. Четверку городовых возглавлял старший, который в свою очередь подчинялся непосредственно околоточному надзирателю. Денежное содержание городовых (150 рублей в год) обеспечивала городская казна.

В начале XX века в городе на Неве имелось 700 городовых трехсменных постов, работу которых обеспечивали более двух тысяч сотрудников. Посты городовых на улицах располагались таким образом, чтобы дежуривший мог видеть своих коллег на соседних постах.

В середине XIX века городовой имел в своем арсенале саблю и револьвер, которые мог применять в случае угрозы жизни, и свисток, когда требовалось призвать на помощь коллег.

В полиции Российской империи существовали городовой конно-полицейской стражи, городовой пешей полиции, городовой речной полиции.

Принятый на работу городовой проходил курс обучения, в ходе которого должен был детально изучить общие вопросы полицейского дела. Например: что называется постом, что ему воспрещается на посту, что такое присутственные места, в каких случаях городовой имеет право бесплатно взять извозчика, что надо делать стражу порядка, когда он слышит продолжительную трель свистка, и так далее. Также от городового требовалось знание состава российского императорского дома.

Форма и содержание

Городовой отвечал за своевременное зажигание фонарей на подконтрольном участке, он следил за тем, чтобы конные и автоэкипажи соблюдали правила езды по улицам. В обязанности городового входило отслеживание своевременного ремонта домов и вывоза нечистот, а также перевозки скоропортящихся продуктов.

С городовыми тесно сотрудничали дворники, которые сообщали стражу порядка о подозрительных жильцах. Городовой контролировал работу газетчиков и разносчиков, следил за работой питейных заведений и публичных домов.

Как мы видим, обязанностей у стражей было много, и требовалось немало усилий, чтобы справляться с ними.

В 1863 году, в связи с реформами в России, городовая полиция была численно увеличена и преобразилась внешне в лучшую сторону. Для всех городовых была введена форма одежды нового образца: мундиры и шаровары из темно-зеленого армейского сукна. Голову защищала фуражка с лакированным козырьком «офицерского образца». Летом городовые носили светлую льняную гимнастерку без карманов, подпоясанную затяжным ремнем, или длинные двубортные белые кители. Для защиты от дождя и непогоды разрешалось носить капюшоны из непромокаемой материи черного цвета. Зимой фуражка заменялась черной длинношерстной папахой. На случай сильных морозов городовым выдавались теплые полушубки, которые заменяли шинель.

На головном уборе стражи порядка носили городской герб и бляху на груди со служебным номером. Объяснялось это тем, что, жалуясь на городового «полицейскому начальству, весьма трудно иногда отыскивать виновного по неясному указанию примет его».

В январе 1861 года журналист Игорь Ветров писал в журнале «Современная летопись»: «И то еще надобно упомянуть, что хожалых полицейских у нас очень мало. В Лондоне или Париже агент вырастает словно из земли при малейшем беспорядке или шуме. У нас придется ждать хожалого иногда целый день».

Однако, несмотря на критику, городовые в больших городах пресекали тысячи преступлений, ловили грабителей и воров, доставляли хулиганов в участки и обеспечивали порядок на улицах.

Протоколы и сабли

Городовой в царской РоссииПри этом от служителей правопорядка часто исходили жалобы на слишком большой объем документов, которые приходилось заполнять и представлять властным структурам.

Циркуляр, действующий в полицейском ведомстве, так формулировал задачи низших чинов: «Полицейскому недостаточно все видеть, все знать, все добро охранять, все незаконное останавливать, всех нарушителей порядка задерживать; он должен, во-первых, всякое действие свое облечь в письменную форму для отчетности перед начальством, то есть: виденное записать, подписать, и пригласить к тому посторонних свидетелей; все слышанное исследовать (произвести формальное следствие), и, наконец, если нарушение маловажно, должен сам учинить суд и потом привести свое собственное решение в исполнение с надлежащим, разумеется, прописанием всех сих действий в различные журналы, протоколы, акты».

В годы Первой мировой войны в печати поднялась волна полемики по поводу того, что власти хотят заменить саблю, которая имелась в арсенале полицейского, острым кинжалом. Полицейские чины горой встали на защиту своего проверенного временем оружия. Опрошенные журналистами городовые в один голос превозносили его достоинства. По их словам, сабля всегда выручала в случае массовых беспорядков и нападениях хулиганствующих элементов.

Московский городовой Степан Шилов заявил, что «обнаженная сабля реально наводит ужас на толпу, от удара сабли не увернешься, а раны она наносит весьма ощутимые, что сразу остужает хулиганов!»

Одесский журналист Григорий Шиловский описал эпизод в родном городе, когда толпа протестующих рабочих числом до полутысячи напала на патруль городовых в два десятка чинов. В ответ служители закона обнажили сабли и не только отбили это нападение, но и быстро рассеяли толпу, ранив до десяти человек. «Вышеизложенные примеры сами говорят за себя и указывают на полную пригодность для полиции сабель» — такой вывод сделал журналист.

В результате грозное оружие было оставлено в арсенале городовых.

Иллюзии и реальность

Опытные служаки иногда пытались обращаться к властям, с тем чтобы обратить внимание на приниженное положение полицейских чинов в России.

В качестве примера они приводили Британскую империю, где престиж полицейского всегда был необычайно высок.

Опытный офицер правоохранительного ведомства С.С. Громека знал не понаслышке проблемы своего ведомства. Он выступил с очерком, в котором писал: «Мало того, что в глазах общества русский полицейский являлся неуважаемым представителем неуважаемого закона. Наряду с этим ему прилюдно приходилось играть незавидную роль слуги собственного начальства с обязанностью торчать у подъезда губернатора, когда он дает бал или обед. И только от воли начальника зависело: будет ли полицейский награжден или в одночасье лишен своей должности, как следствие сиюминутного гнева. В этих условиях совсем уж утопией выглядело повеление верховной власти: «Полиция приводит всякого к исполнению предписанного законами, несмотря ни на какое лицо». В давно сложившихся реальных условиях России полицейским мог быть только тот, кому вовремя удалось избавиться от иллюзий, твердо усвоить, что он служит сильным мира, и по мере возможности извлекать из своего положения материальную выгоду».

Несмотря на подобные ламентации, городовые всегда служили опорой царского режима, а потому часто подвергались яростным нападкам левой прессы и сторонников революционных идей.

Ножи и кочерги

Владимир Ильич Ленин в марте 1917 года призывал: «Пришло время основывать боевые дружины везде и повсюду, и у студентов, и у рабочих особенно. Пусть тотчас же все они вооружаются как могут, кто револьвером, кто ножом, кто тряпкой с керосином для поджога. Отряды должны начать военное обучение на немедленных операциях. Одни сейчас же предпримут убийство шпика, устроят взрыв полицейского участка, другие — нападение на банк для конфискации. Пусть каждый отряд сам учится хотя бы на избиении городовых».

Под напором таких призывов весной 1917 года городовые стали первыми жертвами толпы, расправлявшейся с ними как с «ненавистными слугами царского режима». На них нападали толпой, забивали камнями и палками, резали ножами, «жарили» на кострах…

Писатель Михаил Пришвин записал в те дни в своем дневнике: «Две женщины идут с кочергами, на кочергах свинцовые шары, чтобы добивать городовых».

Барон Николай Врангель вспоминал: «Во дворе нашего дома жил околоточный; его дома толпа не нашла, только жену; ее зверски убили, да кстати и двух ее ребят. Меньшего грудного — ударом каблука в темя».

«Те зверства, — писал очевидец событий, царский генерал К.И. Глобачев, — которые совершались взбунтовавшейся чернью в февральские дни по отношению к чинам полиции, корпуса жандармов и даже строевых офицеров, не поддаются описанию».

Однако анархия, наступившая после февраля 1917 года, заставила некоторых обывателей с ностальгией вспоминать отсутствующих блюстителей порядка.

В повести «Приключения Невзорова, или Ибикус» Алексей Толстой, сам ставший свидетелем событий 1917 года, отмечал: «На перекрестке, где раньше стаивал грузный, с подусниками пристав, болтался теперь студент в кривом пенсне, а бандиты и жулики запросто подходили к нему прикурить…»

Пришедшие к власти большевики окончательно демонтировали царский полицейский аппарат, заменив его рабоче-крестьянской милицией.

Владимир ПЕТРОВ

  Рубрика: Забытое ремесло 189 просмотров

Следущая
⇒ ⇒
⇒ ⇒

https://zagadki-istorii.ru

Домой

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:48. Время генерации:0,235 сек. Потребление памяти:9.29 mb