Корона в подарок

Автор: Maks Фев 13, 2019

Екатерина II ничего не жалела для своих любовников, щедро раздавая им титулы и деньги. А Станиславу Понятовскому императрица вообще подарила польскую корону. Правда, как подарила, так и отняла.

Встреча на именинах

Станислав Понятовский — польский аристократ, приехавший в Россию в качестве секретаря при английском посланнике. Он был образован, хорош собой, а кроме того, умел красиво говорить. Что еще нужно, чтобы нравиться женщинам?

В июне 1756 года в Ораниенбауме праздновали именины наследника престола Петра Федоровича, будущего императора Петра III. На этом празднике 24-летний Понятовский впервые увидел 27-летнюю жену наследника — великую княгиню Екатерину Алексеевну. И сразу же влюбился.

«Оправляясь от первых родов, она расцвела так, как об этом только может мечтать женщина, наделенная от природы красотой, — вспоминал он позднее. — Черные волосы, восхитительная белизна кожи, большие синие глаза навыкате, многое говорившие, очень длинные черные ресницы, острый носик, рот, зовущий к поцелую, руки и плечи совершенной формы…»

Портреты Екатерины, по всей видимости, не передают ее прелести. Но то ли представления о красоте изменились, то ли мужчины не были бескорыстны, но любовники определенно преклонялись перед этой женщиной.

Вот и Понятовский пал к ногам будущей императрицы. А Екатерина была не только лакомым кусочком, но и вполне доступной крепостью. Муж откровенно пренебрегал ею, называю свою жену «запасной мадам». И даже рождение сына — Павла Петровича — нисколько не сблизило супругов.

Когда Сергея Салтыкова, любовника Екатерины, отослали послом за границу, молодая женщина затосковала без мужских ласк. Как известно, без них она жизни себе не представляла.

Перед Понятовским встала проблема: нужно, чтобы Екатерина обратила на него внимание. В этом молодому поляку помог Лев Нарышкин, придворный балагур и повеса. Он был приятелем Екатерины. Но как-то раз приболел и, не имея возможности лично видеть великую княгиню, стал слать ей письма. Вот только ловко сочинять послания он не умел, поэтому воспользовался услугами Понятовского.

Екатерина поняла, что письма пишет не Нарышкин, а кто-то другой. «Он просил у меня в этих письмах то варенья, то других подобных пустяков, а потом забавно благодарил меня за них, — вспоминала Екатерина. — Эти письма были отлично написаны и очень остроумные… А вскоре я узнала, что роль секретаря играл Понятовский».

Нет ничего опаснее болонки

Екатерина II и Станислав ПонятовскийДело сделано: великая княгиня обратила внимание на молодого поляка. А Нарышкин организовал им личную встречу. «Под предлогом, что у меня болит голова, я пошла спать пораньше», — пишет Екатерина. В назначенный час Нарышкин «стал мяукать у моей двери, которую я ему отворила, мы вышли через маленькую переднюю и сели в его карету никем не замеченные, смеясь как сумасшедшие над нашей проделкой». Они приехали в дом Нарышкина, где их уже дожидался Понятовский. Это было первое, но далеко не последнее свидание.

Станислав настолько потерял голову от любви, что утратил и стыд, и страх. Как он сам выражался, «я позабыл о том, что существует Сибирь».

Великая княгиня об этом никогда не забывала, но продолжала встречаться со Станиславом. Разумеется, украдкой. Екатерина писала: «Граф Понятовский для выхода от меня брал обыкновенно с собою белокурый парик и плащ, и, когда часовые спрашивали его, кто идет, он называл себя: музыкант великого князя!»

Нередко любовники оказывались, так сказать, на грани провала. Как-то раз Екатерина показывала свои покои шведскому посланнику графу Горну. Он пришел вместе с Понятовским. К гостям выбежала болонка великой княгини: незнакомого графа она облаяла, а Понятовского встретила бешеным восторгом. «Друг мой, — сказал шведский посланник Станиславу. — Нет ничего более предательского, чем маленькая болонка. Первая вещь, которую я дарил своей любовнице, была собачка, и через нее-то я всегда узнавал, пользуется ли у нее кто-то большим расположением, чем я».

Граф Горн не выдал любовников, но слухи о романе великой княгини и Понятовского все равно поползли по двору. Говорили, что дочь Анну, которая умерла в годовалом возрасте, Екатерина родила от Станислава.

Законный супруг — Петр Федорович — хоть и не любил жену, все же решил положить конец ее амурным похождениям. По его приказу слуги схватили Понятовского, когда тот в очередной раз возвращался от Екатерины. «Великий князь в самых недвусмысленных выражениях спросил меня, спал ли я с его женой», — вспоминал Станислав. Конечно, он дал отрицательный ответ. Петр сделал вид, что поверил, но Понятовского все-таки выслали из страны.

«Я сделаю всё для Вас»

А в России события развивались стремительно. Петр стал императором, но был свергнут и убит. На трон взошла Екатерина.

Понятовский думал, что российская императрица тоскует по нему, и рвался в Россию. Но получил послание от Екатерины, которая советовала «не спешить с приездом сюда». Чуть позже она пояснила: «Я должна соблюдать тысячу приличий и тысячу предосторожностей».

Екатерина пока что чувствовала себя на троне неуверенно, и фаворит-иностранец был совершенно ни к чему. К тому же у нее появился новый любовник — Григорий Орлов. В объятиях этого грубоватого военного императрица позабыла об утонченном и образованном поляке. И вообще Екатерина предпочитала «отечественных» мужчин: среди ее многочисленных любовников Понятовский был единственным иностранцем.

«Пишите мне как можно меньше или лучше совсем не пишите без крайней необходимости», — такой совет императрица дала Станиславу. Хотя тут же смягчила удар: «Я сделаю все для вас и вашей семьи, будьте в этом твердо уверены».

Она сдержала слово. В октябре 1863 года умер польский король Август III. С помощью угроз, дипломатической хитрости и введенной в Польшу 30-тысячной русской армии Екатерина II посадила на трон в Варшаве своего отставного любовника Станислава Понятовского.

К сожалению, Понятовский не оценил подарок императрицы. Он, человек слабый и зависимый, не хотел короны. «Не делайте меня королем, лучше призовите меня к себе», — умолял Станислав. Но Екатерина II сама знала, что лучше, а что хуже.

Польши больше не существует

Польский монарх сделался марионеткой в руках российской императрицы. Поляки его ненавидели и называли «соломенным королем». Екатерина II радовалась: такая тряпка на троне соседней страны ее вполне устраивала.

Всеми делами в Польше заправлял русский посол Николай Репнин. А Понятовский кутил и развратничал. Екатерина оплачивала его долги, занимаясь при этом разделами Польши.

Король Станислав жаловался: «Но ведь не для того же, чтобы меня ненавидели, пожелали вы сделать меня королем? Не для того же, чтобы Польша была расчленена при моем правлении, угодно было вам, чтобы я носил корону?» Вопросы — риторические. Именно для того его и сделали королем.

Возмущенные поляки подняли восстание, во главе которого встал Тадеуш Костюшко. Понятовский бежал из Варшавы и отрекся от престола.

Он оказался последним польским королем. Восстание Костюшко было подавлено, а Россия, Австрия и Пруссия совершили третий и окончательный раздел Польши. Эта страна перестала существовать.

Понятовскому велели жить в Гродно. Екатерина II не хотела видеть его — человека, которого она лишила ею же подаренной короны.

Вступив на престол, Павел I помиловал Костюшко и разрешил Понятовскому жить в Петербурге. Здесь он и умер в 1798 году.

В мемуарах Станислав Понятовский написал, что совершил много неблаговидных поступков, пребывая во власти любви к прекрасной женщине.

Мария КОНЮКОВА



, , ,   Рубрика: История любви

Предыдущая
⇐ ⇐
⇐ ⇐



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:60. Время генерации:0,199 сек. Потребление памяти:8.35 mb