Песне «Зима» — 55 лет. В разное время ее пели Эдуард Хиль, Витас, Богдан Титомир, Николай Басков, «Приключения электроников» и другие артисты. Но, несмотря на народную любовь, судьба у этого озорного и атмосферного хита оказалась причудливой.

Вроде бы и текст безобидный, а «Зиму»запрещали, в ее успех не верили, а по поводу авторства сочиняют небылицы до сих пор.

ИСПАНСКИЙ СЛЕД?

По официальной версии, текст сочинил поэт Сергей Островой. Но есть и другая, согласно которой тот лишь доработал стих Хавьера Линареса.

По легенде, этот испанский поэт не был другом советского народа: сторонник франкистского режима, он воевал за гитлеровскую армию, был пленен под Ленинградом и до 1954-го отстраивал в СССР разрушенные города. Это у них — вино, хамон, вечнозеленые оливковые рощи и лето круглый год, а у нас — холод, голод, сугробы.

Линарес, шокированный суровостью русских зим, сочинил депрессивный текст о нашем климате: «С потолка свисает лед, / С ужасом прислушиваешься к скрипу двери. / За шершавыми стенами поджидает колючая тьма. / Там обмороженная мертвенная пустыня, / А из окон вырывается выморочный синий пар».

У Острового текст звучит так: «Потолок ледяной, дверь скрипучая, / За шершавой стеной тьма колючая. / Как шагнешь за порог — всюду иней, / А из окон парок синий-синий». Пока Линарес ужасался нашему климату, Островой расписал притягательный зимний сюжет!..

Однако это литературная мистификациея. Линарес не бывал в СССР. Да и Островой не владел испанским.

РЕДАКТОРЫ ПРОТИВ!

Островой, а вовсе не Линарес, сочинил «Зиму» в 1956-м и даже не думал, что его текст переложат на музыку. А вот поэт-шестидесятник Евгений Евтушенко сразу разглядел в стихотворении песенный потенциал.

«Я возразил: да что ты, какая же это песня? И вдруг раздается звонок. Какой-то человек сообщает, что прочитал мое стихотворение в «Литературной России», написал музыку и хочет прийти ко мне проиграть ее. А так как у меня песен было много, и я работал с известными композиторами, то я под разными предлогами его не принимал», — вспоминал Сергей Григорьевич. Этим композитором был Эдуард Ханок. Хоть он и не получил благословение автора, все равно решил записать песню при участии своего приятеля Эдуарда Хиля.

Будущий «мистер Трололо» иногда подтрунивал над товарищем и пел: «А из окон — Ханок синий-синий!» А слушателям чего только не казалось: не «парок», а «порог» и даже «топорок»… Может, потому «Зиму» долгое время не брали на телевидение. «Это какая-то песня лубочная. Это где-то там в деревнях петь!» — осадили Хиля редакторы новогоднего «Огонька». «Тот «потолок» мы с Ханком пробивали года четыре. И, наконец, в 1970 году, когда пришел уже новый редактор и новое руководство на телевидение, они эту песню взяли», — вспоминал певец.

НАКОНЕЦ-ТО УСПЕХ!

Первая версия «Зимы» прозвучала в программе «С добрым утром!» в канун 8 марта 1970-го, но зрителям не понравилась: уж больно академичной была обработка.

Казалось, у «Зимы» больше нет шансов пробиться к слушателю, но Ханок отступать не собирался и придумал зажигательную версию в народном стиле, которую удалось пристроить в новогодний телеконцерт.

Успех был колоссальный! Именно благодаря обновленному «Потолку ледяному…» Хиль проснулся знаменитым, а Ханок перебрался из Кривого Рога в Днепропетровск, стал сотрудничать с Островым и сочинять для топовых советских звезд.

Их новое детище звучало всюду: на конкурсах, в музыкальных школах, на радио и телевидении… В какой-то момент «Зима» стала тяготить Хиля: на всех концертах публика требовала «Потолок ледяной». Но что поделать: хит есть хит! Живет своей жизнью, обрастает мифами и по-прежнему ассоциируется с зимним волшебством.

Валерия МОРИНА