Верный друг Будённого

Автор: Maks Окт 5, 2021

В СССР был расхожий термин — «герой Гражданской войны». Понадобилось сто лет со времен этой самой войны, чтобы осознать, что в братоубийственной бойне героев не может быть по определению. И что, оказывается, известные «герои» чуть ли не поедом ели неизвестных, которых в 1930-е годы поставили к стенке и вычеркнули их имена из учебников.

Одним из известных героев Гражданской войны был в СССР Ефим Щаденко. Вместе с Буденным он считается основателем 1-й Конной армии. А ведь до революции никто, да и сам Щаденко, даже представить не мог, что он дослужится до звания генерал-полковника и обретет репутацию героя войны.

«Подвел под монастырь»

Ефим Щаденко родился в 1885 году в станице Каменской в семье чернорабочего и поденщицы. От бедности Ефим окончил только два класса церковно-приходской школы и рано начал трудовую деятельность. Работал портным и параллельно занимался революционной деятельностью.

Конечно, надо отдать Ефиму Щаденко должное. Гражданская война выявила в нем недюжинные организаторские способности. Он успешно занимался формированием частей Красной гвардии, сам участвовал в боях. В качестве признания заслуг его 16 августа 1918 года назначили комиссаром всех армий Царицынского фронта. В 1919 году — членом РВС Украинского фронта, а потом членом РВС 1-й Конной армии.

В СССР главными создателями 1-й Конной армии считались Семен Буденный, Климент Ворошилов и Ефим Щаденко. При этом конником из них был только Буденный. А Ворошилов и Щаденко, имевшие по два класса образования, в армии до революции не служили и в войнах не участвовали. Только в 1980-е годы, в период гласности, стали говорить, что главными творцами красной конницы на самом деле были «вычеркнутые из истории» Борис Думенко и Филипп Миронов.

Только их не без участия Буденного, Ворошилова и Щаденко «подвели под монастырь» за неприязнь к комиссарам. Думенко расстреляли в 1920 году по приговору трибунала. А арестованный Миронов был 2 апреля 1921 года убит во дворе Бутырской тюрьмы при таинственных обстоятельствах.

Щаденко, дав показания против Думенко, приложил руку к его расстрелу. В 1920-м году он был членом РВС 2-й Конной армии, которой командовал Филипп Миронов. И не исключено, что он со всей комиссарской честностью донес куда надо, что Миронов не добил махновцев и позволил их батьке уйти за границу из-за того, что командиром корпуса у Махно служил его родной брат Феофан.

С маниакальной подозрительностью

Ефим ЩаденкоВо всяком случае в 1930-х, в годы сталинских репрессий, Щаденко доносами не гнушался. В декабре 1937 года он в докладной записке на имя наркома обороны СССР Ворошилова писал, что Маршал Советского Союза Егоров в беседе с ними за ужином высказывал недовольство недооценкой его личности в период Гражданской войны и незаслуженным, по его мнению, возвеличением роли Ворошилова и Сталина. Не исключено, что в своих записках Щаденко упомянул и откровения со стороны командующего войсками Московского военного округа Буденного, а также командующего войсками Ленинградского военного округа Дыбенко. Во всяком случае в течение двух дней (21-22 января 1938 года) в ЦК ВКП(б) разбирались с «разговорчиками» всех троих — Егорова, Дыбенко и Буденного. Как известно, первых двух потом расстреляли, а вот Буденного оставили на свободе и при должности.

Когда Щаденко в 1936 году был заместителем начальника Военной академии имени Фрунзе по политчасти, его начальник Август Корк в рапорте докладывал: «Состояние здоровья моего помощника тов. Щаденко чрезвычайно неблагополучно, по-моему, у т. Щаденко в любой момент может произойти припадок буйного помешательства. Прошу безотлагательно освободить тов. Щаденко от работы в Академии и передать его в руки врачей».

Но оказалось, что такие, как Щаденко, востребованы в условиях маниакальной подозрительности, охватившей страну. В 1937 году он был назначен заместителем народного комиссара обороны СССР и начальником управления по командному и начальствующему составу РККА. И на посту главного армейского кадровика основательно приложил руку к массовым репрессиям в РККА.

С каким-то инквизиторским фанатизмом Щаденко постоянно твердил о врагах народа. Например, в феврале 1939 года в РККА был принят новый тест присяги. И по этому поводу Щаденко писал: «Главным условием успеха в работе должно явиться дальнейшее разоблачение отъявленных врагов народа, троцкистско-бухаринских бандитов и их пособников…»

В семейном кругу

Хотя Ефим Щаденко не был плохим человеком. В 1910 году, когда умерли его родители, он взял в свою семью на воспитание 12-летнего брата Григория и младшую сестренку Дусю. Правда, жить с ним из-за тяжелого характера было трудно. Его первая жена Елена, воспользовавшись моментом, когда Щаденко посадили в армавирскую тюрьму, бросила его и ушла в неизвестность.

В годы Гражданской войны он женился на скульпторе Марии Денисовой. Она была необычной женщиной. До революции стала героиней поэмы Маяковского «Облако в штанах», а после революции оставила мужа и благополучную жизнь в Англии, чтобы рвануть с маленькой дочкой Алисой в охваченную пожаром Гражданской войны Россию. Она заведовала в 1-й Конной армии художественно-агитационным отделом, там они и встретились с Ефимом.

Их семейная жизнь протекала со скандалами и проблемами. Минимум дважды Мария уходила из дома. Но всякий раз возвращалась, вероятно, из-за Алисы, которую Щаденко удочерил. Но в 1944 году душа Марии не выдержала: находясь в эвакуации в Куйбышеве, она выбросилась из окна. Ее похоронили на Новодевичьем кладбище, но муж даже не поставил памятник на ее могиле. Долгие годы там красовалась почти нечитаемая деревянная табличка, пока музей Маяковского не установил скульптуру работы самой Денисовой под названием «Материнство».

Главный военный прокурор Афанасьев рассказывал о Щаденко: «К концу жизни он стал совершенно ненормальным. К чванству и кичливости прибавилась какая-то патологическая жадность и скопидомство…» После окончания Великой Отечественной войны жизнь Щаденко стала пустой и бессмысленной. Жена покончила с собой, приемная дочь Алиса эмигрировала в Англию. С последними родными людьми, сестрой Дусей и ее сыном, своим племянником, отставной генерал вдрызг разругался. Он костерил их в письмах, не выбирая выражений, как врагов народа в 1937 году.

Оставшись один, он озаботился накоплением денег на свои похороны. Торговал овощами, выращенными на даче. Когда в 1951 году заболел, приехал в Кремлевскую больницу с собственным матрасом. А когда он там скончался 6 сентября 1951 года, оказалось, что в матрасе были зашиты его накопления — свыше 160 тысяч рублей.

Впрочем, они Щаденко не понадобились. Похоронили генерал-полковника за государственный счет. Как и жену, на Новодевичьем кладбище, только в другом месте, отведенном для военачальников.

Как положено, Министерство обороны организовало ему и церемонию прощания, и торжественный митинг на кладбище, и прощальный воинский ружейный салют. Провожающих было немало, как-никак ушел из жизни герой Гражданской войны. Но из высшего руководства страны не было никого.

Олег ЛОГИНОВ

ОСВОБОДИЛИ ДРАГУНЫ

В биографиях Щаденко рассказывается история, больше похожая на сказку. В 1913 году он был осужден за революционную деятельность к двум годам тюремного заключения. Срок отбывал в тюрьме города Армавира. В августе 1914 года солдаты находившегося рядом с тюрьмой запасного драгунского кавалерийского дивизиона, не иначе как перепив, ни с того ни с сего разогнали тюремную охрану и освободили заключенных. Именно тогда Ефим Щаденко якобы и познакомился с унтер-офицером освободителей Семеном Буденным.

Загадки истории » Власть » Верный друг Будённого

, , ,   Рубрика: Власть 78 раз просмотрели

Следущая
⇒ ⇒
⇒ ⇒



Best-Hoster.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:34. Время генерации:0,888 сек. Потребление памяти:10.94 mb