В огненной западне

Автор: Maks Фев 19, 2021

5 ноября 1961 года в деревне Эльбарусово Мариинско-Посадского района Чувашской республики произошла ужасная трагедия: в деревянном здании сельской школы заживо сгорели 110 человек — 106 детей и 4 учителя. Однако советские СМИ ни слова не написали об этом: подобные события тогда предпочитали замалчивать.

Только всезнающая радиостанция «Голос Америки» сообщила буквально в тот же вечер: «В деревне Эльбарусово коммунисты сожгли детей в школе». Но что же на самом деле произошло тогда и можно ли было предотвратить трагедию?

Праздник, обернувшийся бедой

Деревня Эльбарусово находится в живописной местности недалеко от Волги. Еще в царское время владельцы местной лесопилки построили здесь деревянную школу. Когда случился пожар, ее посещали больше 200 детей — не только из Эльбарусово, но и из окрестных деревень.

Все произошло за два дня до очередной годовщины Октябрьской революции. Как всегда, в школе готовились к торжественному мероприятию. Поскольку актового зала в ней не было, приходилось использовать два класса, разделенных разборной стенкой. Парты сдвинули к окнам, поставив друг на друга, переднюю дверь тоже загородили.

В импровизированном актовом зале негде было яблоку упасть — все хотели попасть на праздник. Когда выступил директор школы, на сцену выбежали ребята и стали исполнять матросский танец.

А в соседней комнате в это время учитель физики Михаил Иритков и два старшеклассника пытались завести электрогенератор для освещения и показа фильма. Для починки треснувшего двигателя им нужно было срочно разогреть паяльник. Как назло, сырые дрова не разгорались, и тогда учитель решил плеснуть в печку бензин. Видимо, он не рассчитал его количество, и пламя вдруг взвилось высоко вверх. От неожиданности учитель упал, опрокинув ведро с бензином, он разлился по полу, и пламя моментально перекинулось на зал, где проходило праздничное мероприятие.

Виновник трагедии успел выпрыгнуть в окно, старшеклассники выбежали в коридор, а актовый зал мгновенно заволокло черным дымом. Началась паника, дети ничего не видели, а заставленные партами окна стали главным препятствием для их спасения. Местный гармонист сумел разбить своим инструментом одно из окон, и старшие ребята стали выбираться на улицу.

Спастись удалось далеко не всем: больше сотни детей и четыре учителя погибли. Странно то, что руководство школы бросилось спасать первым делом не детей, а школьный архив! С большим опозданием прибыли и пожарные: деревню тогда окутал густой туман.

Половине погибших детей не исполнилось и восьми лет. Нашли группу первоклассников, которые судорожно вцепились в свою учительницу и сгорели вместе с ней.

Живые факелы

Эльбарусово. Памятник погибшим школьникамБывший учитель ОБЖ, рисования и музыки Владимир Андреев вспоминал:

— За несколько дней до пожара я приехал из Куйбышева, где учился. Моя сестра Таня спешила на концерт, а я немного опоздал, гладя свои брюки. На улице послышались шаги и голоса. В тот день был сильный туман, видимость была плохая. И я ничего не видел, лишь услышал громкий треск, похожий на выстрелы. Прибежал к школе, а она уже охвачена пламенем. Первым нашим действием по приказу администрации было спасение архива школы. Услышали крики женщин: «Горят дети!» Зашли в здание и ползком по коридору начали передвигаться к залу, но вышли обратно, так как все было охвачено пламенем.

Потом качал воду из колодца, чтобы потушить пожар. Трудно вспоминать. После пожара начал вытаскивать сгоревших детей. Укладывали их рядами на спортплощадке. Было темно. Только утром я смог узнать сестру по мало заметному очертанию лица. Всюду был слышен плач. Многие родители узнали своих детей, а некоторые, несмотря на все усилия, не смогли найти своих. Утром 6 ноября начали привозить гробы на машинах. После этого случая долгое время не были слышны детский смех и веселье, народ был злым. Во многих семьях больше никогда не было детей.

Бывший ученик школы, учитель физкультуры Михаил Николаев, в то время учился в Чебоксарах, а на выходные приезжал домой в деревню. Вечером 5 ноября он вышел в огород и услышал звон пожарного колокола, чей-то крик: «Школа горит!» Побежал в сторону школы и недалеко от нее встретил обгоревшую девочку. У школы увидел страшную картину: из окон классов вырывается пламя, пройти было невозможно, стал помогать тушить пожар: «Направляли струю воды в окна зала и выносили тела ребят. Рухнула железная крыша и покрыла все, как большим зонтом. Уже подойти было невозможно. Вынесенные тела сложили по кругу, все стали искать своих детей. У моего дяди сгорело четверо детей, обоих родителей увезли в больницу. Я помог уложить детей в гроб».

Братская могила

Всех погибших похоронили в огромной братской могиле в тот же день, на Ильменкасинском кладбище, что в паре километров от Эльбарусово. Похоронили вопреки обычаю хоронить на третий день: власти боялись гнева родных. Милиция оцепила и саму похоронную процессию, и место захоронения, никого туда не пропускала, кроме близких родственников погибших. Все они дали подписку о неразглашении.

При свете автомобильных фар огромную могилу засыпал бульдозер, под его ковш бросались безутешные матери, вбивая в землю колышки, чтобы запомнить родную могилку.

Местные жители говорили, что директор школы Самуил Ярукин, чтобы избежать самосуда, от страха сбежал в лес. Ему было чего бояться: ведь именно по его распоряжению в актовом зале оказалось больше 200 человек при допустимом количестве в 115. Когда его нашли, осудили на 8 лет, но отбыл из них он только семь. В деревню возвращаться не стал, опасаясь ненависти местных жителей, забрал семью и уехал не то на Урал, не то в Сибирь.

Учитель физики, главный виновник трагедии, получил 10 лет. Однако, по одной из версий, до освобождения не дожил, покончив с собой на четвертый год заключения. В устроенном им пожаре погибла и его жена, лишь пять дней проработавшая в этой школе.

Ничего не известно про двух десятиклассников, которые помогали физику чинить генератор и которых потом обвинили в деревне за трусость, за то, что не предприняли ничего для спасения детей. Их, конечно, не осудили, но можно представить, каково им было жить со страшной виной в душе.

Незаживающая рана

Почти сразу после трагедии в Эльбарусово начали строить большую двухэтажную школу из кирпича. Увы, проект небезупречный: парадный вход оказался узким и тесным. Если опять, не дай бог, в школе произойдет что-то, требующее экстренной эвакуации, возле главного входа возникнет давка. Хотя нынешний директор школы утверждает, что уже не раз проводили тренировки и 220 учащихся покидали школу за 2 минуты.

Открыто говорить о событиях в Эльбарусово стали лишь в 1991-м, в год 30-летней годовщины трагедии. Тогда же состоялась первая панихида по погибшим, а еще через 3 года был открыт памятник невинным жертвам, в передней части которого на черной плите выбита надпись: «Здесь похоронены трагически погибшие в Эльбарусово 5 ноября 1961 года». На задней стороне памятника — металлические пластины. На них значатся 110 имен с указанием дат рождения.

По словам директора школы Валентины Беловой, в первые годы после трагедии дни памяти погибших не проводили — народ был озлоблен, все сразу начинали рыдать. Да и власти предержащие эту затею не поддерживали, говоря, что не стоит теребить незаживающие раны.

Даже сейчас, когда прошло столько лет, жители Эльбарусово держат на учителей обиду, хотя в педагогическом коллективе не осталось никого из тех, кто работал в те годы. И все равно порой говорят им в глаза: «Это вы виноваты». А учителям, не виновным ни в чем, приходится молча проглатывать обиду.

Ирина СМИРНОВА

, , , , ,   Рубрика: Катастрофы и катаклизмы 25 раз просмотрели

Следущая
⇒ ⇒
⇒ ⇒



Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:31. Время генерации:0,782 сек. Потребление памяти:10.11 mb