«Фирма» веников не вяжет

Автор: Maks Ноя 28, 2022

КГБ имел четкую организационную структуру: разведка, контрразведка, борьба с диссидентами, охрана внешних лиц государства и так далее. Однако в 1973 году как бы и не в системе КГБ, а чуть в стороне и рядом появилась еще одно, засекреченное подразделение, именовавшееся «Фирмой».

Название появилось от буквы «Ф», под которой отдел проходил в документах. Но между собой чекисты говорили об отделе «П», подразумевая человека, который являлся его руководителем, — Евгения Петровича Питовранова. С другой стороны, название «Фирма» имело этакий западный привкус еще по одной причине — главным ее профилем считалась работа с западным бизнесом и выход через него на крупных политиков.

Под торговой «крышей»

Карьера Питовранова выглядит ребусом. В госбезопасность был призван в 1938 году, когда Берия вычищал органы от ставленников своего предшественника Ежова. Работал в провинциальных, но экономически значимых регионах — Горьковской, Кировской, Куйбышевской областях. В конце войны стал наркомом госбезопасности Узбекской ССР и через полтора года был переведен в Москву, где возглавил контрразведку. Осенью 1951 года снят с должности, арестован, подвергался допросам, но через год с небольшим вернулся в министерство с повышением. Незадолго до кончины Сталина возглавил внешнюю разведку и благополучно работал аж до 1966 года, хотя карьеры в органах в этот период ломались постоянно, причем для многих — с летальным исходом.

В отставку его выпроводили с почетом, в 1966 году, когда КГБ возглавлял Владимир Семичастный — представитель «комсомольцев», группировавшихся вокруг предыдущего шефа спецслужб, Железного Шурика — Александра Шелепина. «Комсомольцы» помогли Брежневу свергнуть Хрущева, но, в свою очередь, были аккуратно зачищены Брежневым, видевшим в Шелепине опасного соперника.

В 1967 году «комсомольца» Семичастного заменил выпестованный в Международном отделе ЦК Юрий Андропов. Поскольку в работе спецслужб он разбирался слабо, то сделал Питовранова кем-то вроде своего «серого кардинала».

Но замыслы Андропова простирались дальше. В одной из бесед с Питоврановым он сослался на Сталина, который считал, что желательно создать некую разведывательную структуру, собиравшую информацию и перепроверявшую данные, представляемые другими разведывательными органами, каковых в Советском Союзе было два — Главное разведывательное управление Минобороны и Первое Главное управление КГБ.

Питовранов предложил создать будущий отдел «Ф», используя кадры и механизмы Торгово-промышленной палаты (ТПП) СССР, где он сам занимал почетную синекуру заместителя председателя президиума.

Агенты влияния

ТПП включала предприятия, занимавшиеся внешнеторговой деятельностью, и должна была отстаивать интересы своих членов в случае каких-либо спорных ситуаций на западных рынках.

«Крыша» была идеальной, поскольку многие сотрудники внешторговских предприятий и так являлись агентами КГБ, а кое-кто даже числился в штате этого ведомства.

Андропов идею одобрил, настояв, впрочем, чтобы вопрос сначала был согласован с министром внешней торговли Николаем Патоличевым. Тот, разумеется, не возражал, хотя, надо полагать, министр-тяжеловес (он возглавлял ведомство 27 лет) стал при «Фирме» чем-то вроде «ока Государева» (то есть надзирающим от Брежнева).

Евгений Питовранов. Руководитель отдела ФСобственного здания «Фирма» не имела — ведь все ее сотрудники (около 20 человек) имели официальные места работы в системе Внешторга. Доклады же Питовранов делал Андропову не в здании на Лубянке, а на одной из конспиративных квартир КГБ на Сретенке.

Основная задача — сбор информации — выполнялась через общение с иностранными предпринимателями и делегатами. Сам Питовранов за период с 1969 по 1984 год совершил 184 поездки за границу — то есть примерно по одной загранкомандировке в три недели, темпы поистине рекордные для советского времени.

Самого понятия «агент» в «Фирме», строго говоря, не существовало. Речь, скорее, шла об «агентах влияния» — представителях Запада, с которыми завязывали дружеские отношения и пытались обрабатывать соответствующим образом.

Лучше всего дела пошли с американцами и французами. И те и другие оказались падки на застолья с выпивкой и хорошей кухней. «Фирма», конечно же, не скупилась.

Эстетически приятное французское направление вел сам Питовранов, имевший в своем распоряжении загородный дом под Парижем. Журналист Евгений Жирнов так передает рассказы Питовранова о тех, кто бывал в его особняке: «Хороший обед, чудесное вино, легкий намек на возможную прибыль от контракта — и зовешь погулять по парку. Там задаешь тему разговора, и остается только слушать: ради того, чтобы красиво сказать, французы готовы вплести в свою речь самую закрытую информацию. А женщинам я постоянно дарил подарки, пусть мелочь, и говорил или писал приятные слова: дамам важно, что о них не забывают».

В итоге перед встречами с французскими лидерами Брежнев всегда имел полный расклад по вопросам, которые будут обсуждаться и по которым следовало давить на французов.

Ценным приобретением был и некий японский деятель, стремительно поднимавшийся на политическую Фудзияму. Со своей стороны «Фирма» передавала ему эксклюзивную информацию о внутрисоветских раскладах, разумеется, за исключением тех сведений, которые могли обернуться против СССР.

Роковые ошибки

На аналогичной основе велась и работа со столь же перспективным американским политиком. Из полученной от него информации особый интерес представляли сведения, касающиеся предполагаемой вербовки западными разведками члена ЦК и будущего «архитектора перестройки» Александра Яковлева, занимавшего в 1973-1983 годах должность посла в Канаде.

Соответствующая информация была передана Андроповым Брежневу. Однако генсек заявил, что среди членов ЦК предателей быть не может, и не дал информации ход.

Впоследствии, придя к власти, Андропов передвинул Яковлева на должность директора Института мировой экономики, и это формальное повышение означало отсечение от доступа к действительно важной информации и скорую отставку. Но Андропов умер быстрее.

Самое же печальное, что предателя проглядели в самой «Фирме». Им оказался парторг отдела Евгений Кутергин, завербованный западногерманской спецслужбой БНД во время командировки в Австрию, когда он попался на гомосексуальной связи с подставленным ему египетским студентом. Американцы помогли Кутергину с фальшивой «вербовкой» одного из своих дипломатов, что сильно повысило его в глазах московского начальства.

Из-за появившегося в «Фирме» «крота» один за другим были утеряны важные источники информации. Американский политик внезапно скончался, а карьера его японского коллеги пошла под откос.

То, что в «Фирме» действует «крот», становилось все очевидней, и западные спецслужбы сыграли на упреждение. В июле 1984 года Кутергин пропал во время командировки в Швейцарию, а на берегу Женевского озера нашли его одежду. Когда стало известно, что он жив, отдел «Ф» распустили. Андропов к тому времени уже был в могиле, но вряд ли отменил бы это решение.

Главная беда заключалась в том, что, зная от Кутергина о специфике деятельности «Фирмы», западные спецслужбы начали поставлять ей грамотно подготовленную дезинформацию. По этой «дезе» в Политбюро принимались стратегические решения, которые правильными быть не могли. В общем, ошибки отдела «Ф» тоже сыграли свою роль в крахе Советского Союза.

Олег ПОКРОВСКИЙ

ЯДЕРНЫЕ ЧЕМОДАНЧИКИ

Сотрудниками «Фирмы» были разработаны планы доставки миниатюрных ядерных зарядов на территорию вероятного противника, их закладки и, при необходимости, производства взрывов. Ответственность за взрывы, по сходной цене, согласились взять на себя представители одной из ближневосточных террористических группировок.

  Рубрика: Специстория 92 просмотров

Предыдущая
⇐ ⇐
⇐ ⇐
Следущая
⇒ ⇒
⇒ ⇒

https://zagadki-istorii.ru

Домой

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

SQL запросов:48. Время генерации:0,266 сек. Потребление памяти:9.31 mb