Деревенский секрет

Автор: Maks Апр 19, 2020

Право на ношение оружия всегда было привилегией благородного сословия. Однако защищать себя нужно было и простым землепашцам. В ход при этом пускались обычные предметы сельского инвентаря — вилы, косы, серпы. Но самым эффективным инструментом, со временем превратившимся в настоящее массовое оружие, оказался двуручный цеп.

Первая половина XV века для Европы — это время Гуситских войн. Последователи чешского реформатора церкви Яна Гуса отстаивали свое право на собственную веру (а заодно и политическую независимость) в многочисленных кровопролитных сражениях. Среди них было много вчерашних крестьян, не имевших при себе копий или мечей. А потому одним из символов гуситского движения быстро стал крестьянский цеп для обмолота зерна. Оказалось, что в умелых руках это поистине страшное оружие.

От палки до «звезды»

Боевой цеп состоит из трех основных деталей: рукоять, било (ударный груз) и гибкое соединение. Средней общей длиной принято считать 180 сантиметров, из которых около полуметра приходилось на било. Логика очень простая — рукоять должна быть значительно длиннее, чтобы исключить возможность удара себе по рукам. В этом коренное отличие цепа от кистеня, с которым часто происходит путаница. Рукоять кистеня может быть очень короткой, или же ее может не быть вовсе — просто груз на цепочке или веревке, наматываемой на руку. Соответственно, полностью отличается и техника боя.

Гибкое соединение могло быть очень разным — от двух колец, соединенных глухим карабином, до довольно длинной многозвенной цепи. Короткое соединение позволяло сохранять больший контроль над оружием, а на длинной цепи можно было раскрутить било, придав удару дополнительную энергию за счет центробежной силы.

Било поначалу представляло собой обычную деревянную дубинку. Потом ее, как и рукоять, стали оковывать железом. Только рукоять оковывали для того, чтобы ее не перерубили или не сломали в бою, а било — для нанесения больших повреждений врагу. Иногда к оковке добавлялись еще и шипы. Это увеличивало убойную мощь, но повышало и риски — шип мог зацепиться за что-то или глубоко вонзиться в щит, и тогда цепник в одночасье мог оказаться безоружным.

Здесь стоит сказать об одной особой разновидности боевого цепа — кеттенморгенштерне. Собственно моргенштерн («утренняя звезда» по-немецки) — это железный шар с шипами. Изначально его крепили на деревянную рукоять, получая гигантскую и очень тяжелую палицу. Таким оружием, разумеется, сражались только закованные в броню рыцари. А потом благородные воины подсмотрели у крестьян решение, как можно сделать «утреннюю звезду» еще смертоноснее — посадить ее на цепь («кеттен»). Одни при этом предпочитали большой кистень, а другие — именно цеп. Даже сам «моргенштерн» зачастую стали отковывать в виде уже не шара, а продолговатой шипастой «дубинки». Именно с кеттенморгенштерном изображен на одном из самых известных портретов предводитель гуситов Ян Жижка.

Гуситский «комбайн»

Боевой цепПонятно, что цеп в качестве оружия использовался и до XV века — во время крестьянских восстаний или при отражении набегов разбойников на деревни. Но именно гуситы создали полноценную тактику строевого боя с цепом, а также окончательно превратили его из случайно подвернувшегося под руку предмета в элемент обязательного снаряжения пехоты. Свои боевые цепы они с черным юмором именовали «кропачами», сравнивая сражения с церковным обрядом, когда верующих окропляют святой водой. Брызги во время боя от цепников действительно разлетались. Но совсем не воды.

При этом полной унификации не произошло, так что говорить о какой-то «классической» форме боевого цепа бессмысленно. Каждый делал оружие под себя. Хотя те, кто сражался в одном строю, конечно, старались согласовывать хотя бы длину рукоятей, чтобы действовать синхронно. Именно одновременный «молотящий» удар, обрушивавшийся на вражеские ряды, был наиболее страшен. От летящего сверху била очень сложно защититься — нужно полностью поднять щит, приняв удар на плоскость и открыв себя для летящих стрел или ударов копейщиков, которые часто действовали с цепниками сообща.

Однако и от воина с цепом требовались крайняя осторожность и ловкость. Неуклюже размахнувшись длинным оружием с гибким элементом, запросто можно было угодить по голове кому-то из товарищей, а то и самому себе. Так что цепники наносили удары не как попало, а по раз и навсегда отработанной траектории. Особого разнообразия приемов при этом не имелось, да и не требовалось — продвигаясь вперед шаг за, шагом, такая «молотилка» запросто могла проломить почти любую оборону.

Благородный вариант

На войне, как известно, все средства хороши. А потому рыцарское сословие спокойно заимствовало методы ведения войны у презираемых ими простолюдинов. Соответственно, и рыцаря с цепом в руках можно встретить на миниатюрах, изображающих штурм Дамиетты во время Седьмого крестового похода в 1249 году. Но долгое время их использование в рыцарской среде было единичным и не принималось всерьез.

Перелом произошел все в том же XV веке, когда на цеп обратили внимание теоретики и практики искусства фехтования. Один из главных авторитетов в этой сфере, Ханс Тальхоффер, уделил внимание боевому цепу в своем трактате «Старое вооружение и искусство борьбы», написанном в 1459 году, всего через 25 лет после окончания Гуситских войн.

А в начале XVI столетия можно увидеть миниатюры, изображающие не кого-то, а императора Священной Римской империи Максимилиана I, сражающегося на турнире именно при помощи цепа. Стоит заметить, что, как правило, на турнирах рыцари бились специальными мечами, скорее напоминавшими дубинки. Делалось это, чтобы снизить риск серьезных ран и смерти. Цеп здесь пришелся очень кстати — в отличие от простых пехотинцев, массово гибших во время Гуситских войн от чешских кропачей, закованным в железо рыцарям деревянное било не могло нанести серьезного урона. Однако удар, нанесенный с размаху билом по шлему, вполне мог отправить в нокаут, что добавляло зрелищности.

Наиболее подробный разбор техники фехтования цепом представил Пауль Гектор Майр в книге «Искусство атлетики». Здесь уже можно увидеть богатый арсенал — от обманных финтов до хитрого парования и использования особенностей «гибкого» оружия. Но речь идет о поединках на равном оружии, так что все эти приемы скорее относятся к спорту, нежели к войне. А вот немецкий трактат начала XVII века, написанный Якобом Зутором, наоборот, разбирает вполне реальные ситуации, которые могут возникнуть, например, при штурме крепости. На иллюстрациях показано, как противостоять боевому цепу при помощи алебарды или даже одной шпаги. Так что можно с уверенность сказать, что и через пару столетий после гуситов боевые цепы все еще не вышли из употребления в европейских армиях.

Виктор БАНЕВ

Восток — дело тонкое

Совершенно другим путем пошло развитие боевых цепов в странах Дальнего Востока. Самой известной вариацией на эту тему являются японские нунчаки (нунтяку). Однако это городское оружие самообороны никогда не применялось на полях сражений. Да и по размеру нунчаки явно ближе к кистеню. У китайцев в ходу был лянцзегунь, который по конструкции ближе к европейскому цепу, но при этом било и рукоять были одной длины (около метра), что полностью меняло технику боя. Зато оружие под названием шаоцзыгунь было практически копией европейского «родственника». Интересно, что в Китае и Корее сложилась абсолютно уникальная практика, когда боевыми двуручными цепами массово вооружалась конница, а не пехота. Такое оружие было дешевым и обеспечивало огромную силу удара, особенно на полном скаку. Но при этом всадник должен был обладать недюжинной сноровкой, чтобы не поразить себя или собственного коня. Тем не менее корейская конницу XVI-XVII веков главным образом сражалась именно цепами.

Загадки истории » История оружия » Деревенский секрет

,   Рубрика: История оружия

Предыдущая
⇐ ⇐
⇐ ⇐



Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:45. Время генерации:0,131 сек. Потребление памяти:8.19 mb