Дело «красного Франкенштейна»

Автор: Maks Фев 15, 2021

Личное горе, пережитое профессором Михайловским, спровоцировало болезненную одержимость идеей воскрешения мертвых. В конечном итоге это привело к трагической гибели ученого. Примечательно, что в расследование обстоятельств этого жутковато-мистического дела оказались втянуты такие люди, как епископ, причисленный к лику святых, и один из авторов советского гимна.

Иван Петрович Михайловский начал научную карьеру в 1899 году, окончив медицинский факультет Харьковского университета. Затем он работал уездным врачом, помощником прозектора на университетской кафедре, участвовал в Русско-японской войне. Демобилизовавшись, физиолог вернулся в университет и защитил докторскую диссертацию.

Прозектор из Харькова

Революция изменила жизнь всей страны, в том числе и жизнь скромного профессора. Спасаясь от общей нестабильности, Михайловский перевез жену и детей в Среднюю Азию, где было спокойнее. В Ташкенте доктор легко устроился в местный университет преподавать физиологию.

Звездой мирового масштаба Иван Петрович, конечно, не был, но дело свое знал. Более всего его интересовали вопросы чистки и переливания крови. Неоднократно он проводил публичные эксперименты, состоящие в том, что он откачивал из тела подопытной собаки кровь, вводя животное в состояние клинической смерти, затем закачивал кровь обратно, заменяя плазму раствором Рингера-Локка. Собака, к изумлению зрителей, оживала.


Автор полусотни научных работ серьезно полагал, что, очищая и меняя кровь, можно лечить множество заболеваний, алкоголизм, наркоманию, а в перспективе и добиться бессмертия. Чудесный эффект чистки крови, казалось, был налицо, но приступить к экспериментам на людях исследователь пока не решался.

Ударить Бога

В 1924 году на Михайловских обрушилось несчастье: умер от скарлатины их сын Игорь. Иван Петрович был настолько потрясен случившимся, что впал в безумие. Несмотря на университетское образование, он всегда был человеком искренне верующим, но гибель любимого чада резко поменяла акценты. Михайловский проклял Бога, изрубил топором домашние иконы и прямо заявил, что отныне верит только в науку и с ее помощью воскресит ребенка.

После этого богоборец стал действовать по своему сумасшедшему плану. Запретив супруге хоронить Игоря, он забальзамировал тело сына (бальзамирование было второй темой страстного интереса профессора) и перевез труп в университет. Михайловский настолько свято верил в возможность успеха, что умудрился убедить институтское начальство в огромной важности разворачиваемого исследования, получил карт-бланш и даже деньги на покупку оборудования.

Между тем отклонения доктора становились все заметнее, он подолгу беседовал с мертвым мальчиком, покупал ему сласти, с родными же стал резок и раздражителен, начал их избивать. Видя зловещие перемены, жена предпочла уйти, забрав остальных детей.

Летом 1929 года Михайловский женился вторично. Подоплека связи преподавателя со студенткой Екатериной Гайдебуровой тоже окутана тайной, известно лишь, что новый брак, продлившийся всего пару месяцев, мягко говоря, не был счастливым. В начале августа тело Михайловского с огнестрельной раной нашли в его кровати.

Мистики из ГПУ

Могила профессора Ивана МихайловскогоКазалось бы, самоубийство профессора, не имевшего врагов, зато имевшего явные психические отклонения, очевидно. Однако следователь, получивший сигнал о непонятных отношениях Ивана Петровича со второй женой, предпочел арестовать Гайдебурову. Он был склонен подозревать убийство на бытовой почве. В ходе расследования выяснилась еще одна деталь. По церковным законам самоубийц не отпевают. Исключения делается только для сумасшедших. Оказалось, что Гайдебурова обращалась к главе Туркестанской епархии, епископу Луке, в миру Валентину Войно-Ясенецкому, бывшему хирургу, и тот дал ей справку о психическом нездоровье мужа. Учитывая то, что отец Лука уже однажды приговаривался к ссылке, дело приобретало политический оборот.

Ситуацию внезапно осложнило вмешательство прессы. Габриэль Уреклян, работавший в газете «Узбекистанская правда» под псевдонимом Эль-Регистан, написал статью о деле Михайловского. В стране как раз разворачивалась антирелигиозная кампания. По трактовке молодого журналиста Михайловский превратился в гения науки, чью работу по раскрытию загадок жизни и смерти оборвал заговор церковных фанатиков, боявшихся подрыва основ веры.

Статью заметили в Москве. Теперь «убийство» физиолога приобретало союзный характер. Московская прокуратура затребовала материалы расследования. Дело было полностью переписано в тоне, заданном Эль-Регистаном. Впрочем, фальсификация оказалась столь натянутой, что обвинение разваливалось, несмотря на все усилия следователей.

Свидетели в один голос подтверждали неадекватность Михайловского, зато отца Луку характеризовали как убежденного сторонника науки и отличного врача, да и Гайдебурова не тянула на религиозную фанатичку.

Законы крови

Громкого показательного процесса не получилось, но правосудие тех лет обратного хода не давало. Результатами по делу Михайловского явились два относительно мягких приговора: Екатерина Гайдебурова была на три года сослана в Сибирь, епископ Лука на тот же срок — в Архангельскую область. Для Эль-Регистана процесс над «мракобесами» и врагами вечной жизни послужил грандиозным толчком в карьере: никому ранее неизвестный журналист и поэт переехал в Москву, стал работать с крупнейшими советскими изданиями, а в 1943 году совместно с Сергеем Михалковым сочинил текст гимна СССР. О женевском докторе Франкенштейне была написана книга, о Франкенштейне ташкентском тоже написали целый ряд произведений: в том числе роман «Грань», а также пьесы для постановки в советских театрах.

Спустя несколько лет после странного процесса, смешавшего зловещую мистику с трагическим фарсом, дело Михайловского было пересмотрено, а его смерть признана самоубийством. Правда, к тому времени фигуранты уже отбыли свои сроки. Гайдебурова предпочла остаться в Сибири, и след ее затерялся. Лука Войно-Ясенецкий вернулся в Ташкент и в 1937 году был осужден на новую ссылку. С началом Великой Отечественной епископ обратился лично к Калинину, предлагая себя в качестве врача. Просьбу удовлетворили. Святой отец был назначен главным хирургом одного из эвакогоспиталей. В 1942 году он получил сан архиепископа, в 1945-м — медаль, а через год стал лауреатом Сталинской премии «за разработку новейших хирургических методов лечения».

После войны архиепископу поручили Крымскую епархию, а уже после смерти, в 2000 году, причислили к лику святых.

На этом можно было бы закончить рассказ о профессоре, одержимом идеей повторить свершение доктора Франкенштейна и воскресить сына, но есть еще один любопытный факт. В марте 1930 года главный врач Института имени Склифосовского Сергей Юдин провел переливание 400 миллилитров трупной крови из тела, хранившегося в институтском морге, в тело 33-летнего самоубийцы. Невероятно, но Юдин спас суицидника и сделал неоценимый вклад в область трансфузиологии, реаниматологии, трансплантологии. Открытие Юдина, уже напрямую перекликавшееся с романом Шелли, получило одобрение и успешно применялось, допустим, во время боевых действий в охваченной Гражданской войной Испании. Метод переливания трупной крови применялся в СССР плоть до 1990-х, хотя в настоящее время признан неэффективным из-за риска бактериальных заражений.

Евгений ЗИМИН

ИСТОРИЯ С ПРОДОЛЖЕНИЕМ

Любопытно, что пионер литературы ужасов, роман «Франкенштейн», был написан Мэри Шелли в 1816 году в ответ на пари, заключенное на даче лорда Байрона. Могла ли молодая женщина предположить, что через сто лет попытка воплотить идею ужастика в реальность выльется в историю, не менее жуткую, чем все ее фантазии?

Загадки истории » Историческое расследование » Дело «красного Франкенштейна»

, , ,   Рубрика: Историческое расследование 91 раз просмотрели

Предыдущая
⇐ ⇐
⇐ ⇐



Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:29. Время генерации:0,602 сек. Потребление памяти:8.85 mb