О писательнице и подвижнице княгине Ольге Щербатовой не снимают фильмов. А жаль: ее жизнь увлекательнее приключенческого романа!

В июне 1868-го в Париже вышло первое издание романа Жюля Верна «Дети капитана Гранта. Путешествие вокруг света». И уже в ноябре того же года в России, издательством Сергея Звонарева, было напечатано русскоязычное издание этого сочинения. Перевод сделала мало-российская писательница Марко Вовчок (псевдоним Марии Маркович). По сюжету английский лорд Гленарван на личной парусновинтовой яхте «Дункан» обошел вокруг света, чтобы найти и спасти своего соотечественника капитана Гранта.

Герои книги вымышлены, как и сам сюжет. Жаль, среди современников Жюля Верна в среде русских писателей не нашлось фантаста, который бы описал реальное путешествие, которое предприняли русские аристократы Щербатовы-Строгановы в последней четверти XIX века. И тогда книги стала писать сама путешественница.

АРАБСКИМ СКАКУНАМ В РОССИИ — БЫТЬ!

В начале XXI века чистокровный жеребец арабской породы стоит полмиллиона долларов США. А в середине 1880-х в Российской империи о лошадях этой породы только мечтали. И надо же было такому случится, что жена князя Александра Щербатова отдыхала на фамильной яхте графов Строгановых — «Инва» зимой 1888 года в Средиземном море. Княгине попалась в руки книга британской аристократки Анны Блант.

Дама из высшего света вместе с мужем верхами на арабских скакунах проехали по аравийской пустыне. Они побывали в местах, где ранее практически не ступала нога европейца. Автор не жалела страниц в описании качеств коня арабской породы.

Ольга Щербатова загорелась сама и увлекала мужа идеей купить у арабов этих прекрасных лошадей и возродить коневодство в Российской империи. То есть с риском для собственной жизни инвестировать личные средства в восстановление коневодства арабской породы в Российской империи!

1405 ВЕРСТ ПО ПЕСКАМ

Сказано — сделано. С борта яхты «Инва» княжеская чета взяла с собой в конный поход камердинера Василия (фамилия неизвестна), боцмана-богатыря Курицына, матросов Корякина и Платова. Моряки, как и князь, были вооружены винтовками, револьверами и охотничьими ружьями. В планах экспедиции было достичь становищ бедуинов в оазисах Аравийской пустыни и выкупить табун арабских скакунов, для переправки их в Россию и создания конно-племенного завода.

Имелся и дипломатический нюанс — исследуемая территория находилась во владении турецкого султана, и турецкие власти не разрешали русским ступить с оружием на земли бедуинов. В обмен на разоружение чужеземцам предлагали конвой из турецких солдат. Пугали дикостью и кровожадностью воинственных бедуинов. Дескать, путников перережут, а Ольгу Щербатову пленят для гарема вождей.

Переговоры за кофе и сигарами шли долго и муторно, прежде чем кавалькада из пяти вооруженных русских всадников и проводника двинулась вглубь Сирийской пустыни… Решающим стало слово консула Российской Империи в Стамбуле и кошелек с золотыми монетами, опущенный в карман халата наместника султана.

«В ГОСТИ» К БЕДУИНАМ

Бедуины оказались гордыми «казаками пустыни», но не дикими разбойниками. Ольга Щербатова отметила: их образ жизни во многом схож с бытом донских и запорожских казаков допетровской Руси.

Больше жизни бедуины ценили свободу, они не платили никому податей и налогов. Не служили даже турецкому султану, только чернокожие люди из Африки прислуживают им самим. По 50-60 семей бедуинов образуют станицу — стойбище в пустыне у оазисов. И мужчины, и женщины одеты скромно, а роскошь (серебро, позолота) допустима только на оружии. Клинки передаются в их семьях от предков из поколения в поколение.

В станах бедуинов царила военная демократия. Военачальник — акид, как и войсковой атаман у казаков, избирался лишь для командования кавалерией анархистов пустыни во время войны. А в мирное время каждый бедуин жил со своей семьей в пустыне как хотел. Тесного братства между ними не было, но личная свобода и равенство было абсолютными.

И еще одна важная особенность, которая поразила Щербатову и ее спутников: бедуины не признавали золота как средства платежей. Расчеты с европейцами допускали лишь в «чистом от греха» металле — серебряными монетами монетного двора турецкого султана. Так, бедуин Уеллед Али привел на продажу арабского скакуна, оцененного опытными проводниками в 300 турецких лир золотом. Но когда ему предложили плату за коня золотыми монетами, а не серебром, он молча развернулся, сел в седло и был таков.

Турецкие власти ценили храбрость и независимость бедуинов. В Константинополе для 300 мальчиков — сыновей элиты бедуинов — турецкие чиновники за счет султана содержали школу. В этом заведении обучались будущие верные султану чиновники и военачальники бедуинов. Представителю султана в Аравийской пустыне, из числа лидеров бедуинов, ежемесячно выплачивали оклад, равный 50 британских фунтов.

ЭКСПЕДИЦИЯ УДАЛАСЬ!

Вопреки опасениям, бедуины оказались дружелюбными и радушными. Княгиня сумела найти подход к женам бедуинских вожаков. Благодаря завязавшейся дружбе удалось закупить для отправки в Россию 184 лошади арабской породы. На палубу яхты загрузили 140 кобыл, 23 жеребца и 21 голову конного молодняка.

За 51 день конного похода, в течение которого Ольга Александровна вела дневник, экспедиция преодолела по пустыне 1405 верст. По возвращении к морю княгиня Щербатова неожиданно встретилась со своим кумиром — англичанкой Анной Блант. Та была потрясена итогами экспедиции. Была уверена: бедуины — дикие варвары — должны были сгрызть европейцев живьем, а не продавать им лошадей арабской породы.

ВДАЛИ ОТ РОССИИ

В Петербурге чета Щербатовых итогами свой экспедиции вызвала восторг в придворных кругах и у специалистов конно-племенных заводов. А автор дневников о походе в Аравию продолжила свою летопись.

В 1897-м была издана ее новая книга — «В стране вулканов», о путешествии на остров Ява в 1893 году. А уже в самом конце XIX века Ольга Щербатова написала очерки о своем новом путешествии — «По Индии и Цейлону». В этой поездке князь с супругой искали возможность получить образцы чайных кустов для выращивания в субтропической части Российской империи.

Ольге Щербатовой завидовали — ее таланту, целеустремленности, богатству. Революционно-демократическая интеллигенция раздражалась, особенно после того, как в 1904 году, в канун обсуждения будущего созыва императором 1-й Государственной Думы, Ольга Щербатова издала книгу «Земские Соборы и необходимость созыва Земского Собора до выборов депутатов Государственной Думы». Княгиня доказывала: русской монархии правильнее не угождать мечтам англофилов во фраках, а созвать Земский Собор по аналогу с 1612 годом. Этого консерватизма революционные круги ей не простили.

После февраля 1917-го Ольга Александровна решительно покинула Россию, предвидя угрозу своей жизни и своему делу в грядущем.

До августа 1944 года она проживала в своем особняке в предместье Парижа и с контрреволюционной эмиграцией связей не поддерживала. В политику не вмешивалась.

Княгиня тихо скончалась в дни, когда французские патриоты выбивали гитлеровцев из Парижа. Никому не было дела до пожилой русской эмигрантки, благодаря которой в России была восстановлена порода арабских скакунов.

Александр СМИРНОВ