Сражения под звон бокалов

Автор: Maks Янв 10, 2019

Череда войн с Россией всего за сто лет превратила Швецию из влиятельной империи во второразрядную державу. В 1809 году Александр I отобрал у шведов Финляндию. Мог отобрать и Стокгольм, но не захотел.

Попали под раздачу

По большому счету, шведов «поставил на место» еще Петр I. После Северной войны они дважды пытались вернуть утраченные владения, но безуспешно. Затем отношения двух стран, казалось, наладились, но в дело вмешалась европейская политика.

Россия проиграла войну Франции, и в 1807 году Александру I пришлось примкнуть к континентальной блокаде Великобритании. Англичане тем временем предприняли атаку на Данию, захватив весь ее военный флот, чтобы он не достался Наполеону. Однако Дания была давней союзницей Петербурга. Александр I предъявил британцам ультиматум: либо полный разрыв отношений, либо Лондон возмещает датчанам все убытки и возвращает корабли.

То есть воевать Александр I собирался именно с англичанами. Чтобы обезопасить себя от британского флота, Россия должна была держать Балтийское море закрытым для военных судов западных стран. Это обеспечивалось русско-шведско-датским договором 1800 года. Однако в Стокгольме ни с того ни с сего решили эту конвенцию не выполнять, о чем и был уведомлен Александр.

Россия разорвала дипломатические отношения с Лондоном, одновременно двинув в Выборгскую губернию 20-тысячный корпус Федора Буксгевдена. Впрочем, шведов планировали всего лишь напугать. Но они не испугались: король Густав IV на очередной ультиматум не ответил, зато стал готовиться к вторжению в Норвегию, которая в то время принадлежала Дании.

Потом шведы уверяли, что даже не помышляли всерьез злить Россию, а их король был просто дураком. Он и в самом деле даже не потрудился привести в боевую готовность свои войска в Финляндии (тогда — шведская территория), но Александра I это мало интересовало. 9 февраля 1808 года русские войска перешли границу. Можно смело утверждать, что шведы, как говорится, просто «попали под раздачу».

Никто не хотел биться

Отношение к этой войне было резко негативным в обеих странах. Шведский главнокомандующий граф Клингспор, например, писал домой, что видит свою задачу «в том, чтобы всеми силами не вступать в открытое столкновение». Он занял крепость Свеаборг и слал в Стокгольм просьбы разрешить немедленный отход.

Другие шведские командиры тоже не горели желанием геройствовать: за первый месяц войны они почти без боя сдали Аландские острова, остров Готланд, Гангут, Свартхольм, Гельсингфорс и Свеаборг. Русским войскам досталось около 8 тысяч пленных, 110 военных и торговых судов.

Только после этого шведы арестовали всех членов русского посольства, а Александр I наконец-то объявил Швеции войну.

Ее, кстати, в России осуждали еще яростнее, чем в Швеции. Многие офицеры искали любой предлог, чтобы не отправляться в Финляндию. Что характерно, эту войну почти не обсуждали в столичных салонах.

Русские и шведские офицеры вели себя под стать миролюбивому настроению общества. Многие из них встречались на нейтральной территории и мирно беседовали. Известен случай, когда шведский полковник попросил перемирия на два часа у своего русского оппонента по причине нехватки артиллерийских зарядов. Самое главное, что он получил перемирие.

Нередко дворяне, жившие в Финляндии, приглашали на балы или званые обеды и русских, и шведских офицеров из частей, находящихся неподалеку. Это нравилось далеко не всем начальникам. Петр Багратион, к примеру, однажды устроил настоящий разнос, застав в усадьбе Сандельсом мирно обедающих противников. Вместе со всеми веселился и адъютант генерала Булатова. Он называл шведов «в высшей степени достойными дворянами, не питающими никакой вражды к России».

На следующий день шведская колонна атаковала отряд Петра Булатова. Когда противник был в полутора сотнях шагов от русского пехотного каре, тот самый адъютант спросил у генерала, не пора ли открывать огонь. Генерал ответил отрицательно. Через короткое время он повторил вопрос и получил тот же ответ. «Когда же?» — недоуменно воскликнул молодой поручик. «Когда сможете различить лица ваших в высшей степени достойных собутыльников и убедитесь, не питают ли они к вам вражды».

Удар в спину

Шведское правительство тоже опомнилось и решило остановить победный марш противника по собственной территории, да еще и под звон бокалов. Кое-кто из генералов лишился должности, с десяток офицеров отдали под суд, как сейчас бы сказали, за братание с врагом. Бои стали принимать ожесточенный характер.

К маю 1808 года подоспели первые успехи шведской армии. Мощная эскадра отбила Аландские острова, несколько русских отрядов, оторвавшихся от тылов, были разбиты и отброшены. В Стокгольм прибыла английская эскадра с 14-тысячным корпусом генерала Мура. Но Густав IV и в самом деле был глуп. Вместо того чтобы использовать выгодный момент, он никак не мог согласовать план совместных действий с британцами и упорно настаивал на назначении главнокомандующим шведа. В итоге Мура отозвали.

Тем временем шведская армия была вытеснена в Лапландию. Но русские войска побеждали слишком легко, что и сыграло с ними злую шутку. В Петербурге полагали, что финское население безучастно к войне, поэтому на захваченных территориях не оставляли гарнизонов. Летом 1808 года вся Финляндия неожиданно восстала.

Марш-бросок Багратиона по льду Ботнического заливаМестные жители прекрасно знали местность и были отличными стрелками. Под руководством шведских отставных офицеров партизаны наносили такой урон русским частям, что командование приказало прекратить наступление. Более того, Буксгевден всерьез опасался быть отрезанным от российской территории, так что начал отходить по всем направлениям.

Но происходящее в Финляндии все же не слишком напоминало войну в привычном понимании. Вместо того чтобы преследовать отступающие русские части, шведы согласились объявить перемирие из-за осенней распутицы. Они даже приказали разоружать те партизанские отряды, которые не станут соблюдать режим прекращения огня.

Ледяной поход

По большому счету, война продолжалась лишь потому, что шведы узнали о позиции Наполеона. Который открыто заявил русскому послу в Париже, что «не будет возражать, если Россия приобретет себе всю Швецию, хотя бы и вместе со Стокгольмом». Но Александр I, регулярно получавший докладные записки о необходимости прекращения боевых действий, не собирался этого делать.

Царь хотел принудить противника к капитуляции и с этой целью приказал провести уникальную операцию. Зима 1808/09 годов выдалась настолько холодной, что обычно незамерзающий Ботнический залив покрылся толстым ледяным панцирем. Генерал Багратион предложил сформировать корпус из 15 тысяч пехотинцев, двух тысяч кавалеристов и нескольких батарей и прямо по льду выйти на шведское побережье.

3 марта 1809 года командующий гарнизоном Аландских островов генерал Дебельн, едва рассвело, увидел авангард Багратиона, показавшийся из-за дымки тумана. Несколько залпов русских батарей убедили шведов, что их атакует полноценный корпус. Мировое военное искусство случаев форсирования залива по льду не знало, так что удивляться бегству Дебельна не стоит.

Уже 7 марта Багратион занял Гриссельгам и мог наблюдать Стокгольм в подзорную трубу. Но главнокомандующий Богдан Кнорринг, сменивший Буксгевдена, с приказом об атаке медлил. Пришлось Александру I посылать на театр военных действий военного министра Алексея Аракчеева. Тот приказал немедленно прервать очередное перемирие и любыми средствами принудить шведов к капитуляции.

В конце концов терпение шведских аристократов лопнуло, и они свергли Густава IV. Все лето шли мирные переговоры, иногда прерываемые демонстративными русскими наступлениями.

5 сентября 1809 года был подписан Фридрихсгамский мир, по которому Александр I получил все, что хотел: Аландские острова, всю Финляндию и запрет британским военным кораблям заходить в шведские порты.

Больше Швеция с Россией никогда не воевала.

Борис ШАРОВ



, ,   Рубрика: Военная тайна

Следущая
⇒ ⇒
⇒ ⇒



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:60. Время генерации:0,160 сек. Потребление памяти:8.32 mb