Одна могила для двоих

Автор: Maks Сен 21, 2021

Великая Северная экспедиция 1733-1743 годов была выдающимся предприятием. Но великие свершения редко обходятся без потерь. Подтверждением тому стала трагическая судьба Василия Прончищева и его жены Татьяны.

«УВЕЗУ ТЕБЯ Я В ТУНДРУ»

Василий Прончищев родился в 1702 году под Калугой в небогатой дворянской семье. Когда мальчик немного подрос, отец отдал его в гардемарины — так тогда называли курсантов Морской академии в Петербурге. Кстати, в академии Прончищев учился вместе со своими будущими коллегами по арктическим путешествиям — Семеном Челюскиным и братьями Лаптевыми.

После выпуска Василий служил лейтенантом на почтовых судах (пакетботах). Но такая скучная работа была не очень-то по душе молодому офицеру. Поэтому, едва узнав о намечаемой грандиозной экспедиции в полярные края, Прончищев тут же подал рапорт о зачислении в ее состав. И стал командиром одного из семи отрядов Великой Северной экспедиции.

Новое назначение вызвало и приятные изменения на личном фронте. Прончищев давно уже сватался к своей соседке (их усадьбы находились рядом) — 20-летней Татьяне Кондыревой. Молодые люди любили друг друга, но откладывали свадьбу из-за разных бытовых причин. Однако теперь стало ясно — тянуть дальше нельзя.

В мае 1733 года спешно сыграли свадьбу. А уже в июне Василий Прончищев двинулся в путь — на берега реки Лены. Вместе с ним поехала и его юная жена. Татьяна не догадывалась, что из этой поездки ни она, ни ее муж не вернутся. Север станет общей могилой для них обоих.

Но пока ничто не предвещало беды. В распоряжение Прончищева было предоставлено небольшое парусно-гребное судно — дубель-шлюпка «Якутск» — и 50 человек команды. В помощники ему дали старого приятеля по Морской академии — подштурмана Семена Челюскина. Этот подштурман впоследствии станет широко известен: его имя получит самая северная точка Евразии (мыс Челюскина).

ЗЛОЙ РОК

Перед отрядом Прончищева поставили задачу: исследовать все северное побережье России от Лены до Енисея. А для этого необходимо было обогнуть совершенно неисследованный тогда полуостров Таймыр. Плавание шло в необычном порядке: не от Енисея к Лене, как можно было бы предположить (Лена находится восточнее), а наоборот — от Лены на запад, к Енисею.

Почему? Потому что от устья Лены должна была также стартовать экспедиция на восток, в сторону Колымы (под командованием лейтенанта Петра Ласиниуса). В Петербурге решили: зачем возиться с доставкой этих экспедиций по отдельности? Довезем лучше обе до Лены. А дальше: одна экспедиция пусть отправляется на запад, другая — на восток.

Забегая вперед, стоит сказать, что над обеими экспедициями, стартовавшими из устья Лены, как будто тяготел какой-то злой рок. Петр Ласиниус, датчанин на русской службе, тоже погибнет.

Но пока еще живые и здоровые Ласиниус и Прончищев прибыли на берега Лены. Подвозка людей, припасов, подготовка судна и прочие сопутствующие работы заняли два года. До Лены и сейчас непросто добраться и что-то туда привезти, а уж в XVIII веке это вообще было сродни подвигу.

Лишь летом 1735 года Ласиниус (на боте «Иркутск») и Прончищев (на дубель-шлюпке «Якутск») одновременно отчалили от берега и стали спускаться вниз по Лене. 2 августа, достигнув места впадения реки в Ледовитый океан, суда разошлись. Прончищев и Ласиниус попрощались друг с другом (как оказалось, навсегда) и двинулись каждый своим маршрутом.

Прончищев направил судно вдоль берегов Таймыра. С великим трудом, преодолевая стоящий и плавающий лед и перезимовав в устье реки Оленек, Василий Васильевич к лету 1736 года смог почти достичь северной оконечности полуострова Таймыр (будущий мыс Челюскина). Если бы ему повезло с погодой, то он мог бы уже различить и берега неизведанного еще архипелага (ныне — архипелаг Северная Земля). Увы, погода испортилась настолько, что не было видно даже окрестных островов. Более того, сама жизнь российских полярников оказалась в опасности.

Сильный туман, шквальный ветер и льды, ставшие уже совсем непроходимыми, — все это заставляло думать о прекращении похода. Прончищев собрал команду на совет. Единогласно было принято решение — возвращаться!

«Якутск» повернул обратно — к устью реки Оленек, где российские моряки уже зимовали. Там находилось относительно подготовленное место, где можно было укрыться от непогоды. Но по мере того, как «Якутск» приближался к спасительной зимовке, его капитану становилось все хуже.

ПЕРЕЛОМ И ПНЕВМОНИЯ

Дело в том, что во время похода Прончищев сломал левую ногу. Детали того, когда и при каких обстоятельствах это произошло, неизвестны.

В суровых полярных условиях о полноценном лечении не могло быть и речи. В результате — пошли осложнения. У Прончищева началась так называемая жировая эмболия, когда происходит прогрессирующая закупорка кровеносных сосудов. Проявлениями этой опасной болезни являются затрудненное дыхание, высокая температура, нарушения сознания (причем как в сторону агрессии, так и в сторону апатии). Когда жировые капли окончательно закупоривают сосуды, наступает смерть.

Именно в таком тяжелом состоянии возвращался Прончищев на свою последнюю зимовку. Судном он управлять, естественно, не мог. Командование кораблем принял Семен Челюскин. А за больным мужем трепетно ухаживала его верная жена.

Татьяна сама еле держалась на ногах. У нее была глубокая двусторонняя пневмония — со всеми вытекающими последствиями (температура 40°, кашель, ужасающая слабость). В те времена такое заболевание тоже считалось летальным — антибиотиков-то еще не было.

Даже стоя на пороге смерти, Татьяна находила в себе силы ухаживать за своим любимым супругом. Но роковой исход предотвратить не удалось. 29 августа Василий впал в беспамятство и умер, не приходя в сознание.

Могила Василия и Татьяны ПрончищевыхЧерез несколько дней дубель-шлюпка «Якутск» наконец-то достигла устья реки Оленек. Труп капитана снесли на берег и похоронили, разрыв кирками и лопатами мерзлую землю.

Татьяна Прончищева ненадолго пережила своего возлюбленного. 12 сентября ее тело тоже легло в могилу — рядом с супругом. Так трагически завершилась для Прончищевых их первая и последняя полярная экспедиция.

Могила отважной четы полярников сохранилась. В 1999 году останки супругов были эксгумированы. При помощи современных технологий удалось реконструировать внешний облик захороненных, а также выяснить истинные причины их гибели. До этого долгое время считалось, что Василий Прончищев умер от цинги. Научный анализ останков показал совсем другое — пресловутую жировую эмболию.

Прончищеву не удалось в полном объеме выполнить поставленную задачу. Обойти вокруг всего полуострова Таймыр у него не получилось. На полпути — по объективным причинам — отряду пришлось вернуться. Эту задачу выполнит приятель и коллега Прончищева — Харитон Лаптев.

Однако неудача нисколько не умаляет подвига лейтенанта Прончищева. Он первым начал тот трудный путь, который славно завершили его преемники.

КАК ТАТЬЯНА ОКАЗАЛАСЬ МАРИЕЙ?

Отдельно стоит сказать о супруге покорителя северных широт — Татьяне Прончищевой (она, конечно же, взяла фамилию мужа — в XVIII веке иначе и быть не могло).

Фактически Прончищева является первой документально подтвержденной русской женщиной-полярницей. Возможно, что и с казаками-первопроходцами XVII века плавали какие-то женщины, но документальных подтверждений этому нет. А вот личность Татьяны Федоровны удостоверена как свидетельскими показаниями, так и записями в вахтенном журнале дубель-шлюпки «Якутск».

Долгое время фигура Прончищевой была окружена некоторой таинственностью, поскольку никто не знал ее имени. В документах 1730-х годов ее называли просто «жена Прончищева» или «Прончищева».

В 1913 году известный полярный исследователь Борис Вилькицкий решил увековечить имя этой отважной женщины. Один из мысов на Таймыре он назвал мысом Прончищевой. И отметил это в сокращенном виде на своей рукописной карте: «м. Прончищевой».

Однако при печати географических карт с новым названием возникла путаница. Картографы посчитали, что пометка Вилькицкого — «м. Прончищевой» — относится к близлежащей бухте. А «м» -это, стало быть, начальная буква имени героини. Поэтому вскоре на картах появился новый географический объект — «бухта М. Прончищевой».

А уже в советские времена эту «М» расшифровали как «Мария». Логику понять можно: из женских имен на букву «м» имя Мария — самое распространенное.

Так и закрепилось в советской географической литературе — Мария Прончищева. Этим несуществующим именем назвали еще и полуостров. И лишь в 1983 году ученые, используя неизвестные прежде архивные документы, установили истину. И жена отважного полярника (и сама полярница!) вновь обрела свое подлинное имя — Татьяна.

Но карты менять уже не стали — слишком хлопотно. Так мировые атласы до сих пор и украшают курьезные (как мы теперь понимаем) названия: бухта Марии Прончищевой и полуостров Марии Прончищевой.

Дмитрий ПЕТРОВ

Загадки истории » Великие первопроходцы » Одна могила для двоих

, , ,   Рубрика: Великие первопроходцы 77 раз просмотрели

Предыдущая
⇐ ⇐
⇐ ⇐



Best-Hoster.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:34. Время генерации:0,222 сек. Потребление памяти:9.08 mb